— Готова к охоте? — вместо ответа Пшеница активно закивала. — С нами ещё Ночница. Можешь позвать кого-нибудь вдобавок?
— Конечно, сейчас! — Пшеница быстро оглядела поляну и заметила чёрную шерсть Пролазы. То, что надо! Может быть, удастся поболтать, как раньше, в детстве, или хотя бы вместе поохотиться. Она радостно потрусила к соплеменнице.
— Эй, Пролаза… — начала она, касаясь плеча воительницы. Несколько мгновений спустя она почувствовала сильный удар в грудь и повалилась на землю, судорожно хватая ртом воздух.
— Никогда. Не подкрадывайся. Ко мне. Сзади, — чётко выделяя каждое слово, прошипела чёрная, нависнув над ней, но после отошла немного, будто бы нехотя позволяя ей подняться и отряхнуться. — Чего ты хотела?
— Я… я… хотела позвать тебя на охоту с нами, — кое-как пытаясь отдышаться, выдавила Пшеница. Пролаза как ни в чем не бывало кивнула и пошла к Осеннецветик. Пшеница же ещё несколько секунд оторопело смотрела ей вслед, пока её не окликнули.
«Да что это вообще было? — сердито подумала она, вместе с остальными членами патруля выбегая на пустоши. — Пролаза никогда не была такой нервной! И такой… страшной, — кошка скосила глаза на бывшую подругу. — Что с ней происходит? Может быть, её отругали… или предали! Или у неё случилось что-то! Ну не может она быть такой просто так».
Где-то в глубине души она понимала, что запросто ей ничего не понять. С тех пор, как они с Пролазой были котятами, прошло много времени. Они уже давным-давно не были так же близки, как когда-то, когда вместе шалили и вместе проводили целые дни. В детстве они даже ночами могли не спать, правда, очень редко, когда удавалось перешептываться и не попадаться строгой злюке Рассыпчатой. Пшеница прикрыла глаза. Ах, как всё было по-другому в то время! Даже славная Ночница, которая сейчас носила в себе котят, тогда была совсем молоденькой воительницей и не помышляла о семье. И Крылатый был куда менее серьёзным, чем сейчас. А ещё не было пророчества и уроков от Звёздного племени… Нет, она не жалела о том, какая она сейчас. Было просто удивительно сравнивать себя, бегущую посмотреть пустоши тайком, с собой, убегающей на свидание к Рассвету.
— Пшеница! — резкий оклик Осеннецветик ворвался в её мысли и порвал их, как когти рвут тонкий листок. Кошка съёжилась под суровым взглядом. Оказывается, они уже на месте! Да уж, замечталась. С лёгкостью она вернулась мыслями в обычный мир, сбрасывая оковы странной задумчивости.
— Пролаза и Пшеница, вы охотитесь вместе, и, ради предков, не отходите слишком далеко и не подходите к нейтральной границе, — распорядилась пёстрая и поманила хвостом Ночницу.
— Меня вовсе не обязательно оберегать, — фыркнула воительница в белых брызгах. Далее обе отошли, и их голоса замолкли. Пролаза резко повернулась в другую сторону.
— Пойдём. Пора охотиться.
Пшеница покорно пошла следом («интересно, кто дал Пролазе право быть главной?»). Мысли вновь вернулись в голову, но теперь кошка одновременно принюхивалась к запахам, окружающим её. «Всё-таки надо будет с ней поговорить, — промелькнуло в голове, когда Пшеница учуяла кролика и быстрым кивком оповестила об этом напарницу. — Наверное, с ней просто что-то случилось! Может, это всё из-за Билла?». Осторожно переставляя лапы, она подползла как можно ближе к ушастому зверьку. Пролаза со своей стороны прыгнула вперёд; кролик испуганно шарахнулся в сторону, но тут его ждали острые зубы и когти Пшеницы. Она довольно улыбнулась и затолкала кроля под ближайший куст.
— Чуешь что-нибудь? — спокойно, совершенно не так, как совсем недавно, спросила черная. Пшеница покачала головой.
— Скажи, у тебя ничего не случилось? — ляпнула она и тут же поняла, что зря затеяла это. Глаза Пролазы холодно сверкнули.
— С чего ты взяла?
