Когда я кладу ключ назад в шкатулку, и сумка с деньгами больше не давит на мое плечо, то я не знаю, что же делать дальше. Я оставила деньги, но что же дальше? Мы не обговорили с Маркусом ту часть, где мне возвращают мою дочь, и мы живем долго и счастливо. На все мои вопросы он не дал мне никаких ответов, шантажируя меня благосостоянием и жизнью моей дочери. Мне пришлось согласиться на все его условия, потому что у меня был вариант либо согласиться, либо больше никогда не увидеть мою Райли.
Что в данную секунду должно произойти? Меня обманули? Я должна ждать? Нет! Ответ – НЕТ! Я должна ее поискать, может быть, она где-то здесь. Я решаю начать поиски и обхожу каждый угол помещения, куда только могу проникнуть, но бесполезно. Моей малышки Райли нигде нет. Такими темпами я могу отчаяться. Я возвращаюсь на первый этаж и стою несколько минут посреди помещения, не зная, что делать дальше. После опускаюсь на пол и сажусь, прислоняясь спиной к грязной стене. Я чертовски устала за последние два месяца поиска моей любимой дочери. Я сильно похудела и осунулась. Мне кусок в горло не лез от переживаний, а временами начинало даже тошнить от вида и запаха еды.
Притягиваю колени к груди и обнимаю ноги руками, склонив голову на колени. Не знаю, зачем я здесь сижу и чего жду. Кажется, меня обманули как полную дуру, которая еще и заплатила такую огромную сумму денег, так и не получив возможности забрать своего ребенка. Это полное фиаско с моей стороны. Глаза начинает щипать, и я даю волю слезам, не желая их держать внутри себя. Они способны меня задушить, если я не выпущу их наружу.
Гоняя все эти противные и горькие мысли в своей голове, я долго сижу в заброшенном помещении. И, кажется, что мне совсем не страшно, потому что больше терять нечего. Я потеряла всех самых близких людей, которых у меня забрала жизнь, судьба, карма. Называйте, как хотите, я уже сама не знаю. Николаса я сама оттолкнула, потому что не хотела ему портить жизнь. Я искренне хотела верить его словам, но боль прошлого никак не отступала, какой бы сильной обезболивающая таблетка новых отношений не была. Я не знала, сколько еще буду нести бремя преданной жены – навсегда или когда-то это прекратится, но пока оно было со мной. Да и, по правде говоря, я просто не хотела отношений, мне важно было найти свою дочь, я позволила этой ситуации нас разлучить, а не сплотить.
Медленно поднимаюсь на затекшие ноги, понимая, что просидела здесь целую вечность. Прошло много времени, но я уверена, что Джулия и Брендон по-прежнему ждут меня в машине.
Еще раз окинув глазами помещении, я иду к выходу и, открыв дверь, понимаю, что на улице начало смеркаться. Это не очень хорошая идея идти по темноте в этом районе, потому что со мной может случиться все, что угодно. Но разве у меня есть выбор?
– Мама, – слышу отдаленно детский голос, но этот звук такой расплывчатый и отдаленный. Может быть, я начинаю сходить с ума и мне это все причудилось? Я замираю на месте и быстро оборачиваюсь, но вблизи меня никого нет.
Приближаясь к двери, я снова слышу «мама» и вновь замираю на месте.
Что за черт?
Я прислушиваюсь и слышу снова и снова разрывающее меня изнутри:
– Мама! Мамочка! Где ты? – отчетливо узнаю голос своей дочери, и не могу поверить своим ушам.
– Райли! – зову еще слышно, мой голос осип от долгого молчания. – Райли, где ты?
– Мама! Мамочка! – слышу хныкающий голос своей дочери. Я оборачиваюсь, и вижу свою дочку, которая бежит ко мне на встречу, как в замедленной съемке. Я опускаюсь на корточки, развожу руки в сторону и ловлю ее в свои объятия.
Это череда самых счастливых кадров в моей жизни, которые с одной стороны я захочу стереть навсегда, а с другой захочу сохранить в памяти на всю жизнь.
Моя дочь жива и невредима. Я глажу ее по голове, осматриваю ее, но она выглядит хорошо: чисто одета, причесана и даже улыбается своей задорной и самой любимой улыбкой на свете.
– Ты пришла за мной, – шепчет она мне на ухо.
– Конечно, пришла, милая моя, – сжимаю ее крепко в объятиях, боясь задушить. В голове мелькает мысль, почему она так сказала? По какой причине я могла бы не прийти за ней, но тут же гоню все мысли прочь. – Идем домой!
Я беру ее за руку, и мы быстро выбегаем из заброшенного здания, унося ноги по направлению к машине, где нас ждут мои лучшие друзья, потому что на улице почти стемнело, а район не из приятных, но я надеюсь на лучший исход. Сейчас я точно знаю, что смогу защитить свою дочь и выстоять в любой ситуации.