— Мы её просто так примем?
— А что ещё остаётся? — кот вздохнул. — Сам знаешь, нас очень мало. Тем более она с котёнком, что очень кстати.
— А что насчёт бродяг, лис и убийств? — не сдавался воин. Молнезвёзд махнул хвостом.
— Мы в последнее время их не видели, кроме Билла. Так стоит ли волноваться? Может, они и вовсе ушли… — пробормотал кот, пытаясь убедить в этом то ли Крылатого, то ли самого себя. — В любом случае, нам очень нужны новые члены племени. Потом Голубика сможет уйти, если захочет, но это уже подождёт до завтра. Скоро стемнеет.
Молнезвёзд отошёл в сторону, а Крылатый посмотрел на небо. Дождик постепенно стихал, а над головой появился небольшой просвет в серой пелене. Кучерявые края облаков выделялись светлыми краями на фоне тёмных убегающих туч. Да, этой ночью Совет состоится. Что-то скажет Искрозвёзд на самовольный уход своей соплеменницы? И кое-какая мысль мучила воителя сильнее всего. Он повернулся, рассматривая соплеменников, выглядывающих из кустов и укрытий. Одни провожали взглядами Голубику, другие весело о чем-то болтали, третьи шептались. И никто даже не вспоминал о том, что за лагерной стеной почивает неизвестный бродяга, а ещё дальше, за границей, притаились куда более страшные враги. Никто не вспоминал об умерших, не смотрел настороженно на выход, не казался готовым.
«Неужели Молнезвёзд и остальные совсем забыли об опасности?»
Комментарий к Глава 33.
Мурк ~
========== Глава 34. ==========
Пшеница подняла лапу и брезгливо отряхнула с неё свежий налипший снег. И почему только с неба вновь полетели белые мушки? Этих дождей в последние дни хватило бы, чтобы размыть весь снег на пустошах! Но ночью подморозило, и получилось то, что получилось. Воительница сердито посмотрела на белый налёт на земле, кустах, ставших светлыми холмах. Неужели же сезон Юных Листьев не настанет совсем? Ужас какой-то!
— Пшеница! — окликнули её, и она вскинула голову. Патрульные ждали её впереди. Кошка торопливо догнала их и пошла вровень с Одноцветом, Цветинкой, Сизокрылой и Легкокрылкой. Сегодня они проходили по границе с нейтральными землями, и Цветинка вовсю принюхивалась и приглядывалась, как и посоветовал ей наставник. Пшеница же с любопытством косилась то за границу, то на патрульных.
— Скажи, Легкокрылка, почему снег пошёл? — спросила она и приблизилась к серой. В последнее время у старшей воительницы настроение было отличное, и можно было приставать с расспросами, сколько угодно — Легкокрылка никогда не отказывалась поучить младших уму-разуму.
— Так бывает, и довольно часто, — улыбнулась та. — Юные Листья непостоянны вначале, то снег, то дождь, то солнце, то град. Не бойся, всё это растает ещё быстрее, чем выпало, и тогда-то придёт тепло.
Пшеница кивнула, на душе стало повеселее. Интересно, засыпало ли ту полянку с подснежниками? Кошка сладко зажмурилась, вспоминая качающиеся белые головки цветов и Рассвета, мягким огнём сидящего между ними. Она открыла глаза и поспешно нагнала свой патруль. Не хватало ещё отбиться от группы на самых опасных участках территории!
— Идите-ка сюда, — позвала Сизокрылая, хмуро взирая на остальных. — Я нашла кое-что.
Одноцвет испуганно насторожился, его уши сделали стойку, но тут он вспомнил о своей ученице и, превозмогая страх, пошёл с ней рядом. Легкокрылка тоже подошла. Пшеница подлетела последней. Она втянула воздух и поперхнулась от едкой вони на кустах.
— Фу! — пискнула Цветинка, и мысленно Пшеница была с ней абсолютно согласна. — Одноцвет, что это за запах?
— Это лисий запах, — выдавил кот, смотря на жалкие остатки кролика, которые Сизокрылая вытащила из-под кустов. Обглоданная тушка, кости, следы зубов — всё говорило о том, что кто-то отважился своровать дичь и съесть её прямо на месте.
— Неужели лисы снова..? — пробормотала Легкокрылка, после помотала головой. — Так, об этом мы доложим, когда вернёмся.
