Чтобы избежать ненужных столкновений, он отошел на пару
шагов, оставаясь возле самой двери. Надо было решиться –или
уйти отсюда вообще,или войти в здание и купить билет.
«Что бы я ни выбрал, я совершу ошибку, - сказал сам себе
Папюц. - Осталось выяснить, какую именно.»
Далекий вой полицейских сирен положил конец раздумьям.
Он решительно толкнул створку ворот, шагнув внутрь
полутемного здания, окунулся в его стеклянную тишину, как в
огромный, с трехэтажный дом, аквариум. Зал ожидания,
киоски, служебные помещения, буфет... кассы.
Билетов до Улём не оказалось –ни на прямой рейс, ни на
проходящий. Зато до Карпольска доехать можно было
споқойно. Что ж, Карпольск так Карпольск. Судьба. В его
положении, город был ничем не хуже и не лучше любого
другого.
ΓЛАВА 4
Шед Райнер слишком долго пробыл в воде. Он мелко
дрожал, кашлял, с трудoм держался на ногах. Все-таки апрель –par не самое удачное время для купания. Поддерживая капитана и
почти волоча на себе, Алла повела его прочь от реки.
Вскоре им повезло. Они наткнулись на дачный поселок –par огороженные заборами и просто колышками участки. Одни
казались заброшенными ещё несколько лет назад, другие даже
сейчас, до начала дачного сезона, уже выглядели ухоженными
и уютными. На одних красовались небольшие аккуратные
домики, на других –целые коттеджи, почти не оставлявшие
места для огородика, на третьих торчали всего-навсего
сарайчики, где и лопатам тесно. Телеграфные столбы и
провода, а также водонапорная башня свидетельствовали о
том, что поселок не слишком сильно отрезан от цивилизации.
Девушка провела капитана по одной из узких, всего на две
колеи, дорожек, выбирая дачу. Одна была огорожена чисто
символически –несколько прутьев, между которыми была
натянута алюминиевая лента. Калитка по сравнению с таким
забором казалась настоящей каменной стеной. Правда, замка
на ней не было –так, щеколда, которую беглецы отомкнули без
особого колебания.
Пошарив под крышей, нашли ключ, вскрыли простой замок,
оказавшись в тесной, заставленной всяким хламом комнатке.
Такое впечатление, что сюда свозили не только все ненужное
барахло из городской квартиры, но заодно и тащили вещи со
свалки. В запертой с прошлой осени даче пахло плесенью,
мышами и почему-то сушеной пижмой.
Какое-то время незваные гости топтались у порога,ища, куда
бы поставить ногу. Потом проход отыскался,и Алла,
пробравшись подальше от входа, буквально свалила Шеда
Райнера на продавленный диван, заваленный подушками,
матрасами с пятнами плесени и рабочей одеждой. Капитан
поморщился, но спорить не стал.
Девушка торопливо открыла забитые на зиму форточки,
впуская свежий воздух.
- Твоя дача? - капитан осматривал стены в пятнах грибка,
кучи мусора и тряпья.
- Нет, - отчего-то смутилась девушка и робко присела на
краешек того җе дивана, посматривая на сей предмет мебели с
опаской –выдержит ли он двоих? –Одного моего... бывшего
знакомого. Пару лет тому назад, когда я была тут в последний
раз, здесь было... не так грязно.
- Понятно, - Шед Райнер прикрыл глаза, прислушиваясь к
своим ощущениям. Кажется, сердце начало успокаиваться. Но
все равно холодно. Надо бы переодеться, высушить одежду...
- Ничего не «пoнятно», –почему-то обиделась девушка. - Я...
мы были просто друзьями. Я встречалась с ним чаще всего в
компании друзей. Сюда мы пВиталиезжали всей толпой –на
шашлыки. Здесь в двух шагах от дома речка, за речкой –роща.
Позапрошлым летом мы тут почти каждые выходные отдыхали.
Он надеялся, что мы поженимся...
- Но вы не поженились, - капитан неожиданно ощутил что-то
вроде проблеска счастья.
- Не сошлись характерами. Летом, на природе, все было
прекрасно. Но осенью и зимой, да еще в городе, все стало как-
то... пресно, скучно, серо... Не интересно. И мы расстались.
Хотя пробовали даже чуть-чуть пожить вместе –он пВиталиехал к
нам с мамой домой с вещами... на две недели. Но потом все
равно... прошлую весну мы уже встречали порознь. И на дачу
меня даже в компании больше не приглашали.
- Тебе этого жаль?
- Нет. Я же говорю –с ним было скучно и серо. Я подумала –par а каково будет в семейной жизни?
- Также серо. Ла, жизнь вообще штука серая и скучная.
Только мы можем как-то ее раскрасить, когда пытаемся что-то
изменить.
- Это я уже поняла, - девушка осмотрелась. - За последние