Сложно все. Задача ближайшего времени - выяснить все о мире, братьях и возможности вернуться домой.
Будем считать это время экстремальными каникулами. Эдакий эротический отпуск)))
С эротикой мне, конечно, повезло. Ведь всю прошедшую ночь я блаженствовала. Почти всю. В самом начале я ругалась и сопротивлялась.
После ухода Шамсы Хаш потащил меня в ванную, где мы втроем приняли душ. Меня мыли и ласкали, гладили и целовали. Я с удовольствием участвовала.
Изучая их тела, пробуя на вкус кожу...Под теплыми струями воды, в нежных руках, массирующих все мое тело. Хас провел языком по шее, обхватил губами ушко и слегка прикусил. Ладонями провел вдоль позвоночника и крепко прижал за бедра.
Хаш не отрывался от груди (какая-то у него страсть к поцелуям и моей груди). У меня перехватило дыхание, когда он прикусил сосок. Горячая волна прошла сквозь тело, требуя большего.
Как в бреду мысли путались, я стонала и горела. Обеими руками я ухватила голову Хаша и сама наклонилась поцеловать его. Он встал в полный рост и я в нетерпении закинула ему одну ногу на пояс.
Меня правильно поняли и, подняв в четыре руки, усадили на младшего. Его плоть пульсировала во мне, я вцепилась в его плечи и начала двигаться. Он помогал мне, поддерживая и направляя. Я хрипло застонала, когда Хас сзади укусил меня за шею. А потом громко закричала: 'Нет!' и соскочила с Хаша, чтобы прижаться к стенке.
Оба мужчины шокировано смотрели на меня. Просто Хас решил присоединиться и попытался проникнуть в мой анус.
Я не ханжа. Просто пару лет назад мы с Мишей пробовали заняться анальным сексом. Он тогда хорошо выпивший приехал с рыбалки. И с порога огорошил тем, что я плохая жена и не выполняю свои обязанности как следует. Что у других жены и так, и эдак, а я как рыба мороженая.
В общем, довел меня до слез своими упреками, а потом все же уговорил. На следующий день мы попробовали. То ли он лишка принял для храбрости, то ли я так и не смогла расслабиться, но ничего хорошего из этого не вышло. Для меня. Мне было очень больно и неприятно. Мишаня был на седьмом небе от счастья.
И вот стою я в душе с двумя мужиками и не знаю, как объяснить. Машу головой и повторяю 'Нет'. Хас быстро так придвинулся и поцеловал. Я пыталась вырваться, но он лишь крепче сжал. А потом просто отнес в постель.
Там меня пытали. Жестами показывали то на мою попу, то на себя. Я качала головой. Потом жест на мой рот и на себя. Я согласно киваю. Потом заново. В общем, я победила. Мы повторили позу в карете, только на этот раз мальчики поменялись местами.
Все было так и не так. В карете было неожиданно, быстро и ярко. Здесь же они не спешили, будто растягивая момент, давая возможность прочувствовать его и насладиться.
Руки и губы братьев лихорадочно бродили по моему телу. Горячие взгляды, тяжелое дыхание и стоны. Я не знаю, кто из нас троих получал большее удовольствие.
Все поцелуи забирал Хас, прижимая меня к своему горячему и крепкому телу. Хаш изучал мою шею и спину. Это было так необычно, так не привычно и волнующе. Он нежно проводил руками по телу. Затем слегка кусал, чтобы тут же провести по укусу языком и поцеловать.
Хас спустился к моей груди, чтобы немного грубо, но так обжигающе втянуть сосок в свой рот. Я ахнула, рукой вцепившись в его волосы. Он жестче втянул его, слегка задевая зубами, а потом нежно прикусил. Потом он перешел ко второй груди и повторил с ней то же самое.
Я с трудом стояла на ногах, меня поддерживали четыре руки, не давая мне упасть. Потом они оба выпрямились и зажали меня между своих тел. Горячие пульсирующие тиски, не скрывающие своего желания.
Хас удобно устроился на кровати, глазами пожирая мое тело. Я чувствовала себя богиней, повелительницей мира. Я была всемогуща.
