- Ищи цветок, у которого бело-золотистые шелковистые и продолговатые лепестки. Они чуть мерцают в сумерках.
- А как он называется? – я с опаской покосилась на Анешку, вид у которой был словно у сумасшедшего профессора. Волосы растрепались, на щеках лихорадочный румянец, а глаза, в лучах заходящего солнца, лихорадочно блестят.
- Луноцвет. Мы ищем Луноцвет, - ответила та, когда я уже было, совсем решила, что ответа на свой вопрос не получу.
Вздохнув, подумала, что будет лучше разделаться с этим побыстрее. Такой, травница меня пугала и заставляла нервничать.
Закрыв глаза, вслушалась в лесные шорохи и звуки, а потом открылась, мысленно задавая вопрос. Какое-то время лес молчал, как бы раздумывая, а потом я увидела удивительно прекрасный цветок, вот только он был далеко от места, где мы стояли. Для того, чтобы его добыть, мне придется забраться в самую чащу, куда ранее не ступала нога смертного человека. Похоже, разделаться с этим вопросом по-быстрому, не получится. Знахарку тащить туда точно не стоит - опасно, а значит, придется топать самой.
Открыв глаза, повернулась к Анешке:
- Тебе придется ждать меня дома.
- Почему? – в голосе было такое разочарование, даже взгляд как-то потух.
- Потому, что идти за Луноцветом нужно очень далеко. Я-то дойду, меня лес не тронет, а вот за тебя я поручиться не могу.
- Хорошо. Только, пожалуйста, возвращайся! – темные глаза смотрели на меня с мольбой.
- Скажи, почему этот цветок так важен для тебя? - я непонимающе смотрела на женщину.
- Я все тебе расскажу, обещаю, а сейчас, пожалуйста, поторопись, - попросила Анешка.
Я еще раз взглянула на нее, кивнула, и шагнула в лес.
____________________________________
Прим. автора:
(1)Cead beag'an ziriael – привет, маленькая ласточка
(2)Que suecc's? – Что случилось?
(3)Ansus – новости
(4)Beag'an ziriael – маленькая ласточка
Накеры - гуманоидные монстры небольших габаритов обладающие примитивным разумом. Местами обитания выбирают лес, всевозможные пещеры и туннели, которые нередко роют собственноручно. Держатся стаями, ибо так легче атаковать более сильных противников.
Глава 7
Лес встретил меня привычным шепотом, запахами и звуками. А еще он был мне рад, это чувствовалось. Я петляла тропами, каким-то шестым чувствам зная, куда идти. Цветок, что был в данный момент целью, стал для меня своеобразным маяком.
Солнце уже скрылось за горизонтом, и на лес начала стремительно опускаться тьма, но она не была для меня помехой, потому что вело меня отнюдь не обычное зрение. Своими человеческими глазами я бы просто не нашла дороги, а доступными почти каждому смертному чувствами, не сумела бы понять, что творилось вокруг. А творилось невероятное. Деревья перешептывались друг с другом, вздыхали и громко скрипели, словно потягиваясь после долгого сна; их ветви раскачивались, как на сильном ветру, вот только в глубокой чаще, куда я успела забраться, его не было.
Еще через какое-то время в лесу стало совсем темно, но между тем я ни разу не запнулась и не упала. Корни деревьев при моем приближении уходили в землю, а ветви сами отгибались, давая возможность пройти.
Поляна, на которой обнаружился луноцвет, поразила меня своей первозданной красотой. На небо, к тому моменту, успела вскарабкаться полная луна и в ее ярком свете окружающий лес казался сказочным. Я в восхищении замерла, боясь даже вздохнуть, чтобы не разрушить очарование этого момента.
Медленно и осторожно приблизившись к цветку, склонилась над ним: разглядывая, любуясь. Нежные бело-золотистые лепестки растения искрились под мягкими лучами ночного светила, а чашечка на длинном стебельке слегка раскачивалась. Красота какая! И такое чудо я должна сорвать? Да, у меня рука не поднимется!
Усевшись на землю возле цветка и продолжая глядеть на него, задумалась. Что же предпринять? Я обещала принести Анешке луноцвет, но это растение было волшебно-прекрасным в своей хрупкой красоте, которую мне совершенно не хотелось разрушать. Ведь если я его сорву - чудо погибнет. Отведя глаза от цветка я осмотрелась, и мой взгляд практически сразу замер на огромном старый дубе, который возвышался над остальными деревьями, словно древний дед над малышами-внуками. Поднявшись, словно завороженная двинулась к нему.
- Здравствуй! - прошептала я, осторожно прижав ладошки к коре древнего исполина.
- Здравствуй, дитя! - донесся до меня шелест. Он был тихий и хриплый, словно и вправду как у древнего старца.
- Так и есть, дитя, я очень, очень стар: старше всех деревьев этого леса!
- А можно я тебя спрошу? У меня так много вопросов, но на них совершенно нет ответов.