- О боже, Джеймс!
- Я не отпущу тебя, пока эта маленькая проблема не устранится, - прорычал волк, впиваясь в ее тело своими пальцами. Его свободная рука нашла её грудь в бюстгальтере и с силой сжала, заставив волчицу сдавленно простонать.
Когда он был рядом, она теряла всякое чувство самосохранения и собственного достоинства тоже. Стоило ему коснуться её кожи, как все внутри неё делало кульбит. Но даже так, она не могла принять этой неопределенности, недосказанности и безответности. Джейн отдала ему все, что могла, а Джеймс не мог даже дать нормальный статус их отношениям. Это ранило её до глубины души и ужасно бесило. Поэтому она попыталась убрать его руку со своей груди, но тот лишь сильнее сжал её в своих пальцах, а затем и вовсе оголил её всю.
- Джей, я же уже сказала тебе “нет”, - эта фраза в конце уже не была похожа на отказ, поскольку оборотень покрутил пальцами её оголенный сосок. Вторая рука проскользила по разрезу на юбке, собственнически огладила женское бедро, прижимая её хрупкую фигурку к возбужденному мужскому телу.
- Ты можешь говорить что угодно, но мы оба знаем, что это не так… ты хочешь абсолютно противоположное. Ты лжешь сама себе. Ты плохая девочка, Дженни, - прошептал тот ей прямо в затылок, посылая очередную порцию мурашек по её телу. - Как думаешь, мне лучше взять тебя на этом диване или прямо на столе? - угрожающе шепчет шатен, проводя кончиком носа вдоль по её шее.
Она шумно сглотнула и закусила губу, пытаясь сопротивляться искушению. Он всегда был похож на змея-искусителя, подталкивающего её ко всему запретному, но при этом тайно желанному. Чертов волчара! Чтоб его…
- Я позволю тебе сделать выбор. Стол или диван? Ну же, решай скорее! - почти прорычал оборотень, поторапливая её. Краем глаз она осмотрела предлагаемые им места, находя их безумно неудобными, но при этом волнующими сознание. - Слишком долго думаешь, Риверс, - командует парень, подталкивая волчицу к столу, так что ей приходится опереться о него руками.
Его руки приподнимают её юбку и нетерпеливо ласкают бедра. Волчица сильнее закусывает губу. Внутри у нее происходит серьезное противостояние. Сердца и разума. Похоти и нравственности. Волчицы и женщины. И каждый последний оппонент сдает свои позиции в этой битве, стоит только ему коснуться её между ног. Что бы она ни думала, как бы ни сопротивлялась, все бесполезно, когда их кожа соприкасается, а запахи смешиваются.
Тягучий фермон их совместного возбуждения застывает в воздухе. Он все понимает, да и она не может больше это отрицать, когда его пальцы становятся влажными от её смазки. Сначала Джеймс размазывает влагу по тонкой полоске женских трусиков, аккуратно перекатывая подушечками пальцев её клитор. Томный вздох волчицы служит сигналом к более отчаянным действиям. Он отодвигает ткань в сторону и сразу проникает в неё пальцем.
- Нет! - шипит брюнетка, соскальзывая с его пальца. - Я не позволю тебе взять меня, Джеймс Мун. Можешь трогать сколько хочешь, но входить в меня я тебе не позволю!
Эти слова стоят ей большой выдержки. Сложно говорить такое, когда низ живота содрогается от предвкушения, а затвердевшие соски жаждут прикосновений. Оборотень тоже застывает на месте от шока. Она не видит его реакции, но может предположить, что он даже открыл рот от удивления. Дженнифер ожидала от него совершенно любой реакции. Он все чаще дышал у неё за спиной, обдавая её жарким мятным дыханием и упираясь своим стояком прямо в ягодицы. Брюнетка никогда не думала, что мята может быть горячей. Как впрочем и о том, что он согласится на этот блеф.
- Хорошо, малышка. Твоя киска - твои правила, - с издевкой протянул тот, проводя влажным языком по её шее, а пальцами по влажным складкам. Джейн пожалела о своем условии очень быстро. Она могла бы кончить от одних его прикосновений, но он специально слишком медленно поглаживал её, превращая прелюдию в пытку, сводя её с ума. Девушка была слишком зла на него, чтобы сказать ему о своих желаниях и поддаться на его уловки. Её нижней губе опять приходилось принимать удар на себя, потому что она продолжала нещадно её прикусывать.
Мун рассчитывал на то, что она скоро поддастся своим желаниям, но, как бы он не старался, волчица не сдавала своих позиций. Он не собирался доводить её до оргазма. По крайней мере, пока его член не окажется у неё внутри. Черт! Своим заявлением Риверс все испортила. Он так этому удивился, что согласился, даже толком не обдумав её условия. Женские ножки ужасно дрожали, когда волк исследовал её снаружи. Ему казалось, что склонить Джейн к сексу будет проще простого, тем более когда он достаточно изучил все её слабые места. Но волчица упрямилась: закусывала губу, сдерживала стоны и напрягала мышцы.