— Чего ты хочешь, Елена? — тихо спросил он, массируя мне ноги, разгоняя кровь по окоченевшим конечностям.
Чёрт! Я и правда замёрзла. Только сейчас я осознаю насколько сильно. От действий Аида начало покалывать мои оледеневшие пальцы и тепло наконец начало подниматься по всему телу нежными волнами.
— Хочу подписать документы и свалить от него подальше, — призналась честно мужчине, который видит меня насквозь.
— Поздно, синьорина. Уже слишком поздно, — кивая головой, назидательно говорил он.
— Почему? Он ведь хочет получить свои деньги назад, — недоумевала я.
— Ты ещё слишком юная, чтобы сразу понять, что такие мужчины, как Пабло или я, не терпят такого поведения, как у тебя. Ты, если можно так сказать, пробудила морское чудовище и пока он не обглодает твои косточки не отпустит.
— Зачем ты меня запугиваешь? Ты ведь сам поддерживал мои выкрутасы! Так что теперь?
— Думал, ты просто хочешь залезть к нему в брюки. Не думал, что всё настолько печально, синьорина. Ошибся. Признаю.
— И что мне делать? Не могу же я просто так убежать?
— Даже не пытайся. Сделаешь только хуже.
— И всё-таки! Что мне делать?
— Переждать бурю и бежать, — заключил он. — Я помогу тебе, но после этого наши пути разойдутся. Манчини, хоть и мудак, но он мой друг. Я не хочу его предавать. Даже ради такой куколки, как ты.
— Когда я смогу уехать? Сколько ждать эту, как ты сказал, бурю?
— Наберись терпения. Это не так-то просто увезти из-под носа человека, за которым следят из-за каждого угла, — пробубнил он себе под нос.
Всё-таки Аид прав! Я глупая, юная девица, которая не видит ничего дальше своего носа. Не замечаю мелочей и не прислушиваюсь к словам окружающих. Ведь если бы я сейчас обратила внимания на слова о слежке, то смогла бы избежать очень многих ошибок.
***
Моя жизнь за последнее время слишком круто повернула своё направление. Всё настолько сильно изменилось и запуталось, что я уже совершенно перестала понимать что меня ждёт впереди. Я вроде бы продолжала жить дальше, встречалась с Бьянкой, болтала с Оливией по телефону, готовилась к поступлению, которое чуть не пропустила из-за этой чехарды с Пабло, но делала это будто во сне. Мне казалось, что я наблюдаю за своей жизнью со стороны, не имея возможности увидеть картинку целиком и вмешаться в ход событий.
Так продолжалось целую неделю. Я жила в доме Аида, с которым практически не пересекалась, ожидая возвращения Манчини, чтобы как можно скорее вернуть себе бразды правления своей жизнью. Любовь — любовью, но я у себя одна и так глупо губить свою жизнь я не готова. А может это вовсе страх чего-то неизведанного, а не здравый смыслы на который я так уповаю. Одно я знаю точно — мне нужно сматываться подальше от такого человека как Пабло.
Я смогла себя накрутить до такой степени, что, когда мужчина вернулся, ни одна струна моей души не задрожала. Полное безразличие и холод. Даже смотреть на него я не хотела. Старалась игнорировать его присутствие насколько это было возможно. Но от меня не ускользнуло то, что в нем что-то изменилось. Я не могла понять что именно, но точно понимала, что для меня это плохо. Моё глупое сердце сделало несколько вялых попыток сбить меня с нужного настроя и проникнуться к мужчине жалостью. Неужели его певчая птичка потопталась шпильками по его чувствам? Плевать! Меня это не должно касаться!
Когда Пабло позвал меня на разговор, я была счастлива. Надежда, что вскоре я стану свободной от его влияния и груза ответственности за его финансовое состояние, вскружила мне голову. Как тот глупый мотылёк, я полетела на встречу, как к открытым языкам пламени. Дура! Какая же я полная идиотка!
В кабинете царил полумрак. Окна были наглухо закрыты плотными шторами, не пропускающими и толики солнечного света. Сигаретный дым стоял стеной, раздражая мои глаза до слёз. Интуиция вопила об опасности, но я слепо шла вперёд.
Он сидел на кожаном диване, потягивая янтарный напиток и затягиваясь сигаретным дымом. Вид у него был, мягко сказать, потрёпанный. Волосы взъерошены, рубашка измята, а на лице печать какой-то вселенской усталости. Он словно боролся с какой-то непреодолимой проблемой и в итоге проиграл своему врагу.
Пабло следил за мной, как хищник за своей жертвой. Черты лица заострились, пропала мягкость и мальчишеская непосредственность. Сканирующий, продирающий до костей взгляд упирался мне в лицо. Какие ответы он ищет? Что его так гнетёт. И опять на задворках сознания, глупая влюблённая часть моей личности подняла голову в жалкой попытке увидеть ответные чувства от бездушного мужчины.