скрыты ответы на все вопросы. Туда. Только туда надо идти.
Но дойдет ли он? По икре текла кровь, мочила носок и
спускалась в ботинок. Рана невелика, но наступать на ногу
больно. И кто знает, какую заразу занесли ему собачьи зубы.
Хотя бы промыть, обработать антисептиком, перевязать, пока
не зарубцуется.
Он отступил на пару шагов, не сводя глаз с местных собак. Те
постепенно прекратили лаять, расселись вдоль невидимой
границы и не сводили с него глаз, в которых светился не
собачий холодный и чуждый разум. «Только сделай еще один
шаг! –казалось, говорили они. –И ты пожалеешь!»
Но где же люди? С трудом оторвав взгляд от собак, Папюц
огляделся. Тишина и пустота. Только собаки и куры,
безразличные ко всему, кроме поисков корма. И не слышно
даже шума машин. Полное безмолвие, как в каком-то фильме.
- Эй! –позвал он в пространство, прислушиваясь к звуку
собственного голоса. Приятно и необычно было слышать его
среди полной тишины. Значит, он не оглох. Значит, что-то не
так с миром, а не с ним.
Но ведь и с ним что-то не так.
Не дождавшись ответа, Папюц похромал прочь. Надо было
найти место, где можно промыть, осмотреть и обработать
рану. Что в этой деревне ему помощи не дождаться, было
понятно. Нo где...
Шорох за спиной заставил обернуться. Собаки. Когда человек
стал отступать, они нарушили невидимую границу и теперь
шли по пятам, выдерживая, однако, дистанцию в пять или
шесть шагов. И тотчас же остановились, когда поняли, что их
заметили. Одна села, распахнув пасть и вывалив язык. Другие
остались стоять.
- Пошли прочь! –он взвесил на руке палку с гвoздем на
конце. - Прочь! –добавил немного злости. Но, видимо, со
стороны егo голос звучал кақто не так. И собаки не
попятились, а наоборот, словно получив разрешение,
придвинулись ещё на шаг.
Он замахнулся палкой, пугая. И псы отскочили на пару
шагов, припадая к земле, но стоило ему опустить оружие,
вернулись на прежние позиции, не сводя холодных
внимательных глаз. Одна шавка, самая мелкая, непрерывно
облизывалась.
«Они чуют кровь!» - пришло озарение. Это уже и не собаки
вовсе –это какие-то полуодичалые твари, сходные с собаками
только внешне. А на самом деле они... кто?
На память пришли два полу-зверя –бывшие ёж и крыса, у
которых он провел несколько часов, выслушивая их странную
сбивчивую истоВиталию. Оба эти когда-то зверька раньше обитали
там, где сейчас Периметр, за его границей. Оба испытали на
себе его действие, о котором не могли рассказать словами,
поскольку звериный разум не в силах понять и сохранить в
памяти самое главное. Так, обрывки впечатлений и
собственные ощущения. Оба подверглись каким-то переменам,
которые превратили обычных зверьков в двух... существ. У
обоих из-за этих перемен пробудилось что-то вроде разума.
Можно ли сказать, что с этими собаками сейчас происходит то
же самое? Что они стоят в самом начале этой перемены и
недалек тот день, когда и они встанут на задние лапы-ноги и
заговорят? У кого из фантастов он об этом читал? Не
вспомнить. Это было в прошлом, которое закончилось для него
полгода назад, осенней ненастной ночью в двух шагах от
Периметра.
Но почему это происходит здесь? Ведь до охраняемой зоны
Периметра несколько десятков километров! Неужели зона
распространяется, расползаясь по земле, и, как раковая
опухоль, всюду разбрасывает свои метастазы? Неужели охрана
Периметра ничего не дала и, пока с одной стороны часовые
видели только спокойную зеленую стену, зона тихонько росла
в противоположном направлении?
Папюц попятился, держа палку наготове. Псы двинулись
следом. Они постоянно сохраняли одну и ту же дистанцию в
пять или шесть шагов. Не рычали, не лаяли. Просто смотрели,и
в этом было что-то жуткое.
«Надо выбираться к людям!»
Он отступал. Пройдя несколько шагов, останавливался,
замахивался палкой, кричал на псов, стараясь вести себя
уверенно и властно,инстинктивно показывая, что у него
больше сил и здоровья, чем кажется. Хищники никогда не
нападают на сильных –они предпочитают больных и слабых,
раненых, молодняк и стариков. Он ранен и он обречен.
Проселочная дорога была рядом,и он обрадовался
двухколесной колее, как спасению. На обочине торчала какая-
то железяка,изъеденная ржавчиной. Он встал рядом с нею,
черпая силы в этом признаке цивилизации. Псы подходить
опасались, и расстояние выросло до семи-восьми шагов.
Может быть, если пройти по дороге чуть дальше от деревни,