— Будешь рядом?.. — эхом повторила она. Крылатый кивнул.
— Мы ведь соплеменники, — отчего-то замялся он. — Я и правда всегда очень близко к тебе и смогу в случае чего уберечь.
— Я про другое, — вздохнула Цветинка и тоже легла, обхватив лапками палевый хвост воителя. Крылатый помнил, как часто она делала это раньше, и сердце учащённо забилось.
— Если ты разрешишь.
Он улыбнулся, несмело, но с надеждой, и Цветинка отвела глаза.
— А как же законы и всё остальное?
— Ты знаешь, сейчас такое время, когда законы могут и ошибаться, — Крылатый присел. — Всё так смутно и непонятно, что, кажется, никто не может сказать, что именно правильно. Может быть, лучше просто следовать за сердцем?
— Думаешь?
— Тебе ведь тоже не хочется, чтобы всё было так, как сейчас? — напрямую спросил он, снова встречая взгляд подруги и на этот раз смотря в чёрные зрачки с уверенностью и верой. Она кивнула, как завороженная.
— Я… Да, мне не хочется. Мне хочется, чтобы было как раньше, — почти шёпотом ответила кошка.
— И что же нам мешает? Судьба? Судьбу можно изменить так, как захотим мы сами. Это то, что зависит только от меня и от тебя.
Крылатый смотрел на Цветинку с ожиданием и немой мольбой. С любовью. Лапы так и норовили задрожать от напряжения, но он унял эту дрожь. Он может вести свою судьбу в нужную сторону, и никто другой. Это чувство наполняло его вплоть до кончиков ушей и давало почувствовать невероятную силу самого себя. Сейчас всё зависело только от Цветинки.
— Если это было предложение снова быть вместе, я согласна, — выпалила она и зажмурилась, словно ожидала, что всё это розыгрыш или подстава. Кот подался вперёд и, не думая, коснулся носом мягкого розового носика трёхцветной кошки.
— Я очень рад, — прошептал он и отстранился. Смущённая вконец Цветинка спрятала мордочку в его пятнистую шерсть, и Крылатый тихо засмеялся. Он приобнял её хвостом — точно так, как когда-то, не терзаясь мыслями о правилах, тревогах и прочем. Впервые за последние луны его мысли были ясными и чистыми.
Цветинка посмотрела наружу, на падающие капли, и зевнула. Крылатый лёг и похлопал лапой рядом с собой.
— Я думаю, ты достаточно устаёшь. Поспим, пока не кончится дождь? Я разбужу.
— Пожалуй, ты прав, — она немного неловко устроилась рядом и вскоре засопела. Кот вдыхал медово-травяной аромат и думал о том, как же иногда бывает хорошо.
На лагерь спускались сумерки.
В грозу у всех случаются кошмары.
С тобой, малыш, случатся чудеса.
Комментарий к Глава 48.
Похоже, это моя любимая глава теперь. Серьёзно. А вам как?))
========== Глава 49. ==========
Прошла уже целая неделя, и, как ни странно, дела начали потихоньку налаживаться. По крайней мере, так казалось со стороны.
Мышеуска объявила, что угрозы жизни Уткохвосту нет, остаётся лишь надеяться на то, что лапа срастётся правильно. Канарейке тоже стало лучше, как и одному из её котят. Второй был плох, но усилиями целительниц ещё жив. Пшеница предпочитала верить, что и он выкарабкается.
Недовольство племени всё равно росло независимо от этих двоих. Вокруг то и дело слышались осуждения в сторону Молнезвёзда, что не хотел разведывать земли по ту сторону границы, воители ворчали друг на друга и иногда прикрикивали на младших, но пока всё было не так уж и плохо. Пшеница даже старалась по мере своих сил успокаивать соплеменников — это давалось ей лучше, чем непонятная миссия, к которой неизвестно, как подступиться. К тому же ей не нравилось, когда вокруг был один негатив. Ей хотелось больше радости, добра и счастья в племени, а негативные эмоции, казалось, высасывали из неё все силы.
Она и сейчас, болтая с Буревестником и Одноцветом, чувствовала себя гораздо лучше. Эти двое были далеки от разборок и споров. Бывший наставник был прост: делай, что велят, и радуйся, пока не помер, хотя тоже не всегда был доволен решениями предводителя. Одноцвета же, кажется, не волновало всё это. Он просто жил, как жил, и не пытался влезать в политику Молнезвёзда в отличие от своей неугомонной подруги.
