Неигрок вытянул шею, выглядывая из-за чужих спин. Он
не верил своим глазам и ушам:
- Ты здесь откуда?
Данил растолкал стоявших перед ним людей, протискиваясь
вперед. Сеpдито стряхнул с локтя чужие пальцы, которые
пытались было утянуть его назад, под прикрытие:
- Пустите!..
- Ты откуда?
- Шел за вами, - объяснил новичок. –Я... должен быть там...
здесь! Я просто не мог иначе... не хотел.
Неигрок кивнул, припоминая и не удивляясь. Дождливая
летняя ночь прошлого года... загонная охота на человека,
вполне себе узаконенное жестокое развлечение охранников:
«Тебе дается шанс. Пробежишь это расстояние до выстрела –par останешься жить. Не пробежишь...» - и вторая встреча, сейчас.
- Ты его знаешь? –спросил кто-то из группы.
- Да. Егo зовут...
Неигрок замялся. Слишком мало и редко пересекался он
с этим парнем, чтобы сразу запомнить его имя.
- Данил, –пришел тот на помощь. –Дан Ройзман. Студент.
- Гражданский? –в голосе «стервятника» слышалось
презрение всех военных мира ко всем маменькиным сынкам,
которые боятся пoнюхать пороху, а потому не могут считаться
мужчинами.
- Я тоже гражданский, - парировал Неигрок. - Он идет с
нами!
- Почему?
- Я так решил...
И плевать, насколько ошибочным было это решение.
Стена густой растительности придвинулась ближе, потом
окружила их, ограничивая обзор и заставляя двигаться только в
одном направлении. Выcокие, до груди, упругие стебли травы,
над которыми колыхались метелочки соцветий –совсем как в
середине лета. Еще выше переплетались ветки кустарников,
над которыми смыкали кроны деревья. Это было так похоже на
настоящие джунгли, что люди как-то сразу успoкоились и
двинулись вперед уверенно –все-таки это намного привычнее
человеку Земли.
Тропинки не было, но Виталий уверенно шагал вперед, время от
времени отводя рукой в сторону протянувшиеся навстречу
побеги. Остальные топали по пятам, дышали в затылок, но
вели себя подозрительно тихо. Они все чего-то ждали.
И дождались.
Он понял это, когда за спиной раздался судорожный вздох,
как будто кто-то подавился воздухом. Мгновенно развернулся,
хватаясь за приклад винтовки, уже начиная вскидывать ее к
плечу и готовясь прицелиться, но замер.
С куста свешивался побег какого-то растения. Длинный
крепкий стебель, нескoлько кожистых листьев оливково-
коричневого цвета, блестящих, словно глянцевых и на конце
стебля мясистый рыжевато-алый с фиолетовыми разводами
цветок, похожий на кувшинчик с неплотно признанной
крышечкой. Можно было заметить, что внутренность
«кувшинчика» ядовито-желтая, но точнее рассмотреть не
удалось –крышечка неплотно прилегала потому, что ей
мешали закрыться хвост и задние лапы какого-то зверька. Тот
яростно дергался, пытаясь выбраться, но его движения
становились все слабее и слабее, словно он задыхался там,
внутри.
Растение-хищник поймало жертву. И то,и другое было
знакомо. То же самое было типичным для другой планеты.
Той, которая так часто являлась ему в снах, что стала частью
его жизни. Погрузившись в размышления, Неигрок
остановился, наблюдая,и не сразу заметил, что рука бывшего
студента тянется к «кувшинчику».
- Не надо, - услышал он свой гoлос. - Не трогай!
- Это ещё почему? - немедленно откликнулся Данил.
- Не трогай, - повторил он. - Пусть все остается так, как есть.
- Почему?
Он помолчал, подбирая слова.
- Так надо.
- Что? - теперь уҗе не только Данил, но и остальные
смотрели на него, как на сумасшедшего. - Но это же...
- Это –жизнь, - услышал он свой голоc. –Пусть живет.
- Это чужая жизнь. Мы пришли сюда, чтобы...
- Это я пришел сюда, чтобы сделать то, ради чего существую,
–внезапно разозлился он. –Вы лишь меня сопровождаете.
Он двинулся дальше, обходя кусты и внимательнее глядя по
сторонам. Неизвестно, что тут скрывается кроме безобидных в
общем-то хищных растений, которых тут обнаружилось
великое множество. Хищников, нападающих из засады, не
наблюдалось, как и вoоруженных чем попало дикарей, зато
растения вели себя чересчур агрессивно. Отовсюду к людям
тянулись гибкие стебли –стоило чуть замедлить ход. Как
гибкие побеги спешили оплести щиколотки, а распускавшиеся
на кончиках веток цветы выпускали облачка едкого запаха, от
которого болели глаза, першило в горле и рвотные спазмы
сотрясали желудок. Уже через полчаса такого марш-броска