— Да, она умерла. Она, конечно, была довольно агрессивной, но отец всё равно корил себя за то, что стал убийцей. Кто-то из наших тогда даже говорил, что видел её с котятами.
— Но он же случайно, а это не считается, — заметила она. — Я надеюсь, ты себя не считаешь его убийцей? Ты не мог ничего сделать!
— Давай не будем об этом, — он прижал уши к голове, и на этот раз кошка ему уступила. Ей было не по себе, что из-за её упрямства Рассвет сейчас вспоминает такие ужасные моменты, и, пусть новая тема была любопытной, она не хотела заставлять кота чувствовать старую боль. Рассвет вдруг встрепенулся. — Кстати… Может, пойдём в лагерь?
— А мы ведь помирились?
— Ну конечно, — он лизнул её в лоб.
— Ну, — улыбнулась кошка, — тогда пошли.
Комментарий к Глава 45.
Привет! Если вы ещё не заметили, в комментариях к работе появились дизайны Алокрылой (спасибо!!) и мой покрашенный лайн под главных героев. У меня ещё много покрашенных фрилайнов дёргает бровями
Если хотите, могу скидывать по паре штук после каждой главы. В шапку они вряд ли пойдут, потому что на некоторых из них спойлеры для новоприбывших))
========== Глава 46. ==========
Кот тщательно вылизывал спутанную после рассветного патруля шерсть, надеясь, что никто к нему сейчас подходить не будет. Всё же неловко в куче чистых и ухоженных соплеменников быть таким грязнулей — между шерстинками затесалась пыль, загривок взъерошенный, ну точно бродяга какой-то, а не воитель, да и надо успеть, пока дождь не пошёл. По небу уже лениво текли серые тучи. Тем более, что в лагере постоянно бегала туда-сюда деловитая Цветинка. Он не хотел бы предстать перед ней в таком виде, пусть и не знал, что ей сказать, если вдруг они пересекутся. Времени было много, но нужные слова в голову не шли. Тем более, он не был до конца уверен, чего хочет сам.
— Крылатый, ты не видел Канарейку?
Сбылись его худшие опасения — за серьёзной Мышеуской стояла её ученица, и кот слегка сник. По сравнению с идеально умытой целительницей он был просто ужасен, как ему показалось, и оттого стало неловко.
— Нет, а что? Случилось что-то? — спросил он, пытаясь не смотреть в сторону Цветинки. Впрочем, она и сама не горела желанием — стоило встретиться взглядами, как зевающая ученица встрепенулась, сделала шаг назад и спряталась за наставницей. В душе шевельнулось сожаление, но Крылатый постарался сосредоточиться на том, что говорила Мышеуска.
— То, что её нет в лагере — уже нехорошо. Беременным стоит соблюдать хоть малейшие правила, — кошка нахмурилась. — Ладно, спасибо за ответ. Как странно — королевы тоже не знают, где она…
— Я видел, она выходила из лагеря вместе с Уткохвостом и Пухолапом, — рядом с ними остановились Крикливый и Волколап. Оруженосец помахал хвостом, а старик продолжил совершенно спокойно: — Наверное, решила размять лапки.
— Размять лапки? Серьёзно? — тёмно-серая выдохнула. — Между прочим, осталось всего около недели до родов, и ей необходимо быть в детской. Как давно они ушли?
— Через какое-то время после рассветных патрулей, — Крикливый усмехнулся. — Тебе, Сумрачной, не понять той тяги к свободе, которая есть внутри каждого из нас. Быть запертыми на поляне целыми днями просто унизительно, даже я порой хожу на прогулки, что уж говорить о молодой кошке. Племя Ветра всегда презирало заточение.
— Это очень хорошо, но беременная королева должна быть здесь, — Мышеуска не обратила никакого внимания на пламенные слова Крикливого и лишь продолжала хмуриться. — Если увидите её, пусть быстро идёт ко мне. Цветинка, поможешь осмотреть котят Ночницы?
— Ага, — услышал Крылатый из-за целительницы. Мышеуска встала и пошла прочь. Цветинка посеменила было за ней, но кот, даже не успев подумать, остановил её.
— Погоди… — он смущённо отдернул лапу, когда понял, что она не сбежит. — Всё в порядке?
— Ну… — она опустила голову, и кот заметил, как её коготки впились в землю, — если мы найдём Канарейку, и…
— Нет, я не про это. С тобой все хорошо? Ты какая-то нервная сегодня и как будто сонная, — Крылатый заметил, как кошечка подавила ещё один зевок. Несмотря на то, что выглядела она опрятно, как всегда, в остальном казалось, что она проснулась только что.