— Может, выследим лисицу? — подскочила Пшеница от внезапного озарения. — Вот все нам спасибо скажут!
— С нами маленькая ученица! — тут же всполошилась Сизокрылая и распушила шерсть на загривке, — я не для того котёнка растила, чтобы его отправить лисе на растерзание!
— Никто никого никуда не отправляет, успокойтесь! — повысила голос Легкокрылка. — Пшеница, Сизокрылая права — Цветинку нельзя подвергать опасности, как и остальных нас. Мы не выйдем за границу, пока не получим соответствующие распоряжения. Уверена, Молнезвёзд отправит сюда отряд проверить запах. А мы — всего лишь пограничный патруль, и нам нужно закончить проверку границ.
— Ну ла-адно, — протянула кошка слегка разочарованно. Ну вот, её не возьмут в поисковый патруль, она в этом была почти уверена. Хотя можно же их убедить! Эта мысль вновь подняла настроение, и воительница вновь поскакала за соплеменниками.
Остальная часть патрулирования прошла без приключений, и уже вскоре коты вернулись в лагерь. Здесь, как всегда, кипела жизнь. Пшеница навострила ушки, заметив у детской Голубику с котёнком. Уже несколько дней добрая Речная королева жила с ними, но почти не выходила из детской, а её маленькую дочку Пшеница и вовсе не разглядела как следует. Теперь же, подойдя ближе, она увидела пушистую белую кошечку, похожую на меховой клубочек. Лапки, хвост и уши у малышки были серыми, а глаза, которыми она удивлённо оглядывала лагерь — тоже серыми с примесью зелёного, как пожухшие листья. Пшеница, недолго думая, подбежала к ним; рядом с матерью и дочерью сидел и отец, зорко наблюдая за лагерем.
— Привет! — взвизгнула кошка, когда приблизилась. Голубика посмотрела на неё и улыбнулась. Узнала!
— Привет, Пшеница, — она осторожно выпустила из своих объятий дочь, которая сделала несколько неуверенных шажков по поляне. — Как поживаешь?
— Всё хорошо, а ты как? Нравится в племени? — воительница села рядом с королевой. Та кивнула.
— У вас очень здорово! Правда, непривычно без реки, плеска ручейка и редких деревьев… — она вздохнула. — Но у вас тоже очень красиво, а как придет тепло, уверена, станет ещё лучше! У вас тут такое небо… большое.
Пшеница задрала голову. Небо как небо, хотя… После деревьев и рощ действительно было радостно увидеть вновь широкий простор неба и пустошей. Наверху сквозь серые облака было видно небольшой светлый размытый кружок — солнце. Кошка встала и подошла к малышке. Она невольно вспомнила собрание пару дней назад, на котором Молнезвёзд принял в племя Голубику. Сколько тогда было тех, кто готов был с пеной у рта отстаивать своё мнение и кричать о том, что чужакам не место в племени! Те же самые коты, что до сих пор едва признавали в Пухолапе соплеменника, обвиняли в нечистокровности королеву и котёнка, а Серогриву ещё больше досталось. Но эти страсти быстро улеглись — почти все понимали, как необходимы сейчас племени новые члены.
«Ну как можно оставить без помощи эту очаровашку? И Голубика тоже очень хорошая и добрая! — сердито подумала Пшеница. — Как здорово, что именно она к нам пришла. Кстати, не думала, что Серогрив такой хороший отец. Я думала, что он как… как Ветрохвост».
— Привет, малышка! Как тебя зовут? — проурчала она, отметая мысли. С круглой мордочки на неё уставились такие же круглые глаза.
— Мя-Мятлинка, — с запинкой ответила та. И голосок у неё оказался, как у матери — тихий и нежный, правда, писклявый по-котячьи, но оттого ничуть не менее приятный.
— А я Пшеница! — обрадовалась кошка. — Хочешь поиграть?
Мятлинка помотала головой и побежала обратно к Голубике. Пшеница повесила хвост.
— Голубика, ну чего она?
— Просто ей непривычно, — виновато ответила королева, поглаживая лапой кошечку. — Она с рождения жила в нашем лагере среди ив, играла у ручейка, а тут её отнесли сюда, и ей боязно. Но она всё равно никогда не любила воду так же сильно, как остальные Речные, — добавила она, — так что в Речном племени ей могло бы быть хуже. Лучше уж расти с отцом. Тем более, она очень похожа на Серогрива!