Райли подозрительно молчит, поэтому я оборачиваюсь и смотрю на её серьезное выражение лица.
— Ты чего? Какое мороженое будешь? — демонстрирую ей коробку клубничного и шоколадного лакомства.
— Сырное! — говорит она. — Моё любимое!
— Вот как? — мои брови вздымаются вверх. — Серьёзно? — недоумеваю я. Только я мог так облажаться, раскритиковав именно тот сорт мороженного, который любит расстроенный ребенок, находящийся под моим контролем. Ещё минус один бал мне как няньке.
— Угу, обожаю его. Надо еще посыпать орешками, — говорит она, как ни в чём не бывало, словно не слышала мой неуместный комментарий.
— Так, где лежат орехи?
— В крайнем шкафу справа, — инструктирует она меня. Я беру миски из шкафа, решив тоже охладиться этой странной ночью. Кладу специальной ложкой два шарика мороженого для Райли и посыпаю размельченными грецкими орехами.
— Пожалуйста, мисс! — словно официант, подаю ей лакомство. Она хихикает и начинает есть мороженое.
Пока мы едим лакомство, то молчим и переглядываемся. У Райли довольное выражение лица. Я задумываюсь, насколько этот ребенок удивляет меня каждый раз. Никогда бы не подумал, что можно не любить клубничное или шоколадное мороженое, но, оказывается, не такой уж я спец в детских вкусах. Сейчас дети совсем другие, совершенно не похожие на нас.
— Так, ребенок, а сейчас идем спать! — говорю, помыв после нас миски и ложки, вытерев их и поставив на место, заметая следы нашего ночного преступления. Оглядываюсь на Райли, она лишь согласно кивает.
Перед сном я читаю ей несколько страниц её любимой сказки, после иду в спальню Стеллы и ложусь сам. Посмотрев на часы, понимаю, что прошло уже пару часов с тех пор, как Стелла уехала в пекарню, и она до сих пор не звонила.
Беру с тумбочки телефон и набираю её номер.
— Привет, — она почти сразу же снимает трубку.
— Привет, — вторю ей. — Всё в порядке?
— Уфф, — вздыхает она. — Уже практически всё уладили. Оказывается, произошло возгорание на кухне, одна плита была не выключена и завтра кто-то за это поплатится, — по голосу слышно, что она вымоталась из-за всех этих событий.
— Может, нужна, какая помощь от меня?
— Нет, Ник, всё нормально. Ты и так мне помогаешь, оставшись с Райли дома. Мы с Патриком уже всё здесь уладили, — услышав это имя, у меня автоматически сжимается челюсть. Я бы хотел быть рядом с ней, чтобы во всём разобраться, а не этот ублюдок. Почему-то я не переношу его на дух. Словно он тот, кто пытается у меня украсть внимание Стеллы. «Успокойся, Ник, — говорю себе. — Он просто друг и партнер по бизнесу и ничего более».
— Ты не звонила, и я начал волноваться, — говорю спокойно, стараясь не выдать своего раздражения от упоминания имя Патрика.
— Спасибо, что переживаешь за меня.
— Приезжай скорей, без тебя так холодно спать, — смотрю на пустую половину кровати, на которой всегда спит Стелла, и провожу рукой по простыни.
— Скоро буду, поспи пока, — говорит она тихо-тихо.
— Не смогу. Мне нужно, чтобы ты меня убаюкала. Только ты можешь это сделать, — хнычу как маленький, чувствую, что стал гребанным романтиком. Скоро сам себя перестану узнавать. Но этой женщине я готов говорить нежности и свои искренние чувства двадцать четыре часа в сутки, и никогда не устану.
— Похоже, я прямо сейчас всё брошу и примчусь к тебе, — флиртует она со мной своим сладким голосом.
— Жду — не дождусь, — подыгрываю, желая, чтобы она оказалась рядом со мной прямо сейчас, подальше от этого напыщенного Патрика.
— Скоро буду, милый, — кладет она трубку, не давая мне возможность продолжить наш телефонный флирт. Чёрт возьми, она меня просто невероятно заводит. И, кстати говоря, Стелла крайне редко называет меня не по имени. Эти ее обращения «милый» или «дорогой», которые она произносит своим непревзойденным голосом, затуманивают мой мозг.
Так и не дождавшись Стеллу, я всё же уснул и проснулся только утром, обнаружив её рядом с собой. Решив не будить её после напряженной ночи, я отправился на кухню, чтобы приготовить завтрак.
Я провозился на кухне целый час и, в результате, стол заставлен разной едой: бекон, яичница, блинчики, оладьи. На любой вкус и цвет.
— У нас сегодня просто пир, а не завтрак, — говорит Стелла, когда я поворачиваюсь, неся к столу две чашки кофе, и замираю от неожиданности на месте, пытаясь не расплескать кофе в чашках. И как она так неслышно пробралась на кухню?
— Уф, — выдыхаю я. — Ты меня до чертиков напугала, я чуть кофе не разлил по всему полу, — говорю я.