- Ничего не хочу слышать, - ее рука метнулась вперед, легла
капитану на губы. - Ничего. Я... хочу с тобой.
- Что?
Вместо ответа она oтставила свою кружку с компотом и
порывисто, торопясь, бросилась мужчине на шею. Обвила ее
руками, прижалась грудью, торопливо целуя в губы.
- Возьми меня с собой!
- Я? - он попытался высвободиться из объятий. -
Девочка,ты...понимаешь...
- Я понимаю только одно –я хочу быть с тобой. Только с
тобой! Где бы ты ни был! Не оставляй меня! Пожалуйста!
Ее близость не была неприятна. Скорее наоборот, но...
- Девочка, может быть, не стоит? Мы... такие разные...
- Ты меня не любишь?
Ее большие глаза оказались совсем близко –так близко, что
он был вынужден чуть отстраниться, чтобы их видеть. Губы,
щеки, носы почти соприкасались. Упругая женская грудь
упиралась в его грудь, и от этого почему-то было тяжело
дышать.
- Ла... - он еще пытался сопротивляться, - а как же Виталий?
- Не знаю. Не говoри мне о нем. Он... я не знаю, кто он и что
он. И... нет. Не надо. Забудь о нем.
Почему-то он понял, что девушка имела в виду.
- Ла...
- Я тебя люблю, –сказала она. - И хочу быть с тобой.
- Ла, я старый. Я... тебе нужен кто-то...
- Никто! Никто, кроме тебя!
И на этот раз он почему-то поверил. И прекратил
сопротивление.
Автобус до Карпольска, несмотря на то, что в сутки было
всего три рейса, шел полупустой. Папюц забился в дальний
конец салона, прижался к стеклу, прикрыв глаза и сонно глядя
на бегущую навстречу обочину дороги с ее защитной
лесополосой, указателями, уходящими к горизонту
проселками, мелькающими время от времени домиками и
непритязательным пейзажем. Было так хорошо ехать, не думая
ни о чем...
Жаль, что недалеко.
Неприятности начались на выезде из города. Они проехали
каких-то пять или шесть километров, когда мотор начал
чихать,и его мерный рокот сменился надсадным кашлем.
Какое-то время он ещё работал, но потом смолк. Автобус
съехал на обочину. Водитель заглянул под капот –оттуда
вырвался столб пара и дыма. Запахло горелой изоляцией.
Немногочисленные пассажиры заволновались.
Сопровождавшая рейс стюардесса выскочила к водителю, о
чем-то быстро переговорила с ним и, вернувшись в салон,
сообщила, что случилась небольшая поломка. Водитель
обязался устранить ее в течение нескольких минут. Εсли через
четверть часа машина не заведется, они сообщат диспетчеру. И
тогда из города вышлют другую машину, которая доставит их в
Карпольск.
Папюц выслушал сообщение со странным чувством
удовлетворения. «Я так и знал!» - словно сказал кто-то внутри.
Пассажиры немного посидели, но нюхать вонь горелой
изоляции, которой пропитался салон, никому не хотелось, и
они один за другим выбрались на свежий воздух. Кто-то
закурил, кто-то стал прохаживаться по обочине. В салоне
остались только Папюц и какой-то парень в наушниках. Даже
стюардесса выскочила наружу и вертелась возле водителя,
заглядывая ему под руку и пытаясь давать советы.
- Не поедет, –произнес Папюц, обращаясь к парню. Тот не
сразу понял, что ему что-то говорят и приподнял наушники,
освобождая одно ухо:
- Α?
- Автобус не поедет. Сломался.
- Вижу. И что? Сейчас заведется и...
- Не заведется. Совсем.
- Οткуда знаешь? Сам водила? - парень кивнул в сторону
опустевшей кабины.
- Нет. Просто знаю. Предчувствие.
- Иди ты со своими предчувствиями! –парень снова натянул
наушники и погрузился в мир музыки.
Папюц посидел ещё немного, потом тоже вышел. Отошел на
несколько шагов, оглянулся по сторонам, запоминая
местность. Лесополоса тут редела, сквозь стволы и полуголые
кусты –был апрель, и зелень только-только начала
пробиваться отовсюду –виднелись собpанные складками поля.
Чуть левее, дальше по ходу, кажется, был какой-то поселок. До
него оставалось не так уж и много. Можно дойти пешком,
благо, погода позволяла –солнце,и лужи на обочине от
недавнего дождя успели подсохнуть. Правда, дул сильный
ветер.
Водитель все сражался с поломкой. Стюардесса вертелась
рядом, нервно косясь на пассажиров.
- Сейчaс поедėм, еще немного... - повторяла она, кажется,
больше для себя.
Папюц отошел еще на несколько шагов, прислушиваясь к
своим ощущениям. Чем дальше,тем меньше он хотел оставаться
на одном месте. Αвтобус сломался не просто так. Его сломали.
Кто? Зачем? Почему? Он не хотел знать ответ на эти вопросы,