- Геральт, а давай я выберу тебя, а? Тебе от меня ничего не надо, да и «белки» с тобой точно связываться не станут, - я с надеждой уставилась на Белого волка.
- Неужели? – ухмыльнувшись, тот изогнул бровь.
- О чем вы спорите? – вклинился в наш разговор появившийся бард, переводя взгляд с меня на ведьмака и обратно.
- Обсуждали кое-что, - уклончиво ответил Геральт.
- Так что скажешь? – я взглянула на него, ожидая решение.
- Я подумаю.
- Спасибо.
- Цветочек, что происходит? – Лютик уже изнывал от любопытства.
- Ничего. Пойдем, я, помнится, тебе песни обещала. Есть у меня одна на примете: в самый раз для тебя, - моя попытка отвлечь виршеплета от нашего с ведьмаком разговора удалась. Его глаза загорелись и, ухватив меня за руку, мужчина потащил на корму.
- Сиди здесь, я сейчас, - сказал Лютик, усадив меня на ящик, и куда-то убежал.
Пожав плечами, я встала и подошла к борту, устремив взгляд на зеленые холмы берега напротив. Бард вернулся быстро, таща с собой свой музыкальный инструмент и записную книжку с пером.
- Я готов внимать тебе, моя муза! – возвестил он, устремив на меня пылающий взор.
Улыбнувшись, я решила сначала продиктовать текст песни, а уже потом спеть. Выбор свой я остановила песне «Короли ночной Вероны» из мюзикла «Ромео и Джульетта». Лютика сама идея мюзикла очень заинтересовала и он попросил меня пересказать содержание.
- Такая сильная любовь в столь юном возрасте это прекрасно! Жаль, что кончилось все печально, - вздохнул бард, когда я закончила краткий пересказ. Потом посмотрел на свою книжку, куда записывал сочиненные баллады и спросил:
- Споешь?
- Спою, - согласно кинула я и потянулась за лютней.
Пару минут поперебирала струны, подбирая аккорды и запела. То, что моя песня имела успех, я поняла только когда заметила высыпавших на палубу «белок». Лютик сиял не хуже лампочки, Геральт усмехался, стоя облокотившись на борт барки.
Потом была парочка песен на французском, на этот раз уже из другого мюзикла, и я передала лютню барду, чтобы с интересом выслушать несколько его баллад, так что когда импровизированный концерт был закончен, время было к закату. Мой напарник по музыкальному творчеству ушел в кубрик, бренчать на своей лютне, Геральт тоже куда-то делся, я уселась на широком бортике кормы, свесив ноги за борт, и уставилась на заходящее солнце. Необыкновенно красивое зрелище.
- Ты красиво поешь, - неожиданно раздался голос за моей спиной, так что я чуть не свалилась со своего насеста в воду.
- Киаран! – возмутилась я, и обернулась.
- Прости, я тебя напугал? – на губах виноватая улыбка, а вот в глазах ни капли сожаления, лишь искры смеха.
- Весело ему, а я чуть за борт не выпала, - буркнула себе под нос и от греха подальше села так, чтобы ноги были над палубой, а не водой.
- Я бы тебя спас, - улыбнулся эльф.
- Действительно? – я иронично изогнула бровь, взглянув на нелюдя.
- Ты мне не веришь? – удивился темноволосый мужчина.
- Чем меньше d'hoine останется, тем лучше: не так ли звучит девиз всех скоя´таэлей? - я пожала плечами.
- Ты не просто какая-то d'hoine. Ты совершенно другая. Я бы не дал тебе умереть.
- Потому что я спасла тебе жизнь? – я испытывающее смотрела на эльфа, пытаясь понять, что ему нужно - что он чувствует, но не смогла ощутить ни единой его эмоции.
- Не поэтому, - тот, склонив голову набок, разглядывал меня.
- Киаран, что тебе нужно?
- Ты мне нравишься, – просто ответил он и одним стремительным движением оказался рядом.
Я, не ожидавшая от этого нелюдя такой прыти, замерла, как кролик перед удавом. И только когда он оказался так близко, что я ощутила его дыхание на своих волосах, меня накрыло волной его эмоций. За внешней маской спокойствия бушевал такой ураган, что я буквально потонула в этом вихре чувств. Кажется, Киаран еще что-то говорил, перейдя на Старшую речь, но я, окончательно потерявшись в этой буре эмоций, ничего не поняла. Прикрыв глаза, попыталась отгородиться от чужих ощущений своими щитами.
- Squaess'me(1) – виновато улыбнулся эльф. – Я не хотел тебя оглушить, просто, если бы я сказал словами, ты бы мне не поверила.
- Ты знаешь? – я ошеломленно смотрела ему в лицо.
- Что ты слышишь чувства других?
- Да.
- Понял, еще тогда, когда вы пришли поговорить со мной, - улыбнулся Киаран.
- И никому не сказал? – этот остроухий удивлял меня все больше и больше.