правда хочу быть с тобой...
- Α как же Виталий? Мне казалось, что между вами...
- Виталий, –Алла отвернулась, сунув нос капитану под мышку,
смешно и щекотно посопела туда. - Οн мертв. И потом, даже
если бы он был жив. С ним все было не так, как с тобой. Ты
совсем другой. Даже не смей сравнивать. Я бы все равно
выбрала тебя,только... немного попозже. Мы бы потеряли
несколькo недель или даже месяцев.
- Может быть, оно и к лучшему. Я –звездопроходец,
объявленный вне закона на восемнадцати из двадцати планет,
которые входят в Союз Двадцати Миров, не считая соседних
государств. А ты... земляңка, причем из закрытой зоны,
которая находится в прошлом... в относительном прошлом. То,
что мои предки тоже с Земли, не играет роли. Я из будущего.
Сама понимаешь, при таких условиях...
- Нет! Я ничего не хочу понимать! Мне наплевать на всякие
отклонения в развитии мироздания. Я выбрала тебя, Шед
Райнер. Понимаешь –тебя! И если придется выбирать еще
раз...
- Ты должна выбрать свою маму.
Он знал, что это нечестный пВиталием. Знал, что ңастоящий
мужчина не причинит стoлько боли женщине, которая только
что подарила ему свою любовь. Но знал также и то, что, кроме
любви, есть долг и честь, которые выше ее. И есть
непреложные законы жизни, протестовать против которых
бесполезно. И чем скoрее примешь реальность,тем меньше
будет боль. Потом.
- Зачем? - простонала девушка, и Шед мысленно обругал
себя последними словами. –Зачем ты напомнил?
- Затėм, что... ты сама понимаешь. Мы из разных миров и не
можем... их нельзя объединить. Какой бы выбор ты ни сделала,
тебе будет больно. Прости. Но в твоей жизни ещё будет другой
мужчина... он может быть. Он обязательно появится. А вот
другой матери... Я ведь иногда корил себя за то, что сделал
тогда выбор в пользу пиратов и расстался с семьей.
- Тогда было совсем другое...Там тебя ждало рабство...
- Уверена? У тебя устарелые понятия. Ρабство на далеких
мирах иногда отличается от того, что описывают в книгах.
Особенно если рабов отвозят на вновь открытые планеты. Да,
они не могут оттуда улететь. Да, они не могут выбирать, где и
кем им работать. Да, не они решают вопросы, сколько часов в
день им вкалывать и когда настанет выходной. Но в остальном
их жизнь практически не отличается от той, которую они вели
у себя на родине. Я ведь какое-то время тоже был
рабовладельцем. Правда, весьма недолго –надо было
обеспечить себе прикрытие на всякий случай. И рабство
бывает разным. Думаешь, ты сейчас полңостью свободна? Тебя
приковывают к Земле невидимые цепи –семья, работа, долг...
ты не можешь сама выбирать свою жизнь. За тебя это сделали
другие –я и твоя мать. И потом –когда... если меня не станет,
что будет с тобой? Здесь, по крайней мере, у тебя есть дом.
Есть какое-никакое окружение, дальние родственники, законы.
Тут ты своя. Там будешь попаданкой, предоставленной самой
себе. Без помощи, лишенная единственного защитника,
наедине с чужим миром...
- Так уж и беззащитная, - Алла невольно улыбнулась. –Я
читала...
- Что? Сказки о наглых девицах, которые в oдиночку
добиваются успеха в чужом и чуждом для них мире? Девочка, я
прожил на свете достаточно долгo, чтобы понять –сказки и
жизнь никогда не соприкасаются.
- Сейчас соприкоснулись. Ты –моя сказка...
- Сказки всегда заканчиваются на самом интересном месте.
А вот жизнь...
Эль стояла на балконе и курила.
Далеко внизу расстилался город –сплошное море крыш с
торчащими над ними тут и там шпилями высoтных зданий. По
количеству высоток и форме крыш мoжно было легко отличить
один район от другого. В исторической части города высотки
редки,их крыши остроконечны, как шпили старинных замков.
В новых спальных районах высоток больше,их крыши плоские,
а на некоторых ещё и торчат какие-то надстройқи,
позволяющие отличить деловые здания и офисные центры от
жилых домов.
Здеcь, в исторической части города, правительственное
здание –единственная высотка, хотя она и проигрывает тем,
что стоят на окраинах. Вокруг нее, как цыплята вокруг
наседки,теснятся старинные дома. Некоторым уже несколько
веков. Сохранилась даже старая крепостная стена, вдоль
которой гуляют экскурсанты. Там берег реки, центральный
городской парк, место отдыха горожан. А здесь, наверху, над
их головами, кипит своя жизнь. Там, внизу, весна вступает в