я гнездится в твоём сердце, мешая нормально мыслить или здраво принимать решения. Она порождает страх, ведь сложно прыгать, когда некому подхватить тебя в случае падения. И со временем ты прекращаешь идти вперёд, так как любые изменения – это риск. -Не понимаю… -Выходи за него, Мила. Он – хороший человек, который умеет заботиться и быть по-настоящему добрым. Возможно, Вы не станете единым целом, обретя друг в друге «кармическую половинку», но и это – достойный мужчина, который никогда тебя не обидит. -Знаешь, когда ты это говоришь… кажется, что ты влюблена… в него… -И в тебя, - улыбается Света. – И в работу. И в платье. Я влюблена в весь мир, неистово и безоглядно, и это помогает мне жить… Димика нет дома слишком долго, так что она успевает известись, гуляя от стены к стене в гордом одиночестве. Швейная машинка стучит слишком громко для раскалывающейся от каждого звука головы, так что прибегнуть к шитью как к единственному реально работающему средству Света не может. От скуки она перебирается сваленные на подоконник бумаги и находит брошюры университетов, которые муж даже не подумал пролистать. Включает его ноутбук, «надёжно спрятанный» под кроватью и смотрит программы обучения, цены и расписание. Выбирает несколько подходящих Димику и его графику вариантов. И застывает, обнаружив, что инстинктивно отложила светло-голубую книжечку в сторону. Это дали ей. Откинув брошюру в угол, Света всё равно возвращается к ней через несколько часов, от скуки, да и просто из любопытства. Непримечательная на вид книжечка содержит всю необходимую информацию для поступления: адреса, пароли, явки, необходимые экзамены и даже примерное содержание программ по специальностям. Обведя несколько особо приглянувшихся кружком, она снова задумалась о том, что было бы неплохо тоже… Нет, не сейчас. Димику явно понадобится помощь, его работа занимает всё больше времени, теперь даже заочное обучение может помножить на ноль и так недлинный сон. Что будет, если однажды он просто не справится? Нет, она должна быть рядом и поддерживать мужа по мере своих сил. В конце концов, они уже давно вместе и, несмотря на кажущуюся загруженность, этот мужчина всегда находил для неё время и силы. Так почему она, не имея особых дел… С другой стороны, неужели она настолько отойдёт от домашних забот, если позволит себе какой-нибудь небольшой курс, чисто для саморазвития, чтобы не особо отставать от Димика, всё свободное время проводящего с книгой в руках. Телефон взрывается звоном как раз в самый разгар обдумывания того, сильно ли отвлечёт её от семьи и бытовых дел такая невинно выглядящая специальность, как «Основы менеджмента и бухгалтерского учёта». -Алло, - говорит Света, уже заранее зная, с чего начнёт разговор собеседница. Просто потому что, если ты вырос у кого-то на руках, то учишься различать его настроение по первому вздоху. – Как вы? -Ещё не померли. Твоими молитвами. Помнишь, какой сегодня день? -Ммм? – она бросает взгляд, но не находит календарь. В мастерской он висит прямо напротив стола, но тут, видимо… - Какой? -День, когда моя дочь неблагодарно откажет своей бедной матери в помощи. -Ох… что случилось? -Ты мне скажи, - бормочет женщина на том конце провода. – Мы с отцом стараемся, сажаем, окучивает, собирает вредителей, регулярно поливаем, в банки закатываем, а они, видите ли, «лучше в магазине купят»! Света тяжело вздыхает. Головокружение подступает с новой силой. Видимо, она не отвечала на телефон, и мама дозвонилась Димику… который улетел в другую часть страны в другой часовой пояс и вообще редко выходит на связь… и который из всех «огородных» дел признаёт только поедание результата… -Извини, Дима… в командировке и… -А меня это должно волновать? Как только вернётся, садитесь в машину и пулей сюда! Я одна тридцать грядок выкапывать не собираюсь! -Может, тогда не стоило их сажать? – вырывается у Светы, и она тут же жалеет об этом, потому что мать на том конце провода замолкает буквально на секунду, а потом разражается такой тирадой, что театральные актёры могут только позавидовать. Там всё: и гнев за неуважение, и обвинения в неблагодарности, и обещание впредь «ни за что и гнилой картошины не давать», и даже взывание к чувству вины, ведь «у отца больная спина, хоть его пожалей!». В конце концов собеседница выдыхается и Света осторожно произносит: - Извини. -«Извини»? И это после всего, что мы для тебя сделали? Да как тебе не стыдно вообще?! Укатила на край света, нос от родного города воротит, возвращаться, видите ли, «не планирует»? А я как же? Кто мне в старости стакан воды подаст, а? Света сжимает пальцами переносицу, чтобы не закричать. По её скромному мнению, они с Димиком умрут раньше вечно прикидывающейся больной матери, и дело тут не в мерзком желании нагадить, иногда продирающемся сквозь привычный кокон самообороны, выстроенного вокруг самого понятия «семья». -…и не стыдно тебе меня в краску вгонять на старости лет? – вклинивается в размышления часть фразы. – Весь город же теперь без остановки говорит о том, что твой охламон натворил! Мы в магазин не можем выбраться, стыдно глаза от пола поднять! А, стоило потребовать от него, чтобы приехал на серьёзный разговор, так сразу «очень занят, обратитесь в другой раз, а лучше – никогда»! И как не совестно стервецу проклятому ещё жить так, будто и не было ничего?! Как не перекашивает его каждый день за завтраком, обедом и ужином? Такую пакость сотворил, так унизил и нас, и своих родителей, а самому – хоть бы хны! Укатил в столицу и в ус не дует! -Мама, погоди… о чём ты? -О муже твоём, о котором ты так трепетно всегда заботишься. «Димочка не хочет», «Димочка хочет», «Димочке надо»… да срать на тебя хотел твой «Димочка»! И на нас вместе с тобой! Ох, таку гадость сотворить, кошмар просто… -Мама, погоди… - пытается вклиниться в пошедшую по второму кругу песню из причитаний и взываний к совести Света. – Что происходит? Что Дима такого сделал, что тебе теперь из-за него стыдно? Мы ведь уехали почти пять лет назад, неужели нечто такое случилось, что до сих пор город баламутит? -А ты не в курсе? -Нет. -Ох, девочка моя… - причитает мать и, словно не решаясь, сообщает: - У Димки-то твоего любовница была, Катька Каботова, Инны дочь, ну, которая замуж в село вышла и там семерых родила. Помнишь, ещё приезжала к нам с подарками, когда ты маленькая была? Ну, сама на машине, муж у неё в кожаной жилетке модной… прямо не пара, а мечта была, пока он ни запил и всё не спустил… -Мам, пожалуйста, ближе к делу. Что такого случилось с этой Катей, что город взбаламутило? -Вы когда уезжали, она тоже отправилась обратно. А чего, работы нет, за квартиру платить нечем, чего от жизни ещё ждать? В общем, я ей особо не интересовалась эти годы, а пару дней назад она снова объявилась, на старое место устраиваться и ребёнка в садик отдавать. И, значит, когда её спросили кто отец, назвала его, коза глупая… -И что же? – понимая, что уже знает ответ, спрашивает Света. -Да твоего мужа назвала, Дмитрия Баранова…