- Мне больно… - всхлипнула она, опираясь руками о стену. Его член лишь сильнее дернулся в ней.
- Лучше не говори этого, иначе я не смогу держать себя в руках, Джейн, - выдохнул оборотень ей прямо в шею.
Он уже столько раз хотел укусить её в шею, что сбился со счета. Их отношения все еще были непрочными, чтобы он предлагал ей метку. Джеймс никогда не спешил делать серьезные предложения. Им с Джессикой понадобилось несколько лет, чтобы съехаться и стать полноценной парой.
Только вот его метка не помешала её измене. Даже если бы она не сбегала из города, а попробовала вернуть все как было, он бы никогда на такое не согласился. Джеймс Мун может простить многое, но никак не измену. Даже ради стольких лет отношений. Если у человека возникает хотя бы минутное желание быть с кем-то другим - это не тот человек, за которого стоит бороться.
Его нос находился прямо там, где запах её феромонов был сильнее всего. От этого медово-цветочного аромата ему сносило крышу. Во рту собралась слюна, будто перед ним был самый лакомый кусочек, любимое блюдо. Оборотень судорожно сглотнул и облизнулся.
Дженнифер была чертовски права, намекая на то, что сегодня он явно был не в себе. Ему в голову лезли такие грязные и жестокие мысли, что ему самому становилось страшно. Поиметь, укусить и пометить свою пару - это меньшее из того, что он хотел сделать.
Волк не знал в чем именно было дело: в её запахе ли, в завтрашнем полнолунии или в том, что его гон пришел раньше времени. Однако, к своему ужасу, сейчас он действительно хотел сделать ей больно. Хотел сделать это с ней жестко. Чтобы она не смогла спокойно сидеть завтра. Чтобы она навсегда запомнила эту ночь. Чтобы она никогда не смогла уйти от него. Никогда не оставила его одного.
- Пожалуйста, подожди! - умоляюще всхлипнула брюнетка. - Я больше так не могу, - добавила она, выставив свою руку, чтобы придержать его от дальнейших движений.
- Прости, милая, но сегодня здесь командую я, - прошипел оборотень, грубо прижимая обе её руки к стене и входя глубже.
Она извилась, насколько это было возможно в её положении, и надрывно простонала. Её руки, лицо и грудь плотно прилегали к стене его усилиями. Она выглядела как коллекционная бабочка, распластанная и пришпиленная заживо его руками. Только низ её живота и ноги находились на небольшом расстоянии, чтобы ему было удобнее в неё входить.
В такой позе волчица была полностью обездвижена, что никак не устраивало её, но вполне устраивало волка. Джеймс шумно вдыхал носом аромат её волос и феромонов, словно помешанный. От его горячего дыхания сзади ей становилось не по себе. Её кожа давно уже стала слишком чувствительной и теперь покрывалась мурашками от любого его прикосновения. Мун доводил ей до крайности, и она не была от этого в восторге.
- Успокоилась? - со смешком спросил волк. Волчица лишь недовольно фыркнула в ответ.
Он не двигался дальше, просто наслаждаясь её запахом, так что, да, она смогла приноровиться к его раздражающе огромному размеру и успокоиться. Но стоило ему начать толкаться в неё с новой силой, как она снова испытала дискомфорт.
Джейн не могла сказать, что секс с Джеймсом сегодня ей совсем не нравился. Хотя она бы очень хотела так сказать, тогда бы девушка точно солгала. В этот раз она испытывала больше боли нежели удовольствия, но удовольствие волчица тоже испытывала. Извращенное и явно не здоровое. Он болезненно распирал её изнутри и при этом давил сразу на все чувствительные точки, включая G и все оставшиеся буквы по английскому алфавиту тоже.
- Если ты не перестанешь так кричать, я кончу прямо в тебя или заткну тебе рот сам, - прорычал оборотень, призывая свою пару к порядку.
- Грр! Я же уже говорила, что мне больно! - огрызнулась волчица, за что получила еще один резкий толчок, едва не доведший её до оргазма.
- Чего разрычалась? - грубо спросил Джеймс, слегка прижимая её к стене. - Если ты будешь достаточно послушной, я закончу с тобой довольно быстро, - добавил парень, хотя и сам до конца не был уверен в своих словах. - А сейчас я очень попрошу тебя быть очень покладистой шлюшкой, - при этом он неоднозначно отвесил ей смачный шлепок.
- Ты сейчас назвал меня шлюшкой?!
- Только моей, - процедил волк грубо врезаясь в её нутро. - Ею ты будешь только в моей постели, - с гордостью выдал тот, насаживая её на себя до упора под её вскрики и шипения.
Дженнифер крепко закусила губу, но все еще не могла сдерживать стоны, совсем не ожидая от него очередного грубого толчка. Как он её там назвал? Хах,шлюшка?! Это последнее, что можно было о ней сказать.