Парень помялся.
- Мне тоже не хватает бабушки Марии.
- Да уж. - грустно сказал старик Буллис, глядя в воду. Он сидел на маленьком деревянном пирсе, возле дома, под скосом крыши и смотрел на быстро бегущую реку.
Тенки сел рядом. Оба какое-то время наблюдали за потоками воды и пузырьками. Дождь и не думал заканчиваться. На поверхность выплыла мелкая рыбёшка и ударила хвостом. А затем вновь погрузилась на дно.
- Чего хотел, Тенки? - спросил Буллис уже теплее.
- Мне здесь не место.
- Это точно. Зачем припёрся на мельницу и мешаешь старику наблюдать за рыбой.
- Ты всё равно рыбу сейчас не ловишь. И я не про мельницу. А про Ламию.
Старик промолчал. Он всегда знал, что этот момент настанет.
- Хочешь уйти?
- Пожалуй. Я не вижу себя здесь. Кем я буду? Лесником? Фермером?
- Ну, я собирался оставить тебе мельницу.
- Чтобы я до конца жизни подзаряжал банки?
- Ах, ты неблагодарный пацан! Думаешь легко было всё это построить? После войны...
- Миллион раз слышал твоё брюзжание про - после войны было тяжело. Понял уже.
- Если бы понял, то ценил бы, что есть.
- Я ценю, просто... - Тенки замолчал. В десяти метрах по берегу дальше крутилось то самое колесо-турбина. На удивление, кроме плеска воды, оно почти не издавало звуков. - Расскажи про моего отца.
- Опять? Сколько раз тебе говорить - забудь, его нет.
- Откуда тебе знать?
- Потому что он не вернулся. Всё просто. Когда вы всей семьё завалилсь в Ламию... в общем твои родители явно не из тех, кто бросает ребёнка на произвол судьбы.
- Кхм. - Тенки недовольно хмыкнул.
- Пацан, твоя мать не виновата, что ей пришлось покинуть этот свет. Всем было нелегко, хорошо хоть стольким людям удалось спастись. - сказал Буллис кивая подбородком в сторону города выше по течению. - Ты не представляешь, какой был ад в крупных городах и на равнинах. И это, заметь, уже сильно после окончания войны.
- Когда?
- Она закончилась... лет сто назад. А длилась до того около двухсот. Я видел большие уничтоженные, разорённые города и сгнившие равнины ещё в молодости. Мне было чуть больше, чем тебе сейчас.
- Да, но когда ты встретил моих родителей, ты уже был стариком.
- Больше уважения, молодой человек. - забрюзжал Буллис.
- Я к тому, что отец мог выжить. Они пришли в Ламию когда, лет пятнадцать назад? Значит, с окончания войны прошло... - парень запутался. Но старейшина подсказал.
- Восемьдесят пять лет.
- Много. Отец мог выжить.
- И почему он не вернулся тогда?
- Не знаю.
- Ты знаешь ответ. Просто не хочешь принять.
- Слушай...
- Я не хочу, чтобы ты тоже погиб, Тенки. - с внезапной ясностью в глазах сказал Буллис, посмотрев на парня.
Тот помолчал немного, но сказал твёрдо.
- Я всё понимаю, дедушка. Но, когда закончится дождь, я отправляюсь на юг.
4
Дождь шёл одиннадцать дней. У людей в Ламии потихоньку начали кончаться припасы. Всё больше жителей выбиралось порыбачить на реку. Некоторые охотники, несмотря на дождь всё же пошли в лес.
Каждый из этих дождливых дней, старик Буллис приходил в небольшую, грубо сложенную хижину Тенки, на опушке леса и уговаривал юношу - не идти.
Но тщетно. Тот упёрся рогом и всё для себя решил. Он собрал рюкзак (синтетический, довоенный - подарок бабушки Марии, которая выменяла его на ярмарке в одной из ближайших деревушек). Тенки подготовил одежду. Промаслил с внешней стороны ботинки, чтобы грязь и вода не приставали. Взял два ножа - один длинный и прямой, скорее похожий на меч. А второй - короткий и загнутый. Эдакий полусерп.
Небо всё больше прояснялось и вот на двенадцатый день дождь закончился. Тенки вышел из хижины и пошёл на северо-запад. Выход из Ламии был всего один - именно там. Поскольку город находился в своего рода полукруглой горной долине.
Хочешь не хочешь, а для путешествия на юг, надо сначала выйти из долины и обойти горы. Именно там - в узком месте, где заканчивалась долина, а горные ручейки собирались в мощную реку и находилась мельница. Буллис будто чувствовал и ждал парня на улице.
- Не иди, прошу тебя.
- Извини, дедушка. Я должен. - Тенки помолчал и добавил. - Спасибо тебе за всё. Вы с бабушкой навсегда в моём сердце. Но я должен следовать своим путём.
Старик пожевал бороду. А затем быстро зашаркал в дом. Вскоре он вышел оттуда с длинным свёртком в руках. А на плече дед нёс какую-то продолговатую сумку.
- Что это? - с любопытством спросил Тенки.
- Оружие. Из тех времён. Иди-ка сюда.
Старейшина крутился вокруг Тенки, прилаживая какое-то металлическое устройство на правое плечо и руку.