серебристо-розовом полупрозрачном платье. Все мужчины
изумленно выдохнули, уставившись на столь претенциозно
представленную опоздавшую гостью. Она застыла на пороге,
одаряя всех улыбкой,и ее чуть раскосые глаза засветились
особенным мягким светом, когда к ней решительно прошагал
сам президент.
- Моя дорогая, - он склонился над небрежно протянутой
рукой, поцеловал прохладные пальцы, на которых не было ни
одного кольца. - Я ждал.
- И я пришла, - шепотом откликнулась Эль. - Я не могла не
пВиталийти...
Президент протянул ей руку. Опершись на локоть мужчины,
женщина поплыла по залу, кивками и улыбками встречая
людей.
Ее провожали завистливыми, восторженными, ревнивыми и
тревожными взглядами. Никто не знал, откуда президент
откопал эту женщину, но она в считанные недели заняла место
подле главы государства. Тот полностью подпал под ее
влияние и с некоторых пор выполняет все ее капризы. С другой
стороны, достаточно одного беглого взгляда, чтобы понять, что
она действительно этого достойна. Более того, многие
мужчины отдали бы все, чтобы заслужить ее благосклонный
взгляд. И поэтому сейчас все склонялись перед нею, как перед
королевой.
Кроме одного официанта, стоявшего позади всех с подносом,
полным бокалов с шампанским. Он во все глаза смотрел на Эль
и молчал.
Вечером опять пошел дождь, қтому же задул сильный
ветер,и он шел, согнувшись и придерживая развевающиеся
полы куртки. Весна была поздняя, холoдная, с осадками. А он и
так уже устал, замерз и промок. Вдобавок ко всему, пришлось
задержаться на работе.
Начальник, который сначала отправил его «заниматься
своими делами», за час до конца рабочего дня пожелал узнать,
что сделано. Выяснив, что почти ничего, он устроил разноc.
- Но я же не знал, - попробовал защищаться он.
- А у вас нет плана работы, Папюц? Мы в позапрошлом
месяце на планерке обсуждали план работы на год! У нас через
две недели очередной слет. Вы для его подготовки что-нибудь
сделали? Вы хотя бы темой поинтересовались? Составили план
подготовки? Собрали нужную информацию? Сообщили
приглашенным? Вступительноe слово сочинили? Идите и
готовьтесь!
- Как? –вырвались у него.
- Господи, за что? За какие грехи на меня свалился этот
работник? - буквально взвыл начальник, воздевая руки к
потолку. - Что я тебе сделал, Мироздание, что ты заставляешь
меня возиться с этим недотепой? Он же ничего, совсем ничего
не умеет! Самый плохой работник –и у меня в отделе!
- Так увольте меня, –предложил Папюц.
На миг ему стало страшно от этих слов. Подумалось, что
жизнь закончится в тот же миг, когда будет подписано его
заявление. И неизвестно, что хуже –вечно терпеть упреки и
придирки или оказаться выброшенным на улицу. С кем-то,
возможно, такое происходило не раз и не два. Такие люди как-
то умели приспосабливаться, да просто не замечать ситуации.
А для него потеря работы...
- Увы, с радостью, но не могу! –огорошил его начальник. –par Рад бы, но как на этo посмотрит мое начальство? А вот
выговор я вам вкатаю! И докладную напишу! –он подтянул к
себе клавиатуру и бойко застрочил что-то. –И отправлю по
инстанции. Пусть знают, кому они зарплату начисляют и
премии выписывают! Вам не премию, вам штраф надо за то,
что вы меня до инфаркта хотите довести!
- Я этой премии не просил, - вяло огрызнулся он.
По поводу этой премии его начальник возмущался особенно
бурно, невзирая на то, что ее получили абсолютно все, даже
принятая за неделю дo того уборщица. И премия была всем
выписана одинаковая, и вот эта-то уравниловка бесила больше
всего. Начальник потом неделю демонстративно Папюца
игнoрировал, а если и приходилось общаться, то попрекал его
премией так, словно Папюц украл эти деньги у детей-сирот.
- Вы никогда ничего не просите! Вам никогда ничего не
надо! –начальник все строчил что-то. - Идите отсюда!
Займитесь хоть чем-нибудь. А тут люди работают!
Пришлось ему вернуться на рабочее место. Было оно, кстати
сказать, жутко неудобным. Когда его перевели в этот отдел,
выяснилось, что все столы заняты и пришлось ставить
дополнительный, у окна. Это вызвало возмущение остальных
сотрудников –к окну теперь не подойти! –а самому Папюцу
пришлось сидеть спиной к людям,из-за чего он несколько раз
слышал упреки в том, что, дескать, отгораживается от
коллектива.