Она лишь улыбается и опускает глаза на свой бокал, после смотри в сторону. – Не стоит так передо мной распинаться, – возвращает она свой взгляд мне.
– Почему же? Перед такой изумительной женщиной, думаю, стоит, – парирую я, отчаянно рвясь в последний бой. Она качает головой, словно не верит своим ушам. Она, как мне показалось, понимает, что я задумал.
В зале энергичная музыка сменяется медленным мелодичным мотивом. Ребята из местной группы весьма профессионально играют, и их музыка приятно ласкает слух. «Фортуна сегодня на моей стороне», – думаю я и поднимаюсь со своего места.
– Потанцуй со мной, Стелла, – протягиваю я ей свою руку. Она медлит, посмотрев на нее и задержав на секунду свой взгляд. После она поднимается со своего диванчика и, словно приняв мой вызов, вкладывает свою холодную руку в мою.
Мы идем к воображаемому танцполу, пробираясь через танцующие парочки. Выбрав свободное место, мы встаем друг напротив друга, она кладет свою левую руку на мое плечо, а ее правую руку я беру в свою ладонь, приобняв за талию.
Мы начинаем медленно двигаться в танце, не произнося ни слова, ведь за нас это делает музыка. От ее волос исходит приятный ванильный и цветочный запахи, которые наполняют мои легкие и задурманивают мой уже слегка нетрезвый мозг.
Ее кожа идеально бархатистая, мне нестерпимо хочется проложить дорожку из поцелуев по ее шее и дарить этой женщине наслаждение. Она меня завораживает тем, что одновременно сочетает в себе робость и в тоже время дерзость, самодостаточность. Это дикое и редкое сочетание крайне обескураживает меня. Я пьянею все сильнее и становлюсь просто безнадежным.
– Ты такая красивая, – наклоняюсь я к ней и шепчу на ухо. – От такой красоты было бы не жалко ослепнуть.
Она мне ничего не отвечает, но клянусь, что чувствую, как она слегка дрожит от моих слов и дыхания, которым я обдал ее шею, когда шептал те слова. Соблазнение – это моя любимая часть игры, поэтому я в ней весьма преуспел.
Ее правая ладонь лежит в моей руке, а другой я обнимаю ее за талию. Мы медленно кружимся в танце, но Стелла почему-то избегает прямого зрительного контакта со мной. Мне нужно, чтобы она посмотрела мне в глаза, ведь в этот момент мы физически на очень близком расстоянии. Мне необходимо ее внимание, потому что это часть игры. Моей игры.
Я опускаю свою руку, которой держал ее за талию, и сдвигаю ее чуть ниже на поясницу, где оголен кусочек ее кожи от поднявшейся во время танца блузки. Пальцами я прокладываю едва ощутимую линию по ее оголенной пояснице, и чувствую ее легкую дрожь. Она реагирует на мои прикосновения, дав тем самым мне зеленый свет прикоснуться к ее бархатистой коже еще более ощутимо, что я и делаю, играя пальцами по ее коже и изображая замысловатый узор.
Она, не выдержав этой сладкой муки, а именно такой она и была – приятная и сладкая, все-таки взглянула на меня.
Я смотрю на ее сочные алые губы, в которые мне так хочется впиться прямо здесь и сейчас, когда замечаю, что она прижимается сильнее ко мне и шепчет соблазнительным голосом на ухо:
– Может быть, хватит уже мучить мою поясницу?
Что? Стоп!
Я был удивлен ее реакции, но не показывал своего негодования. Не может быть! Годы опыта мне подсказывали, что девушкам нравились такие ласки – они были едва ощутимые, потому что позволяли дразнить и распалять, но не переступать разумных границ. Но видимо эта история не про Стеллу. Неужели мне тут ничего не светит?
– Только не говори, что тебе не нравится? – шепчу я ей на ухо с придыханием и чувствую, как она закрывает свои глаза.
– Не льсти себе, красавчик, – продолжает она нашу незримую для остальных словесную дуэль. – Твоя симпатичная мордашка еще не говорит о том, что ты знаешь, как обращаться с женщинами. – А она весьма острая на язычок и явно пытается мне утереть нос.
– Ну, ты меня все – таки считаешь красавчиком, это уже что-то, – не могу не поддеть ее, она так мило сердится.
– Ты просто заносчивая задница, Николас, – смотрит она мне прямо в глаза с абсолютно серьезным видом, при этом мы продолжаем танцевать, медленно двигаясь в такт музыки.
Я несколько секунд молчу, после чего наклоняюсь вновь к ней поближе и говорю:
– Ты такая сексуальная, глаз не могу от тебя отвести.
Говорю ли я подобные слова все женщинам, с которыми хочу и планирую переспать? Нет, не говорю, но совсем не потому, что не хочу этой игры. Причина в том, что большинство женщин, с которыми мне приходится иметь дело, уже просто так готовы со мной лечь в койку, даже без предварительных игр и соблазнения. Они словно потребители в супермаркете: взяли с полки и съели. Я же люблю длительный процесс приготовления и дегустации, а не бездумное поглощение продуктов. В этом наше отличие. Но в большинстве случаев приходилось брать то, что дают.