Света поджала губы. В рамки её личного «хорошо» не вписывалось ни лето на даче у его мамы, ярой любительницы ровных рядков картошки, ни поездки на ближайшую затянутую тиной речку на выходные, но говорить об этом было… бесполезно.
Всё равно ничего не изменится.
-Если хочешь, можем в гости сходить, - торопливо попытался всё выправить муж. – Ну, к Никифоровым или к…
-Сдались мне твои Никифоровы, - бросив полотенце на пол, женщина перекрыла воду и принялась собираться на работу. – И Семёновы тоже не сдались. Пусть сами жрут те подошвы, что их жёны делают!
-Ну, Свет, ну чего ты?
-А то ты, мать твою, не знаешь!
-Свет…
Закрывшись в крохотной ванной, она провела несколько томительных минут в пустых попытках успокоиться. Муж за стеной протопал несколько раз мимо раковины и, скорее всего, решив помочь вместо извинений, включил воду. Перед глазами Светы за секунду пронеслась картина размалываемых на крошки любимых тарелок, она уже дёрнулась было выйти, но…
Муж поставил тарелку в сушилку, та сухо звякнула. Потом звякнула вторая. С мелодичным «дзинь» упала в раковину чашка, распадаясь на несколько независимых частей. Димик выругался, судя по всему, порезавшись осколком. Света предусмотрительно достала с полки аптечку, прежде чем выйти к нему.
Димик всегда был таким: спокойным, разумным, самую капельку зависимым от мнения окружающих. Молодым и горячим, он впервые предстал перед Светой этаким «циничным ублюдком», способным смешать с говном любого противника. Она была впечатлена настолько, что не сразу заметила: то, что она приняла за деланное равнодушие, сносившее крышу девчонкам, заставляя их бросаться в «омут чувств» на старой софе чьей-нибудь дачи, в реальности оказалось смесью лени и тотальной незаинтересованности чем-либо в жизни. Но, одурманенная собственными ничем не подкреплёнными догадками, уверенно сказала «да» в ЗАГСе.
Сейчас, спустя четыре года, Света уже не думала, будто равнодушное «как-нибудь разберёмся» в состоянии кончиться чем-то хорошим. Отметка «хорошо» ставится если дело вообще будет хоть как-то сделано, потому что обычно… Ох, с какой завистью теперь приходится смотреть на подруг, выбравших более «проблемных» парней, у каждого из которых было странное увлечение. Димик не играет в танчики, не курит и не пьёт, избегает фанатов какого бы то ни было спорта, не смотрит по сторонам в поисках драки, даже по выходным не вооружается перфоратором, не требует детей, не придирается к её внешнему виду, но, мать твою, совершенно ничего не делает! Вообще ничего!
По крайней мере, сам. А, когда приходится просить, корчит недовольную мину и тяжело вздыхает, прежде чем оторвать задницу от дивана.
-Я это… - шелестит муж на грани слышимости, демонстрируя тонкую царапину на ладони, - Схватился, думал быстро убрать и… вот.
-И вот, - кивнула Света, извлекая на свет божий пузырёк с зелёнкой и пластырь. – Не забудь на работе сказать, чтобы направили в медпункт, пусть нормально осмотрят, я в этом не понимаю ничего, знаешь же.
-Ага…
Когда-то Света мечтала о том, как отправится в столицу, поступит в театральное училище, или, может, в какой-нибудь университет, закончит его с отличием и быстро покорит мир кино, получая через пару лет исключительно главные роли. Но потом она взвесила свои шансы, посмотрела в зеркало и нашла менее рискованное решение: замужество и ПТУ рядом с домом с красивым названием специальности. Через два года она стала обладательницей реальной работы, диплома с шикарным «Швея-драппировщица» на первой странице и обручального кольца. Огромные постеры с собственным лицом продолжили являться во снах, но… на самом-то деле, каковы шансы, что девочка из дальнего «посёлка городского типа» сможет покорить столицу? И неужели она может позволить себе идти за мечтой, не имея за плечами ровно никакой помощи от семьи?
Теперь Света понимает, что, возможно, стоило попробовать, но кому нужна уставшая женщина под тридцать, когда можно найти без малого сотню молоденьких девочек, ещё не обросших мужьями, обязательствами, тёмными кругами под глазами и лишними килограммами? Вот раньше…
Она мечтательно вздыхает, что не укрывается от соседки, от удивления даже перестающей строчить на машинке. Всё-таки предаваться мыслям на работе слишком опасно - можно увлечься и не заметить, как течёт время.
-Свет, ты чего? – испуганно спрашивает женщина. – Ты чего удумала? Ты это, не глупи, а то Алёнка тоже так вздыхала, а потом бросила всё и убежала «за мечтой», теперь пороги обивает, пытаясь обратно устроиться. А у нас уже всё, место занято. Так что ты это… - несколько секунд пожевав губами, она решительно повторяет: - Не глупи! -Да не собираюсь я убегать, - отмахивается Света. – Не дура же, место хорошее, платят вовремя. Просто… у меня ведь когда-то были мечты, амбиции, жажда покорить этот мир…