И всё-таки сегодня был прекрасный денёк. Он видел, как у Скалы мирно что-то обсуждают Молнезвёзд с Осеннецветик: похоже, они наконец нашли общий язык. Глашатая говорит серьёзно, но её глаза так и горят. Молнезвёзд чуть погодя отходит в сторону, а к Осеннецветик подскакивает Одуванчик, и они начинают живо что-то обсуждать, изредка посмеиваясь. Похоже, у этих двоих есть нечто, что связывает их. У кустов же собрались воители, и, кажется, у них тоже было вполне себе ничего. Иногда оттуда слышались смешки и переговоры, там же крутился Солнцелап, как всегда, а коты беззлобно шикали на бегающих под лапами Клеверушку и Мятлинку.
Крылатый решительно зашагал к кругу соплеменников, а на морде сама собой появилась лёгкая улыбка. Да, иногда лучше просто расслабиться. Он не обязан контролировать всё — для этого есть предводитель, глашатая, старшие воины, в конце концов. А он может пока просто посидеть с друзьями и знакомыми, растворившись в идиллии мира и добра. Ведь для чего ещё существуют хорошие дни?
Комментарий к Глава 50.
Простите за такую небольшую и, может быть, не очень хорошую главу. Зато она юбилейная! Подумать только, 50 глав…
(Всё-таки надеюсь, что вышло не очень плохо)
========== Глава 51. ==========
Бам!
Пшеница упала. Прыжок, так изящно задуманный, оборвался, и бравая охотница покатилась по траве, проклиная про себя злополучный камень. Кролик насмешливо махнул хвостом и исчез за ближайшим стволом, а Пшеница фыркнула и приподнялась.
— Ты в порядке? — крикнули издалека. Пшеница повертела головой в попытке отыскать кричащего и наконец заметила среди деревьев фигурку кота. Силуэт показался ей знакомым, и она, забыв о добыче, понеслась в сторону Грозовой границы, кое-как перепрыгивая ветки и корни.
— Да, я в норме! — отозвалась она и наконец узнала собеседника. Он приветливо помахал хвостом. — Привет, Тенекрыл! Как дела у вас?
— Ничего, живём потихоньку. Как в Ветре? Лисы больше не шастают? — кот приблизился к границе, и золотистая смешалась. Она не знала, что ответить. Если она сейчас скажет правду, ей сильно попадёт…
— Ну, вроде как да, а вроде и нет, — пробормотала она и тут же улыбнулась. — А как Льдистая? Пересвет говорил, что их котята родились уже луны две назад!
— А то. Бегают и орут, как все малыши, — фыркнул Тенекрыл. — А вот Льдистая в порядке и даже ходит в патрули. И… хочешь сюрприз?
— Что за сюрприз? — Пшеница навострила уши. От Грозовых можно было ожидать чего угодно, но, судя по расслабленным мышцам Тенекрыла, ничего плохого его слова не предвещали.
— Она сегодня со мной!
— Что… правда? Позови её, позови! — кошка подскочила на месте и чуть не заплясала от радости. Льдистая тут! Как давно они не виделись, уже сто сезонов прошло, наверное!
Кот усмехнулся, крикнул в чащу — и вот оттуда показались сперва белые уши и морда, а потом и всё остальное. Пшеница набрала побольше воздуха.
— Привет, Льдистая-а-а!
— Малыш, ты? Вот не ожидала, — Грозовая сморщилась от такого громкого приветствия, но подошла ближе. — Как жизнь?
— Всё хорошо, а как у тебя? И у Пересвета? Ваши котята похожи на вас? Они милые?! — кошка подалась вперёд, но вовремя вспомнила о границе и села.
— Тихо, не тараторь. Да, котята прекрасны. Наверное, на Совете слышала.
— Да, Морозненький и Рябинушек. Ты их оставила в лагере? — Пшеница только сейчас вспомнила, что королевы редко покидают малышей. Льдистая отмахнулась.
— Не всю же мне жизнь в детской сидеть. С ними Белокрылка и Пересвет, а я решила развеяться. Ты сама ещё не планируешь детишек, м? Слышала, вы там сладкая парочка с кое-кем!
— Ой, я даже не знаю, мы с Рассветом об этом не говорили… — смущённо протянула Пшеница. Котята? Это было бы довольно весело, наверное.
— Ладно, ладно, не лезу. В конце концов, ты сама ещё ребёнок, — сказала Льдистая и хитро улыбнулась.
— Это кто тут ребёнок, эй?!
