- Ну как тебе?
- Я не понял.
- Сейчас объясню. На твоём правом плече и лопатке крепится основная часть этого устройства. Старайся не снимать его. Вот эти металлические гнущиеся позвонки идут вдоль твоей правой руки. Можно и на левую перекинуть, но это сложнее. А ещё эта штука может изгибаться и стрелять прямо из-за твоего плеча. Вытяни руку, поводи туда-сюда.
Юноша это сделал. И вправду, с лёгким металлическим жужжанием, ствол устройства следовал за рукой.
Буллис оглянулся по сторонам. Никого не было. Ещё слишком ранний час. Но вскоре жители начнут просыпаться и, раз уж в кои-то веки выглянуло солнце, собираться для работы на природе.
- Вытяни руку в небо.
Тенки сделал.
- Это устройство реагирует на слово Залп. - при этих словах из ствола с треском вылетела шаровая молния. Небольшой заряд электричества круглой формы, пространство вокруг которого щетинилось дугообразными разрядами. - Можно ещё мощнее. Тогда надо добавить к слову на З слово Макро. Не будем, чтобы не тратить энергию.
Тенки с восхищением посмотрел на это чудо техники, а затем с благодарностью на деда.
- Работает на банках-аккумуляторах. - продолжил рассказ Буллис. - Я тут собрал тебе в дорогу. - он протянул сумку юноше.
- Да здесь добрая треть всех банок города, ты чего.
- И никакая не треть. Большинство сейчас у людей в машинах, на местах. А это те, что были на подзарядке.
- Но что ты скажешь, когда...
- А что я? Старый дед-пердед. - Буллис впервые посмеялся над собой. - Заснул, уронил банки в реку. Унесло течением. Печально, но что поделать. Пусть косят траву ручками. Благо серпы и косы есть. Справятся. - а затем, спохватившись добавил. - Но ты как вернёшься, конечно, и банки приноси. В хозяйстве всё сгодится.
И юноша, и старик чувствовали, что Тенки уже не вернётся. Впрочем, Буллис был не так прост...
- И ещё. - с влажными глазами сказал Буллис. - Носи устройство под курткой. Оно достаточно плоское и не такое большое, чтобы мешать при движении. А как натрёт - перецепишь на другое плечо. У тебя должен быть козырь. Внешний мир - опасное место.
- Понял. - юноша послушно сделал всё, что ему сказали. Накинул куртку и с благодарностью принял совет.
- Не доверяй никому.
- Даже...
- НИКОМУ. Ни молодым, ни старым. Ни мужчинам, ни женщинам. Особенно женщинам.
- Почему?
- Влюбят и ограбят.
- Дед, ты перегибаешь.
- Ничего подобного. Ты меня слушай, пацан. - кажется старик пришёл в норму. - И вообще, как пересечёшь горы, старайся никому не попадаться на глаза. Твои лучшие друзья - скрытность и одиночество.
Рассветное солнце с каждой минутой всё больше теснило мрак. Полоса нового дня стремительно двигалась вниз по долине, освещая всё новые и новые дома. Вот уже заспанные жители стали потихоньку выбираться из своих жилищ. Мужчины потягивались. Кто-то брал вилы и, почёсывая пятую точку, шёл класть сено скотине. Женщины, заправляли волосы лентой и поторапливали детей. Кому в курятник, кому на поля, кому в лес - по грибы, по ягоды или за местным зверьём.
- Спасибо тебе, старик. - Тенки осторожно обнял сухого, мудрого, но вредного Буллиса.
- Береги себя, пацан. - тот обнял юношу и похлопал по спине. - Надеюсь, услышать твою историю.
- Услышишь. Обязательно.
5
Тенки шёл по широкому хоженому тракту - единственной дороге, которая выходила из долины Ламии во внешний мир. Несмотря на свою изолированность, благодаря чему поселение сохранилось, шла бойкая торговля с более мелкими городками и деревнями. Не то, чтобы Ламия была большой. Нет. Даже в лучшие времена её население не достигало и десяти тысяч жителей. Но прочие обиталища рода людского были куда более скромными. Всё, что сохранилось от старого мира.
Первая деревня на пути была относительно живая. Называлась она просто и незадачливо - Тропинка. Находилась деревня ниже по течению реки. Здесь русло начинало ветвиться на три, заболачивая местность. Что было не так уж и плохо. Жители Тропинки сподобились ловить раков и различную рыбу. Улитки тоже были в ходу и считались деликатесом. Их охотно покупали жители других поселений. Даже в Ламии. Стоили они не сказать, чтобы дорого, а белка давали много. Да и раковины можно было использовать. Тереть в порошок (говорят, помогало от кожных болезней). Или носить, как украшения. Последние очень нравились детям.
Также продавались пиявки, которых в заболоченной тростниковой пойме реки, где стояла Тропинка, было в избытке. Они служили лекарственным средством чуть ли не от всех болезней. Причём использовать их можно было как живыми (от давления), так и мёртвыми (для всего прочего - от нормализации работы кишечника и до повышения потенции).