Выхожу из машины и закрываю её с брелока. Перехожу дорогу к бизнес — центру, стараясь не упустить из вида Стеллу. Пройдя небольшое расстояние налево от входа, она стремительно направляется к металлической двери, расположенной с торца здания. Видимо, это вход в подземную парковку. Почему она, интересно, не воспользовалась лифтом в здании, чтобы спустить сюда? Странно.
Я ускоряю свой шаг, иначе, если Стелла зайдёт и дверь захлопнется, то я упущу шанс закончить наш разговор. А мне это совсем не нужно. Боже, я чувствую себя каким-то преследователем, сошедшим с экрана кино, который выслеживает свою жертву.
Это мысль заставляет меня немного улыбнуться, вот только эта улыбка не такая уж и радостная.
Стелла открывает магнитным ключом дверь и заходит, широко ее распахнув. Я перехожу на бег и успеваю схватиться за ручку двери, которая не закрывается. Успел.
Ступив в помещение парковки с приглушенным освещением, я слышу раздающийся по периметру отчетливый и громкий стук каблуков Стеллы.
Я лавирую между рядами припаркованных машин, пытаясь не выпустить из виду Стеллу, которая стремительно подходит к своей черной «Ауди А6». Должен признать, у этой умопомрачительной женщины отличный вкус на машины. Я бы даже сказал — дерзкий и мужской, что мне в ней также очень нравится. Я ускоряю шаг и быстро приближаюсь к Стелле, хватая её за руку, чтобы остановить.
— Ааа, — вскрикивает она, резко обернувшись и замахнувшись на меня своей сумкой. — Николас, чёрт бы тебя побрал! — ругается она на меня. — Ты меня до чёртиков напугал!
— Уф, прости! В мои планы не входило тебя пугать, — защищаюсь я, выставив руки вперед.
— А что входило в твои планы? Вот так подкрасться ко мне на парковке и напасть? — смотрит она на меня недовольно и напугано. — У тебя стиль общения такой?
— Извини, я не нарочно, — оправдываюсь я.
Ну какой же я идиот! Ничего лучше не придумал, как напугать её. Она и так, похоже, не в восторге от моих действия, а я ещё все усугубляю. Придурок — вот мой диагноз, который словно бегущая строка отображается на моём лице.
— Нам нужно поговорить, — говорю я осторожно.
— Я же сказала, позвони мне завтра, — она ещё не сменила гнев на милость.
— Мне нужно прямо сейчас с тобой поговорить, — смотрю я на неё со всей серьезностью, какая у меня есть на данный момент. Она молчит и ничего не говорит в ответ, лишь смотрит на меня испуганно и ожидающе в то же время. Чего она боится?
Я не причиню ей зла.
Я быстро оглядываюсь по сторонам и замечаю, что вокруг нас никого нет, а значит можно сказать все, что вертится на языке, потому что свидетелей не будет. Я подхожу к Стелле максимально близко, но не касаюсь её. Она, тем не менее, прижимается спиной к машине, словно её напрягает столько близкое расстояние между нами.
— Что ты делаешь? — смотрит она на меня с сомнением, как будто я собираюсь наброситься на неё, но это не так. Я не повторю ту же самую ошибку.
— Просто подошел к тебе поближе, а то ты опять убежишь от меня, — пытаюсь я пошутить, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.
— То есть именно так по — твоему выглядит разговор? — пронзает она меня своими зелеными глазами. — Мне нужно немного личного пространства, — касается она рукой моей груди и немного отталкивает меня, а я послушно отхожу, не желая снова с ней конфликтовать. Я пришел не за этим.
— Я не хочу, чтобы ты опять сбежала от меня. От нашего разговора, — оправдываюсь я, хотя на самом деле я всё время хочу касаться её и чувствовать, что мне ещё так толком ни разу и не удалось. — Дай мне еще один шанс показать, что ты мне на самом деле нравишься. Пожалуйста?
Она лишь безмолвно кивает, смотря выжидающе.
Я никогда и ни о чём не просил и не умолял женщин. Никогда. Скорее, все было наоборот. Но сейчас мне было всё равно. Я был готов поступиться своими принципами, чтобы завоевать эту женщину. Мне нужно было пробить её броню, хоть по миллиметру в год, но мне было это нужно. Меня безумно к ней влекло, и я ничем не мог это объяснить. И поэтому я решил действовать так, как чувствую. Так, как подсказывает моё сердце, которое я отказывался слушать все последние годы. Но сейчас я больше не могу не слышать его настолько громкий крик, иначе оно может разорваться. Я чувствую, что Стеллу ко мне тянет, но она всячески пытается это отрицать. Но только почему, никак не пойму.
— Стелла, мы с тобой взрослые люди, — начал я. — Поэтому нет смысла бегать друг от друга и отмалчиваться. Почему ты меня отталкиваешь? Неужели я тебе настолько неприятен? — возмущение и смятение наполняют мои слова.