Встав на колени, проложила дорожку из легких поцелуев, начиная с ног, поднялась выше к бедрам, затем через плоский и твердый живот уткнулась в его грудь. Чтобы подняв лицо, получить такой желанный и такой сладкий поцелуй.
Руки Хаша ласкали, спускаясь вниз по линии позвоночника, потом он прижался губами и поцеловал меня между лопаток, наклонив вперед. Хас был давно готов и ждал. На головке выступила капелька, которую я тут же слизнула, а потом захватила головку губами. Мне нравилось смотреть в его глаза, как изменилось их выражение. Я сама получала неимоверное удовольствие от процесса.
Быть во власти одного, чтобы самой контролировать и доставлять наслаждение другому.
Хаш вошел в меня медленно, словно давая возможность ощутить всю полноту проникновения. Это только усиливало мое желание, которое уже пульсировало по всему телу. Когда он полностью вошел, я застонала от удовольствия и вцепилась в бедра Хаса.
Хриплые вдохи Хаса заводили меня еще сильнее, я глубже взяла его в рот, обводя языком и посасывая. Тяжелая рука легла на мой затылок и сжала волосы.
Хаш покусывал меня за шею, заставляя меня дрожать всем телом от контраста медленных и нежных движений и прикосновения зубов к чувствительной шее. Руками он зажал мои соски между пальцем и с каждым толчком сжимал, чтобы следом погладить.
В какой-то момент, я глубже захватила его, и Хас простонав кончил, с силой надавив на мою голову, проникая до горла. А затем поднял за волосы и впился в мои губы.
В этот момент я уплыла, растаяла, расплавилась и растворилась в этом сладком ощущении. Мышцы внутри завибрировали, а тело затряслось в мелкой дрожи. Хаш кончил одним сильным и резким движением, сжав меня до боли.
А потом мы просто валялись на кровати, слева Хас, а справа Хаш, который дорвался до груди. Я лежала на боку, лицом к младшему. Правый сосок он захватил в рот и изредка посасывал, а левую гладил и мял.
Хас же прижался со спины, дыша мне в шею. Левую ногу он закинул на меня, а рукой накрыл живот.
Мне было хорошо, поэтому я молча лежала и наслаждалась. Вообще конечно странно. Будто мальчики впервые в жизни дорвались до женского тела. А это желание Хаша постоянно целоваться? А его привязанность к моей груди? Может у них это все под запретом? Религиозные каноны не разрешают местным женщинам целоваться и позволять любить себя?
Вот в таких размышлениях я и уснула, чтобы проснуться ночью от нехватки воздуха. Хас во сне и вовсе весь забрался на меня, полностью задавив своей массой. Носом он уткнулся мне в шею и его горячее дыхание опаляло мою кожу, запуская табун мурашек на коже. Хаш сопел рядышком, раскинув руки в стороны и смешно приоткрыв рот.
В комнате было темно, но за окном висела полная желтая луна, позволяя рассмотреть все вокруг. Мои брыкания не дали толку, я и звать пыталась, но оба как спали, так и продолжали спать. Тогда я укусила Хаса за шею. Сначала легонько, а затем уже сильнее.
Он не просыпаясь завозился. Я опять укусила и почувствовала его возбуждение. Так, так, так...Похоже у кого-то есть волшебная кнопочка. Во мне проснулось какое-то шальное озорство. Заныл низ живота, требуя продолжения и повторения. Я опять его укусила, а после облизала место укуса, продолжая извиваться под ним. Только теперь я уже не пыталась вылезти или скинуть его с себя.
Меньше минуты прошло, как он резким движением раздвинул мои ноги и вошел. Накрыл мои губы своими и вопросительно так посмотрел на меня. Я дернула руками, которые освободились и обхватила его за плечи, прижимаясь ближе. Приподняв бедра, я подалась ему навстречу. Он меня правильно понял. Глубокий поцелуй и резкий толчок. Сбившееся дыхание и глухой стон Хаса.
Я его опять укусила, только уже за нижнюю губу, придерживая зубами и не отпуская. Набатом сквозь все мое тело застучало его сердце, и он ускорился. Грубо, резко, жестко.