Глава 14
Нет. Видимо, она сказала это вслух: лицо мужа стремительно сереет и Свете приходится виновато поднять руки на уровень лица. -Прости, - мягко произносит она. – Вырвалось. Видимо, рефлекс с былых времён. Так что там с квартирой? -Три минуты до метро, монолитный дом, а главное – хозяйка только-только выставила её на продажу, так что мы будет первыми и сможем немного поторговаться. -А нас это по карману? В прошлый раз… -В прошлый раз я сглупил и обратился к риэлтору, для которого главным было продать застоявшуюся у него в списке квартиру. Теперь это самостоятельный поиск через друзей, который, как видишь, дал результаты. Мы можем уже сегодня её посмотреть. Если нет работы, то собирайся. -Я… у меня есть несколько заказов, да и помыться надо бы… -Хорошо, - кивает муж. – Только быстро, я пока займусь завтраком. Все те пять минут, что Света проводит в ванной, он постоянно чем-то гремит и грохочет, намереваясь то ли создать шедевр из двух яиц и огрызка колбасного батона, то ли – разнести к чертям собачьим всю кухню. Она склоняется ко второму варианту и потому заканчивает раньше, чем ожидала. Снова затягивает на поясе халат и убирает брошенные на пол носки в машинку. И, сделав несколько глубоких вдохов, наконец, выходит в коридор… где уже стоит несколько чемоданов и пустой рюкзак, видимо, для машинки. -Милый, что происходит? – спрашивает она, надеясь на адекватный ответ, но муж бурчит что-то мало понятное, из которого мозг с трудом выхватывает «пару дней отдыха», «новое место» и «побыть вместе». – Я должна собраться, да? -Было бы неплохо. Я побросал в чемоданы некоторые вещи, но точно не уверен всё ли взял, - всё же внятно отзывается мужчина. – И ещё я организовал себе недельный отпуск, который мы проведём вместе. Будем засыпать и просыпаться рядом, больше никаких одиночных забегов! Мечта, да и только! -Что-то случилось? – переспрашивает Света, на которую монолог не произвёл ожидаемо воодушевляющего эффекта. – Почему я должна всё бросить и как можно скорее перебежать на новое место? -Я… просто подумал, что было бы неплохо провести некоторое время только вдвоём, без посторонних. К тому же, ты уже давно просила устроить нам настоящий медовый месяц, поэтому я собрал немного денег и… -Мы правда поедем в медовый месяц? – это вырывается непроизвольно, и она тут же затыкает себе рот ладонью. Но Димик уже смеётся на кухне, видимо, получив ожидаемую реакцию. – Правда? – гораздо тише уточняет Света. – У меня действительно всё-таки будет медовый месяц? -Да. Это, конечно, не Сейшелы и даже не Багамы, но место отличное. Турция. Пять звёзд. Впервые увидишь море, скатаемся на несколько увлекательных экскурсий, приедем загорелые и готовые к новым подвигам ради швейного искусства. -Здорово… вот только я не смогу. Заказы… ткань… - она разочарованно разводит руками. – Да и паспорта у меня нет, чтобы выехать из страны… -Вообще-то, старый кончится только через три месяца, мы за это время точно успеем вернуться. К тому же, ты так мечтала о нашем путешествии, даже «блокнот желаний завела». -Ты… знаешь о блокноте? -Конечно. Ты ведь никогда его особо не прятала. Было делом времени, когда я в поисках какой-нибудь редко требующейся вещи его найду. Но, скажу честно, это всё равно удивительно. Меньше всего я подозревал тебя в любви ко всяким «техникам самогипноза» и прочей чепухе. А оказалось, что ты даже карту составила, указав все места, в которых хочешь побывать. -Я всего лишь мечтала. Нет ничего зазорного… -Да, именно! Тем более, что именно твой «блокнот желаний» помог мне понять, насколько всё запущено. Ты столько времени провела наедине со своими мыслями, чтобы была вынуждена выплеснуть их на бумагу. А я даже не заметил твоего одиночества, хотя постоянно был рядом! Господи, да открой я глаза на несколько месяцев раньше, всё бы стало совершенно по-другому и… -О чём ты? -Эм… - он теряется. Видимо, дело в той истории, о которой Света старается не вспоминать даже в мыслях, хотя усилия обычно и оборачиваются