— Значит, Патрик, — повторяет он. — Вы просто друзья? — вопросительно смотрит он с толикой недоверия. — И ничего больше?
— А что тебя удивляет?
— Он смотрит на тебя не по дружески, поверь мне. Я мужчина и знаю, о чем говорю, — уверенно произносит он эти слова, словно говорил их миллион раз. — Сегодняшняя сцена тому подтверждение.
— Не говори глупостей, Николас. Мы с Патриком только друзья. Уверяю тебя, — мне очень хотелось, чтобы он в это поверил, потому что я не испытывала к Патрику ничего, кроме дружеских чувств. Он не был мужчиной моей мечты, хотя он во многих смыслах идеальный.
— Ладно, — кажется, он успокоился.
— А вот та особа вряд ли тебе просто друг, — начинаю я менять тему, не желая больше говорить о Патрике. Он тут ни при чем. — Кто она?
— Никто. Это неважно, — говорит он сразу же, словно желая избежать упоминания о ней.
— Вот видишь. Откуда я могу знать, что она не твоя девушка? Или, возможно, жена? — почему я раньше об этом не подумала.
— У меня нет девушки, Стелла. И тем более нет жены. Ты это прекрасно знаешь, иначе, зачем бы я приглашал тебя на ужин? — говорит он так, словно мои предположения полный абсурд. Похоже, что так и есть.
— Не знаю. Мне тогда так не показалось. Она так влюбленно на тебя смотрела! — Боже, я мелю какую-то чушь. Я даже не видела толком её лица, не говоря уже о взгляде.
— Она оказалась там случайно, и я её видел второй раз в жизни, — выпалил он. — Она ничего не значит для меня. С ней покончено.
— Хотелось бы в это верить, — не знаю, зачем я все это говорю. Зачем я вынуждаю его все это объяснять.
— А ты просто поверь мне, и всё. Больше ничего не нужно.
Я молчу. Не хочу думать о его бывших пассиях, и не хочу еще раз вспоминать о том вечере в пабе. Я чувствую себя ужасно от одной мысли о том, насколько разным был тот вечер.
Страстный. Странный. Пылкий. Отталкивающий. И, конечно же, полный разочарования.
Я смотрю на часы и понимаю, что через пять минут мне нужно быть на совещании, а я отчет только мельком просмотрела.
— Извини, Николас, мне нужно на совещание, — смотрю я на него со всей серьезностью.
— А это не может подождать еще пару минут? — с надеждой в голосе говорит он. — Нам нужно поговорить, Стелла.
— О чём? — удивляюсь я, полагая, что извинение — это единственное, о чем он хотел поговорить.
— О нас, — его простой ответ.
— Николас, нет никаких «нас». Разве я не права?
— Нам нужно поговорить. Мы не можем вечно бегать друг от друга, — настаивает он.
— Хорошо, — соглашаюсь я. — Позвони мне завтра, и мы всё обсудим.
Ответом мне был пронзительный взгляд его синих глаз. Это два глубоких океана, от которых невозможно оторвать взгляд. В них хотелось затеряться и остаться навечно.
Но я сейчас у меня была только одна реальность — мне нужно было идти на совещание.
Глава 16. Без конца и края
Николас
Что-то опять пошло не так. Первый вариант — либо я веду себя как полный идиот и всё время говорю что-то не впопад. Второй вариант — Стелла слишком недоступна для меня, словно стена, которую мне не сломать и не преодолеть.
Я всё еще сижу в машине около бизнес — центра, где располагается офис её компании, не желая сдаваться. Мы договорились, что я позвоню завтра. Но я не намерен ждать ещё как минимум сутки, чтобы решить всё между нами, иначе эта недосказанность меня просто убьёт.
Мне нужен её ответ на мой ещё не заданный вопрос. Нужен, как воздух.
Я жду, когда она выйдет, хотя понимаю, что могу так просидеть до ночи, потому что совещание могло затянуться насколько угодно. Мне всё равно, я буду ждать, потому что должен добиться своего.
Возможно, весьма самонадеянно так открыто проявлять свои чувства, потому что мне это несвойственно. Я привык держать свои эмоции под контролем, а вернее под огромным амбарным замком. Но без риска не бывает победы. Побеждать я привык, смакуя этот сладковато — приторный вкус.
Когда я извинялся перед ней, то это было совершенно искренне с моей стороны, поскольку после всего случившегося я чувствую себя грубым животным, что так поступил с ней и с Эвелин. Хотя с другой стороны, мы не встречаемся, и ничем не обязаны друг другу. Пока. Тем не менее, мне не следовало уходить с Эвелин, а нужно было уйти в одиночестве. Если не ради себя, то хотя бы ради Стеллы. Но я этого не сделал, за что корю себя. И пусть она никогда этого не узнает, но эта горечь будет жить во мне и со мной.
Смотрю на часы, которые я замучил своим назойливым взглядом. Уже почти девять вечера. Поднимаю взгляд на выход из бизнес — центра и вижу, как Стелла выходит через вращающиеся двери и куда — то идёт. Мне нужно догнать её, сейчас же.