Часы в прихожей показывают половину пятого. Слишком рано для хороших новостей. Судя по всему, переехать всё же придётся сегодня.
-А у тебя? – вопросом на вопрос отвечает Света. Поднимает на ноги и медленно бредёт на кухню. – Будешь чай?
-Да, разогреешь ужин?
Точно, еда. Она совершенно ничего не успела приготовить, потому что он пришёл почти на три часа раньше. С чего бы это?
-Ты сегодня рано.
-Да, отпустили пораньше, чтобы успел собрать вещи. На новом месте что-то случилось, так что очень просят выйти уже завтра. Мы точно не сможем перебрать до выходных, но ничего, пока покатаюсь.
-Это настолько важно?
-О чём ты?
-Ну, «новое место»… оно настолько лучше текущего, что ты готов ехать два часа в один конец ради призрачного шанса улучшить что-то маленькое и едва заметное?
-Милая, даже если улучшения и выглядят со стороны «едва заметными», для меня они крайне важны, можно даже сказать – принципиальны. К тому же, разве тебе самой не хочется оставить прошлое настолько далеко за спиной, насколько это вообще возможно?
-Я… и так всё оставила, - она наливает им две чашки и, усевшись рядом за узким столом, осторожно гладит мужа по плечу. Наполненный любовью и нежностью жест выходит каким-то неловким и несвоевременным. – Но, если это важно для тебя, но я могу попытаться. Новая квартира уже готова, верно?
-Да, я… позвонил хозяину и попросил впустить нас раньше. Но эта…
-Основное упакую сегодня, утром загрузим в машину и сам перенесёшь после работы. А я останусь тут до пятницы, сдам квартиру хозяйке, покажу, что всё в порядке, заберу залог и извинюсь за столь внезапный отъезд. Если ты приедешь за мной в субботу утром, то оставшееся уже будет собрано.
-Это…
«Странно и непонятно». Именно так. Света и сама думала, что зря вынесла предложение разделиться. В последнее время она часто ловила себя на мыслях намеренно остаться одной, выгнать мужа из дома, создать собственными руками вакуум, заставляющий чувства клубиться сбившимся комом внутри. Но дело всё же не в стремлении к одиночеству: стоит им остаться вдвоём, как женщина неизменно возвращается мыслями к тем моментам, когда стояла у грязного окна, смотря на Димика, увозящего в их машине чужую женщину. Тот двор наверняка навсегда останется в памяти и, если Свету угораздит попасть в ад… он будет выглядеть именно так.
-Милая? – муж гладит её по руке, выглядит потерянным и странно поджимает губы. – Мы очень давно просто не сидели рядом, не говорили по душам, не шутили. Ты… дорога мне, может… всё-таки сможешь поехать завтра утром?
-Извини, завтра в девять приедет первая клиентка. Она уже внесла задаток, так что отказаться не получится.
Димик вздыхает. Смотрит на холодильник и вздыхает ещё тяжелее. По его собственному решению (Света была против), мужчина на правильном питании уже почти две недели, и, кажется, вот-вот приблизится к моменту, когда будет готов заплатить тысячу рублей за просто бутерброд с колбасой и майонезом. А до этого времени ему предстоит питаться свежими овощами, фруктами и чистой водой, иногда позволяя себе немного чая. Как исключение из правил, естественно. Не чаще раза в несколько дней. За последние полгода он здорово сбавил, медленно превращаясь из обкатанного кусочка сыра в худощавого паренька, которого она уже с трудом могла вспомнить по первым свиданиям. Вероятно, ей тоже следовало начать приводить себя в форму. Потому что Димик ряд ли станет тормозить и скоро доберётся до своей желанной формы – треугольный атлет с мощной спиной окопался у них в ванной комнате со второй квартиры, неизменно перебираясь в первый же день на привычное место. «Эталон, к которому не стыдно стремиться» - поговаривал муж, и, иногда видя его кошелёк, Света краем глаза замечала фотографию мужчины в дорогом пиджаке. Видимо, в каждой области «эталон» должен быть свой, иначе не сработает.
-Я… вернусь за тобой в субботу, честное словно. Можешь не переживать.
-С чего ты взял, будто я переживаю?
-Ну…
-Дим, мы женаты. Ты перед лицом закона заявил, что хочешь остаться со мной. Не надо выдумывать небылицы, ладно?..
Следующие два дня прошли как в бреду. Стремясь дошить всё, за что уже получила деньги, Света торопливо обзванивала всех, кто заплатить только собирался. Хозяйка квартиры ещё в момент заселения показала себя не слишком добродушной особой, так что надеяться на возврат залога не приходилось. Хотя они и прожили в квартире меньше трёх месяцев, но уже почти шесть принимали дотошную и не ведающую о границах приличия женщину, дважды документально подтверждали свой брак и один раз даже были вынуждены бросить ужин, спеша домой, потому что получили звонок типа «Вы непотребствами всякими занимаетесь, я вас выселяю!». Чем конкретно они тогда занимались, так и не было установлено, однако хозяйка обошла обе комнаты и сунула нос буквально в каждый ящик. Сомнительная дотошная мадам. Хорошо, что это скоро уже закончится.