– Гм… Стелла, – говорю я, краснея, потому что не поняла, что нужно было ему подыграть, судя по всему.
– Точно, Стелла – указывает он на меня. – Такое красивое имя, как и твоя улыбка.
Боже, и зачем он меня снова смущает?
– А меня зовут Кевин, – представляется он, протягивая мне руку. Когда я протягиваю ему свою руку в ответ, то он обхватывает ее своими руками и подносит к своему сердцу, сражая меня наповал своим признанием:
– Ты просто покорила мое сердце, Стелла! Ты – моя удача!
* * *
Семь лет назад
Держась за руки, мы с Кевином выходим из церкви, и нас ослепляет яркое июльское солнце. Все наши родственники и друзья радостно кричат и посыпают нас рисом и лепестками роз. Я сегодня такая счастливая и не могу поверить, что это на самом деле происходит со мной. Спустившись по крыльцу вниз, Кевин берет меня на руки и начинает кружить, я верещу от неожиданности. Но потом мы начинаем в голос смеяться, когда он отпускает меня и привлекает к себе, чтобы обнять. Он наклоняется ко мне, и мы соприкасаемся лбами.
– Моя жена, – говорит он так тихо, что слышу только я.
– Мой муж, – отвечаю я ему, касаясь ладонью его щеки.
Этот нежный момент прерывают наши близкие, которым не терпится нас поздравить с днем рождения нашей семьи.
Я рада, что все наши родственники и друзья пришли порадоваться за нас. Для меня это очень важно, и я всем неимоверна благодарна, что в самый лучший день эти люди рядом с нами – разделяют наше счастье, с которым я хочу поделиться с каждым жителем этой планеты.
– Я так за тебя рада, моя девочка, – крепко обнимает меня мама, и когда я отстраняюсь и смотрю на нее, то вижу слезы на ее щеках. – Я так рада, что ты обрела свое счастье.
– Не плачь, мамочка, – вытираю я ее слезы и еще раз прижимаюсь к ней. – Я, правда, очень счастлива с Кевином.
– Я знаю, – шепчет она. – Знаю и вижу это.
– Стелла! – нас прерывает миссис Картер – мать Кевина. – Девочка моя, как я рада за вас, – бросается она меня обнимать.
– Спасибо, – еле выдавливаю я, задыхаясь в ее крепких объятьях.
– Мама, прекрати! Ты сейчас задушишь ее, – говорит ей Кевин.
– Радовался бы, – ворчит она, оглядываясь на него. – Она лучшее, что случилось с тобой в этой жизни! – говорит она ему, грозя пальцем.
– Я знаю, – отвечает он ей спокойно. – И ценю это. Дайте мне хоть немножко побыть с моей женой, – отгоняет он всех от меня, оберегая меня, словно я хрустальная и могу разбиться от излишка внимания. Кевин всегда был собственником – во всем.
Наши родители лишь пожимают плечами и уходят в сторону к остальным гостям.
– Зачем ты так с ней? – я сержусь на него, потому что считаю, что мы не имеем права грубить либо вымещать злость на своих родителях. Они самое дорогое, что у нас есть.
– Я видел, что она тебя чуть не задушила в своих благодарных объятиях, – гримасничает он.
– Прекрати! – смеюсь я и задеваю его кулаком по груди, имитируя удар. Кевин заключает меня в нежные объятия, и я утыкаюсь ему в грудь. Он намного выше меня.
Кевин целует меня в висок и говорит ласково:
– Я так люблю тебя, детка!
– И я тебя люблю, милый! – отвечаю я сразу же, наслаждаясь самым счастливым и важным днем в нашей жизни. Кевин наклоняется ко мне и целует меня в губы – нежно и проникновенно. Оторвавшись от меня, он смотрит мне в глаза и говорит с самым серьезным видом, что я видела:
– Еще в самый первый день, когда я тебя увидел, то понял, что ты моя!
Мое сердце пело и плакало от счастья в тот самый момент и в тот самый день, когда я была так счастлива обрести семью. Обрести свою половинку. Обрести любовь своей жизни. Навсегда.
Глава 22. Не сбежать.
Стелла
Я просыпаюсь от дикого желания выпить воды. Ощущения, словно мой рот набит песком. Я открываю глаза и понимаю, что нахожусь в уютных объятиях Николаса. Его теплые и заботливые руки меня собственнически обвивают.
Я умираю от жажды, но мне так хочется насладиться этим моментом. Когда мой муж Кевин был жив, то мы почти всегда так просыпались. Он крепко обнимал меня своими сильными руками, которые давали надежду на лучшее – на лучшую жизнь, на совместное будущее, на большую и крепкую семью. Но, к сожалению, он своим странным и трусливым поступком все перечеркнул.
Вчера, когда Николас сказал фразу «ты моя», то я ощутила удар молнии, которая меня сразила ощущением дежавю. Словно все это было со мной, хотя обстановка и человек рядом со мной совсем другие. Я сразу же вспомнила Кевина. Единственного мужчину, которого я любила и боготворила.