— Пшеница! Хватит языком чесать, ты хоть что-нибудь поймала? — сердитый голос настиг воительницу, и она подскочила на месте.
— Ой. Простите, меня сейчас Завитой съест. Пока, Тенекрыл, пока, Льдистая, передавайте привет остальным, особенно котяткам!
— Ага, — кивнула Грозовая. Пшеница развернулась и кинулась к своим. Лапы легко принесли её на ровный участок, где сидел, поджав лапы, чёрно-белый кот.
— Завитой, прекрати командовать, сам бы поработал, — пробурчала она, когда дошла до соплеменника. Остальные охотники были неподалёку — их можно было разглядеть даже отсюда.
— Я веду патруль! — вспыхнул Завитой, и его шерсть, казалось, закудрявилась ещё сильнее.
«Вот задавака, впервые в жизни ему охоту доверили, а ведёт себя, как будто его к нам предки послали на бренную землю предводителем!» — мысленно возмутилась Пшеница, но отвечать не стала. Ей не хотелось терять приподнятое настроение, и она побрела в сторону, надеясь найти дичь. Вообще-то, стояла прекрасная погода для охоты: послеполуденное солнце мягко освещало холмы, жары не было, оттого вокруг постоянно кто-то шуршал и копошился, а может, это всё было играми ветра. В любом случае происходящее Пшенице нравилось. Она с первой дичью влюбилась в это дело так, что шерсть сама собой пушилась, а глаза щурились от предвкушения.
Она замерла, когда впереди показался бурый хвостик крольчонка. «Интересно, это тот же или не тот?» — подумала кошка, шаг за шагом приближаясь к цели. Если этот малыш одурачил её в прошлый раз, теперь он уж точно не уйдёт! Азарт охоты разливался по её лапам тяжёлым напряжением. Сейчас она его…
Добыча вдруг насторожила ушки, но, не успел кролик заметить охотницу, как она выскочила из травы и кинулась на него. Молодой зверёк был силён, но не слишком быстр, и потому в несколько прыжков кошка догнала его и прокусила шею. Кролик обмяк, не успев даже как следует поцарапать кошку, и сладкий запах еды заставил Пшеницу блаженно зажмуриться.
— Вот видишь? Я поймала! — с гордостью сказала она, когда кролик и попавшаяся по пути мышка очутились рядом с Завитым. Он что-то пренебрежительно буркнул, но уже подтягивались и остальные. Буревестник и Морошка с Солнцелапом пришли с полными пастями дичи, и, обмениваясь весёлыми фразами, патруль направился в лагерь. Будто бы и нет никаких бродяг. Будто нет напастей и зла. Канарейка здорова, Уткохвост тоже, и всё в племени хорошо. За это Пшеница и любила охоту — там можно было забыть обо всем остальном и раствориться в процессе.
В лагере она уже заведомо прижала уши, но негатива оказалось куда меньше, чем обычно. Да, всё ещё был ворчливый Уткохвост, снова на свежем воздухе, а Канарейка сидела в детской. И всё-таки сейчас ничего плохого не происходило, и оттого Пшеница чувствовала себя гораздо лучше, чем обычно.
— Пшеница!
— Рассвет? Привет!
Она бросилась к коту и ткнулась носом в его нос, пока он не успел ничего понять. Затем мурлыкнула и изящно уселась рядом.
— Что-то ты такая радостная сегодня, — заметил кот сквозь тихое мурчание, и, хоть он упорно скрывал своё смущение, рыжий кончик хвоста так и вертелся туда-сюда. Пшеница пожала плечами.
— Охота удалась. О, и я видела Льдистую! У неё с Пересветом котята, помнишь?
— Ага, — Рассвет сел поудобнее. — Как они там? Кстати, пока не забыл, сегодня будет собрание.
— Зачем?
— Кто знает. Осеннецветик сказала только, что скоро Молнезвёзд соберёт, когда все будут в лагере, и всё.
— Может, это из-за Уткохвоста? Вдруг он выздоравливает, — улыбнулась Пшеница, но вид самого калеки, что лежал возле целительской, никаких изменений не предвещал. По крайней мере, Уткохвост уже не так агрессивно реагировал на котов. Кроме разве что Канарейки, но это особый случай. Вот к нему подбежала играющая Клеверушка и наскочила на хвост: он шикнул на малышку, но та, смеясь, побежала дальше.
— Хотелось бы… — Рассвет глянул на Скалу. — О, смотри, сейчас начнётся.