— Всё нормально, правда. Я просто устаю и н-не выспалась вчера, — тихо пробормотала Цветинка. Воин помолчал, оглядывая её со всех сторон, будто желая убедиться, всё ли так прозрачно, но в итоге просто вздохнул и отступил.
— Ладно, я рад, что всё хорошо.
— Угу, — она помялась немного на месте, не смотря в его сторону. — Ну… я пойду?
— Да, тебе же надо, — спохватился кот и проводил взглядом кошку. Стоило ей отойти достаточно далеко, как он замер и, резко вскинув лапу, стукнул себя по морде.
«Дурак! Неужели не мог что-нибудь спросить или ещё что? Вы уже достаточно долго думаете над своим будущим. Пора бы наконец всё решить или хотя бы начать нормально разговаривать!»
Он снова принялся за свою шерсть, но все мысли были заняты исключительно трёхцветной ученицей.
«Готов ли я быть с ней? Нарушить закон ради Цветинки, лгать племени? Это огромная ответственность и за себя, и за неё особенно…»
Он представил себе, как вечность общается с Цветинкой вот так, как сейчас, или не общается вовсе, и понял: его это не устраивает. В последнее время всё так встало с лап на голову, что уже невозможно понять, где правильно, а где нет. Это уже не измеряется рамками закона. Может быть, иногда проще его нарушить?.. Но это противоречило всему, во что Крылатый верил ранее и вера во что медленно разрушалась день за днём.
— Крылатый! — пискнуло снизу, и кот опустил взгляд на белую кошечку под лапами.
— Что случилось, Мятлинка?
— Канарейка ещё не пришла? Мама так переживает за неё! — по-котячьи серьёзно спросила она. Растопыренные серые лапки мяли землю под собой. — И Ночница тоже.
— Моя мама тоже беспокоится, — заметил воин и посмотрел в сторону детской. Ласку он приметил буквально только что, но нетрудно было догадаться, о чём беседуют королевы. Длинная кремовая шерсть его матери смешивалась с такой же длинной Голубики, пока Ночница пыталась утихомирить своих дочерей. — Канарейка скоро вернётся, я думаю. Она просто пошла погулять.
— Ну ла-адно, — протянула кошечка и побежала обратно. Крылатый посмотрел ей вслед. «Она так забавно бегает, не как мы. Интересно, какого будет полукровке в обучении? Хотя… у нас сейчас много нечистокровных, но все они приспособятся. Надеюсь».
Мысли перескочили в другое русло, и он подумал о Пухолапе.
«Интересно, когда его посвятят в воители? Осеннецветик, должно быть, устала возиться с ним, как с оруженосцем. Вопрос только, можем ли мы ему доверять до конца? Хоть он и не сделал ничего плохого за всё время, он шпионил за нами раньше. А его брат так и вовсе!.. Кстати, странно, что Канарейка, влюблённая в Билла, пошла на пустоши с его братом. Совпадение или нет?»
Он снова глянул в сторону детской. А ведь Мятлинке через пару лун предстоит стать ученицей. С неясным интересом кот смотрел, как полукровка делит с матерью кролика. Интересно, а Крылатый достаточно взрослый для наставничества? Он бы с удовольствием взял Мятлинку или хотя бы кого-то из младших… да только наверняка такому молодому воину их не поручат. Возможно, Одноцвету дадут, ведь он так и не доучил прошлую ученицу. А может, кому-то поопытнее, например, Ветрохвосту.
Цветинка и её наставница тоже были там: они осматривали малышек Ночницы. Крылатый даже запомнил имена котят. Чёрно-серая Тихоня старалась стоять смирно, пока белые лапки ученицы ворошат её шерсть, а Клеверушка вовсю уворачивалась от Сумрачной целительницы.
«Всё-таки у Цветинки и правда талант к целительству, — усмехнулся кот про себя. — Учится всего ничего, а уже такая молодец. Интересно, какая она будет в будущем? Какими мы будем в будущем и будем ли там мы?»
Неожиданные лучи света вдруг упали на него и на миг ослепили. Приоткрыв глаза, кот увидел залитую солнцем поляну и в изумлении посмотрел вверх. Там, посреди тёмных облаков, вдруг появился широкий разрыв, в который проник свет. Крылатый щурился и смотрел на клочок голубого неба, и в душе поднималось сладостное чувство, которого он не мог описать.