— Смотришь так, будто готова вцепится мне в глотку, — послышался голос Пабло в звенящей тишине, нарушаемой только шумом работающего двигателя. — У тебя очень необычные глаза, Елена. Я даже в темноте вижу, как в них закручивается смертоносная стихия. Буря. Ураган. Настоящее торнадо. Неконтролируемый вихрь, сносящий всё на своём пути.
Он всё это говорил сам себе, шепча под нос бархатным голосом, продирающим меня до основания.
— Обычные глаза, — по-детски протестующе ответила мужчине, поймавшему меня на разглядывании его лица.
Была бы я чуть менее раскована в обычной жизни, то непременно бы покраснела до кончиков ушей. Я научилась контролировать этот глупый румянец. Контролировать все свои эмоции. Кроме похоти, с которой ранее не была знакома.
— Ты стала взрослой, — не вопрос, утверждение.
— Да, — ответила, стараясь быть безучастной.
А внутри меня распирало от желания закричать. Кричать о том, что я взрослая. Взрослая! Влюблённая! Вот она я! Смотри.
— Ты так внимательно меня рассматривала. Что ты хотела прочесть на моём лице?
— Ответы, — сказала ему и случайно заметила пытливый взгляд Аида в зеркале заднего вида.
Так и хотелось показать ему язык и сказать, что он был прав. Признать, что чужой мрачный мужик, с которым меня случайно свела судьба, видит меня насквозь. Аид знает насколько я испорчена. И почему-то от этого, мне кажется, он позволяет мне быть ближе к нему. Будто он питается моей чернотой. Наверное, он такой же сломанный, неправильный и грешный, как я.
Машина припарковалась возле дома Аида, который сейчас не вызывал во мне такого первобытного ужаса, как в тот раз. От него ничего не осталось и я уже смогла взглянуть на это место другими глазами. Красиво. Даже очень. Всё вокруг усеяно бордовыми розами, а к дому ведёт несколько дорожек, вымощенных каменной плиткой. Странно, но в моей памяти дом был больше и зловещие. А сейчас я вижу особняк, да большой, но такой величественно-красивый с большими окнами и витиеватыми узорами на крыше. Никогда не видела, чтобы на крыше были узоры. Это очень завораживает.
— Оставь нас наедине. Нам с Еленой пора кое-что обсудить, — обратился Пабло к Аиду, а я бросила какой-то жалобно-просящий взгляд на последнего.
Я не хочу оставаться с ним наедине в тесной машине, где каждый кубометр воздуха пропитался его запахом. Парфюмом, табаком и его кожей. Терпким мужским запахом, кружащем мне голову и лишая рассудка. Но увы… Аид покинул авто. И я осталась наедине с Пабло, слыша как внутри, где-то в районе горла, бешено колотится моё сердце, отдаваясь стуком в висках.
Глава 6
Нервно ёрзая на сидении, которое в этот момент, мне казалось, было соткано из ржавых гвоздей, я с какой-то тревогой ждала начала разговора. Пабло молчал, странно поглядывая на меня, будто сканируя на предмет моей способности воспринимать информацию. Неужели я настолько неадекватно выгляжу? Хотя о какой адекватности может идти речь, если я сейчас готова выпрыгнуть из машины и бежать куда глаза глядят. Это не страх и не паника, серее какая-то необоснованная тревога за собственное стабильное душевное состояние. На подсознательном уровне чувствую, что стоит мужчине разомкнуть свои чувственные губы и начать говорить, моя жизнь круто поменяет направление движения. Шестое чувство не иначе.