— Привет, Пшеница, привет, Буревестник! И привет, Цветик, — да, не зря Пшеница вспомнила о Морошке. Рыжая воительница плюхнулась рядом с «Цветиком» и лизнула его в щеку, от чего кот слегка засмущался. Хотя, казалось бы, уже долго встречаются, чего тут стесняться?
— Привет, — улыбнулся он. — Зачем ты опять зовёшь меня Цветик?
— Затем, что мне так хочется. А что? — Морошка скорчила рожицу своему коту, и тот смешливо фыркнул.
— Привет, привет, — Буревестник повернулся к Пшенице и только было хотел что-то сказать, как его окликнули. — Ой, там мои девочки! Ничего, если я пойду к ним?
— Да нет, я с тобой, — живо вскочила Пшеница. Ей вовсе не хотелось оставаться третьей лишней, когда та парочка уже разговорилась о чем-то своём. Буревестник был и не против: они бок о бок направились к детской, а малышки уже летели им навстречу.
— Привет, папа, привет, Пшеница! — оглушительно пискнула Клеверушка и тут же, споткнувшись о собственные лапы, прокатилась по земле клубочком. Тихоня легко обогнала сестру и подбежала к коту и кошке.
— Пер-вая, — гордо произнесла она, и Буревестник потрепал её по чёрной головке.
— Молодец! Поможешь сестре подняться?
— Давай! — кошечка тут же побежала обратно и подтолкнула тёмным носиком сестру. — Давай, Клеревушка!
— Я Клеверушка, глупенькая, — засмеялась бурая и наконец тоже смогла подбежать к отцу.
— Ой, — Тихоня заморгала. — Кре-ле-вуш-ка?
— Наоборот. Вот повторяй: Кле-ве-руш-ка! — важно сказала та и закивала самой себе. Они приблизились к палатке, и Пшеница улыбнулась Ночнице.
— Кле… ве… рушка? — снова запнулась Тихоня. — Да! — она радостно заулыбалась и распушилась, превратившись в полосатый шарик.
— Как дела у вас? — спросила Пшеница у подруги, пока Буревестник занимал дочерей. Кошечки весело смеялись в попытках поймать хвост отца, который то и дело от них ускользал.
— У нас всё отлично, у Голубики с Мятлинкой как всегда, — вздохнула она. — Правда, Мятлинка всё время бурчит, недовольная какая-то. А вот Канарейка…
— Что Канарейка?
— Лежит, бедняжка. Не ест почти, да и котята её худенькие, как мышата, — поделилась королева и обернулась, пару секунд наблюдая за входом в детскую. — Уж не знаю, что и делать. Она выходит время от времени, но всё равно почти не разговаривает.
— Я пообщаюсь с ней сегодня, — пообещала Пшеница. — Эй, смотри, Мышеуска выходит. Может, спросим про твоего брата?
— Погоди-ка, — чёрная прищурилась и вдруг распахнула глаза в изумлении. — Смотри!
Кошка повернулась туда и ахнула. Как оказалось, целительница выходила не одна. Тяжело опираясь на её плечо, пошатываясь и все же шагая вперёд, в лагерь вышел Уткохвост, приковав взгляды к себе. С другой стороны его пыталась вести Цветинка, но ей не хватало роста, чтобы поддерживать кота так же надёжно. Золотистый пациент осторожно лёг рядом с целительской и выдохнул, а Ночница позвала детей.
— Тихоня, Клеверушка, пойдёмте узнаем, как дела у дяди!
— Ура, дядя вышел! — Клеверушка оторвалась от игры и рванулась к Уткохвосту, но мать остановила её.
— Не торопись так. И не прыгайте на него, ясно? Дядя болеет, и если вы будете непоседами, мы больше не будем к нему подходить!
Пшеница потрусила к Уткохвосту — ей не нужны были малышовые инструкции и лекции. Кот поднял голову.
— Сейчас всё племя сюда набежит, — хмыкнул он, и, уловив оттенок шутки, кошка расплылась в улыбке.
— Ты вышел! — зачем-то сказала она и плюхнулась рядом.
— Воздуха не хватает, — кот пожал плечами — одним плечом — и слегка сморщился, когда услышал писки племянниц. — Ночница, ради Звёздного племени! Зачем ты притащила своих котят?
— Они хотели узнать, как у тебя дела, — виновато улыбнулась королева. — И будут вести себя тихо, да?
— Угу, — кивнула Тихоня. — Дядя, ты хорошо?