— Просто ты в последнее время… странная немножко. Я думала, может, это из-за Билла? — осмелела кошка. — Канарейка говорила, он тебе вроде нравится. Ты в него влюбилась?
— Конечно, нет, что за чушь! — длинный хвост Пролазы хлестнул по чёрному боку. — У меня всё отлично.
— Ну, а всё-таки, почему ты с ним так хорошо общаешься?
— Тебя это не касается.
— Но ведь я просто хочу помочь! — в отчаянной попытке выпалила Пшеница. Пролаза лишь фыркнула.
— Ты сделаешь всё хуже одним своим присутствием, — четко и жестко проговорила она. — Просто не лезь ко мне, дурочка.
— Я не дурочка! — вскинулась кошка. Собеседница поморщилась. Она припала к земле, проползла вперёд, поднялась с мышью в зубах. Сунула добычу в ямку.
— Дурочка, вылитая дура. И не сомневайся, — насмешливо хмыкнула она. — Слышала, да? Не смей лезть ко мне.
Пшеница удивлённо смотрела на Пролазу, которая зашагала в другую сторону.
— Ты куда?
— Поохочусь одна, — долговязая хлестнула хвостом по земле, не давая выговорить и слова. — Приду к закату, как и остальные. Я не котёнок.
— А-а как же бродяги или лисы?
— Со мной ничего не случится! — резко оборвала её соплеменница. — Давай, брысь.
Пшеница принюхалась и пошла в другую сторону — по свежему следу кролика, которого раньше не замечала.
«И чего она так разозлилась… Нет, наверное, что-то между ней и Биллом всё же есть! Интересно, а почему она так уверена, что с ней ничего не случится?»
Солнце скрылось за холмами ровно наполовину, когда охотники собрались вместе на том же холме, откуда начинали. Ночница выглядела совсем не уставшей, хотя бока её судорожно вздымались, а лапы едва заметно дрожали. Дичи оказалось вдоволь. Пролаза тоже явилась — она вышла из-за зарослей утёсника, как только Пшеница появилась на вершине. Кошка восхищённо смотрела вдаль, на алеющий закат, распустившийся пламенным цветком на горизонте. Облака, которые ненадолго расступились, только чтобы дать солнцу попрощаться с землёй, окрасились в сиреневый и розовый. Небо над головой ещё было густо-голубым, но вот-вот потемнеет. А потом зажгутся звёзды. Раз, два, три — засверкают, как маленькие снежинки в небе, и будут до утра охранять сны воителей племени Ветра…
Комментарий к Глава 34.
Тадам тадам тадам тадам тадам тадам тадаааам тададададам
Пурум пурум пурум пурум пурум пурум
========== Глава 35. ==========
Двое котов — один палевый, с пятнами, другой ярко-золотистый — тихо крались к кролику. Вот один из них спугнул зверька, и тот понёсся в ужасе в другую сторону — прямо в раскинутые лапы второго охотника. Тот не зевал и быстро прикончил дичь укусом в шею.
— Добрая охота! — весело выкрикнул Уткохвост, выплевывая изо рта кроличью шерсть. Сегодня ему наконец разрешили сходить на охоту ввиду того, что ему уже лучше, и, пусть кот периодически чихал и иногда сопел носом, он прилагал все усилия, чтобы хорошо поохотиться — у них уже имелось два кролика и птица. Крылатый был рад поработать в паре с ним — отличный охотник, хороший собеседник и просто весёлый кот никогда не был лишним в компании. Он кивнул и сунул добычу под низко свисающие голые веточки брусничного куста.
Солнце вновь заиграло после нескольких долгих дней дождя и снега, будто бы кто-то на небесах ошибся в выборе погоды и пустил всё заново, по кругу. Яркие лучи добирались до свежевыпавшего снега, и тот, слабый и неокрепший, сразу же таял, растекаясь лужицами и питая землю влагой. С самого утра те участки пустоши, где было много кустов, и те, что были возле рощи, полнились перезвоном капели. На деревьях в роще висели сосульки. Но, тем не менее, ветер был предан матушке-зиме, и потому так и выходило — на солнце Юные Листья, а в тени, если налетал очередной порыв ветра, ещё мороз. Стоило какому-нибудь облаку закрыть ненадолго светило, и тут же начинали от холода дрожать лапы, а шерсть вставала дыбом.