Услышав это, я ощутила очередной приступ дурноты, а снова выглянуть из-за плеча спутника решилась только тогда, когда раздался звук удаляющихся шагов и наступила относительная тишина. Полной, после ухода коронованного изверга, стать ей не дали всхлипы искалеченной чародейки и тихие разговоры охраны темницы.
– Жди здесь! - сказал мне ведьмак и, легко вытащив из ножен стальной меч, мягкими шагами направился вперед.
Выйдя на свет, он тут же оказался в поле зрения стражников, которые, не растерявшись, всем скопом ринулись на неожиданно появившегося противника. А посол Нильфгаарда (по какой-то причине не покинувший подземелье вместе с Радовидом), попытался спрятаться в одной из пустых камер, вместо того чтобы сбежать отсюда куда подальше.
С местными вояками Белый волк разобрался за каких-то пару минут. Затем он отыскал Шилярда, вырубил одним сильным ударом и только после этого обернулся ко мне: сделав знак, что путь свободен.
Пребывая под впечатлением от недавних событий, медленно подошла к мужчине, который остановился напротив одной из камер. А там на полу, со скованными за спиной руками, лежала черноволосая магичка. Из ее изуродованных глазниц продолжала течь кровь, заливая все лицо, и я поспешно отвела взгляд от этого страшного зрелища.
Нет, понятно было, что Эйльхарт за свою жизнь сгубила немало людей, однако такая жестокость со стороны короля Редании, лично мне казалась все же чрезмерной. Он ведь мог просто ее убить, а не творить таких ужасов. Да и казнь, которая была обещана главе Ложи чародеек... Это же чистой воды садизм!
Услышав наши шаги, та повернула голову на звук и с трудом поднялась сначала на колени, а потом на ноги.
- Здравствуй, Филиппа! - произнес беловолосый убийца чудовищ, едва та выпрямилась. - А мы к тебе с визитом.
- Геральт?! И, что значит это твое "мы"? Кто с тобой еще?
- Я, - нехотя отозвалась, подходя ближе к решетке, но избегая смотреть в лицо чародейке.
- Кира? - изумилась та, услышав мой голос, а потом и без того страшное лицо бывшей советницы Радовида вдруг перекосило от ярости. Рванув к самой решетке и едва не налетев на нее, женщина зашипела гадюкой:
- Ты! Это ты во всем виновата! Ты меня прокляла, мерзкая девчонка! Из-за тебя моя магия вышла из-под контроля. Сама-то не только выжила, но и на свободе, а меня схватили и изуродовали!
- Это было не проклятье, Филиппа, - возразила я и на всякий случай отступила от решетки на шаг назад. - Ты расплачиваешься сейчас за собственную глупость. Хотела обмануть наивную дурочку, вот только обманула сама себя. Те слова, что ты пыталась выдать за клятву, были услышаны и приняты к исполнению. Я, может, и не чародейка, но тоже кое-что умею. Поэтому, когда ты не сдержала данного тобой обещания, магия перестала тебя слушаться.
- Пришла позлорадствовать? - раздалось ядовитое в ответ.
- Эйльхарт, ты действительно думаешь, что я здесь только за этим? Прошла путь по вонючим тоннелям канализации, кишащим всякой гадостью, чтобы полюбоваться на тебя вот такую: беспомощную и покалеченную?
- Догадываюсь, что нет! Но не понимаю, зачем тебе все это понадобилась.
- Я хочу, чтобы ты сняла свои чары с Саскии. На эти действия твоей теперешней силы должно хватить.
- Может и так. Вот только зачем мне подобное делать? - черноволосая ведьма скривила губы в жуткой усмешке.
- Ну, хотя бы затем, чтобы вернуть свою магию, - пожала я плечами, хотя собеседница этого конечно же не могла увидеть. - Освободишь Аэдирнскую деву - и я сочту твою клятву исполненной.
- Я не могу.
- Не можешь, или не хочешь? - спросила, внимательно посмотрев на чародейку. Трудно было понять: лжет она или нет?
- Если бы это было возможно сделать, я бы согласилась с твоими условиями. Но я не могу!
- Почему? Эти чары необратимы?
- Обратимы, но все не так просто, - в голосе женщины прозвучало нескрываемое раздражение.
- Тогда подробно расскажи, что нужно делать. И, если это поможет, то тебе обязательно зачтется эта добровольная помощь.
- Рассказать? - Филиппа вдруг громко и совершенно безумно расхохоталась. - Зачтется?
Мы с Геральтом обменялись одинаковыми озадаченно-хмурыми взглядами. Его, как и меня, похоже также посетила мысль, что реданская ведьма спятила. А она тем временем продолжила говорить, но уже каким-то полуистерическим шепотом, который звучал не менее жутко, чем прежний смех:
- Вы что, не видите, что со мной сделали? Радовид - мальчишка, выросший на моих глазах. Тот, которого я учила магическим фокусам. И это его благодарность за мои советы, помощь и поддержку?!
- Филиппа, твои отношения с королем Редании нас не касаются, - очень спокойно произнес Геральт, глядя на пленницу за решеткой. - Нас интересует, как расколдовать Саскию. Где, кстати, она сейчас?