лишь вспышками ярости и новой болью. – Скажем так, тогда бы всё совершенно по-другому началось. Возможно, я бы не стал терпеть хамское отношение начальства и сразу перебрался в столицу, схватив тебя в охапку. И мы бы начали новую жизнь один раз, а не десять. У тебя, наверно, уже голова от переездов кружится… О да, у неё начинается резь в висках от одних только мыслях о смене квартиры. Димик молодец, он правда старается быть хорошим, он заметно похудел и научился готовить некоторые весьма затейливые блюда, начал собирать собственную коллекцию книг, а совсем недавно Света поймала его на составлении чего-то вроде «Карты Желаний», причём плакат был очень красочным и… амбициозным. -О чём ты думаешь? – спрашивает мужчина. – Если сомневаешься, то я сдам билеты и можем провести пару недель у твоих родителей. Уверен, твоя мать не будет против в кой-то веки принять нас в гости. Или просто побродим по городу… -Нет, - лишь представив встречу на улице с Катей, женщина морщится. – Не хочу возвращаться, а с мамой мы и так разговариваем трижды в день, зубы уже болят от её наставлений о «правильных хозяйках», существующих лишь на страницах книг по домоводству. -Она не настолько плоха. -Не настолько, - соглашается Света. – Однако она серьёзно учит меня, что яйца при варке надо класть в холодную воду, а сковородку обязательно протирать перед наливанием масла. И вещи. Она учит меня стирать. Мне через год тридцать, а моя мама-пенсионерка рассказывает как правильно выворачивать мужские трусы. -А их надо выворачивать? -Представь себе! Оказывается, мы делаем неправильно ужасное количество вещей! И, конечно, она не может пройти мимо, когда видит «как мы ломаем себе жизнь»… - она складывает руки на груди, вспоминая те многочасовые разговоры сразу после их первого переезда, что стоили километров нервов и такого количества ткани, испорченной в порыве злости. – Моя мать – единственная женщина, считающая «родной город» неким сакральным местом, способным «исполнить любое желание». Удивительно, как, проведя в нём всю жизнь, она умудрилась заработать только артрит и несварение. -А как же дачный домик? – улыбается Димик и легонько пихает жену в плечо. – Подумай только, как здорово нам там было. -До или после двадцати «обязательных» грядок картошки? Или, может, когда осенью мы ехали домой с тремя килограммами на двоих и наставлением типа «вы молодые, справитесь, ещё заработаете там!». И ведь какое-то время, вместо того, чтобы включить мозг, я серьёзно думала, будто должно уважать окружающих людей только за возраст или социальное положение. Видимо, осознание, что если человек – говно, то он таким и старости будет, приходит с возрастом, вместе с дёргающимся глазом и геморроем. -Милая, - Димик осторожно гладит её по ладони. – Милая моя. Если тебе не нравится не один мой вариант, может, предложишь что-то ещё? -Я… я не знаю… Всё так быстро происходит, раньше я хоть брошюры из турагентств дома держала, чтобы перелистывать и плакать, а теперь… - она тяжело выдыхает, собираясь с силами, - Ладно, давай начнём с малого. У меня всегда была мечта покататься на поезде по ближнему Подмосковью. Проездные на день не так дорого стоят, а вечером… -Раз уж это отпуск, как насчёт перебраться временно ко мне в квартиру? А я буду говорить и убирать, словно ты отеле, м? -Ну уж нет… - начинает очередной монолог Света, но теряется, вспоминая о подслушанном разговоре. Эта женщина, лицо которой так и не удалось как следует разглядеть, и правда может сюда явиться. Что тогда будет? Неужели, та мягкость и нежность в их отношениях, к которым Света уже успела привыкнуть, исчезнет? Нет, она больше не вернётся в то время, когда Димик неделями изображал Ленина на диване. По крайней мере, уж точно не добровольно! – А знаешь, хороший вариант всё-таки с Турцией. Давай туда и поедем, тем более – билеты уже есть… В Турции жарко, невероятно влажно и так солнечно, что Света сгорает в первый же день и весь оставшийся отпуск проводит, сторонясь ярких луч