— Полагаю, что нет, — спокойный, властный голос Молнезвёзда ни разу не дрогнул, хотя в янтарно-карих глазах тоже плескался страх потери ещё одной соплеменницы. — Нам нужно срочно найти её, какие-то следы, если они ещё не ослабели. Предлагаю организовать поисковый патруль. Песчаник, у тебя острый нюх, и ты лучше других знаешь Пролазу. Возьми троих котов и можете отправляться.
— Канарейка, Ветрохвост, Одноцвет, — перечислил воитель. — Выступаем сейчас же.
Два кота и кошка молча приблизились к нему. Песчаник коротко кивнул предводителю и вывел свой отряд из лагеря под взволнованные шепотки.
— Как думаете, Пролазу тоже… того? — тихонько спросила Морошка у Рассвета и Пшеницы. Последняя то и дело смотрела на выход, видимо, ожидая, что оттуда вдруг появится её бывшая лучшая подруга, целая и невредимая, и скажет какую-нибудь колкость. А потом будет усмехаться, слушая, как тут все переполошились. Но Пролаза не появлялась.
— Не знаю. Она хороший боец, — с сомнением покачал головой Рассвет. — Но все может быть.
— А может, она сбежала к другому племени? — подключился Уткохвост. — Например, к Грозовому! За Биллом!
— Что за чушь ты городишь, — рассердилась Легкокрылка, тоже дополняя кружок воителей, из которого потихоньку вытолкали Солнцелапа и Волколапа. Обиженные братья переглянулись, зашептались и пошли куда-то в обход круга.
— А почему бы и нет, — кот пожал плечами.
— Всё-таки её, наверное, убили, — задумчиво проговорила старшая воительница. Круг быстро, как никогда, пополнялся новыми котами, и вот уже почти все свободные воители сидели там. Крылатый тоже подошёл и уселся рядом с сестрой, но молчал. Он слушал.
— А может, она влюбилась в кого-нибудь из бродяг и ушла, как Туманница? — предположила Ночница, пытаясь устроиться со своим круглым животом как можно удобнее. Её усы взволнованно подрагивали. Несмело приблизилась Голубика, но Серогрив прошептал ей что-то на ухо, и королева побрела обратно к детской.
— А вот мы думаем, что… — высунулась вдруг голова Солнцелапа между шкур. Кто-то строго зыркнул на него, и Сизокрылая тут же вздыбила шерсть.
— Тише. Давайте послушаем и его версию, — вступилась Морошка, не давая разгореться новому скандалу. — Оруженосцы тоже могут выдать дельные мысли.
— Мы думаем, что Пролаза просто решила стать одиночкой! — появилась рядом голова Волколапа. Оба протиснулись в круг и сели, гордые собой.
— Такой вариант не исключение, спасибо, — кивнула Легкокрылка, но пошла уже новая волна пересудов. Крылатый анализировал их в голове. С одной стороны, Пролазу вполне могли убить — даже он сам побеждал эту кошку, и какая-нибудь лисица справилась бы с этим в два счёта. С другой, вариант с уходом из племени тоже приемлем. Она ведь всегда держалась особняком, возможно, просто не любила племя Ветра или вообще племена… Больше всего кот верил в теорию о том, что соплеменница ушла к бродягам. Только не по любви. Её общение с Биллом, поведение, повадки и слова. Что-то нечисто было здесь, и кот в который раз это осознал, ясно и четко. Он вышел из круга и направился к камням.
— Крылатый, — окликнула его Голубика. — Подойди, пожалуйста, если ты не занят.
— Что-то случилось? — он кивнул королеве и приблизился, осторожно, чтобы ненароком Мятлинка не попалась ему под лапы. К счастью, кошечка сидела смирно, разглядывая какой-то камушек.
— Нет, ничего. Просто… — серая замялась, притянула поближе к себе дочку привычным жестом. — Там обсуждают такие ужасные вещи. Расскажи мне подробнее, что у вас тут происходило последние луны, пока меня не было?
— Ты уверена? — воитель присел, глянул на котёнка, затем на его мать. Кошка кивнула и посмотрела на Мятлинку.
— Иди поиграй, доченька.
Кошечка побежала на поляну, а Крылатый собрался с мыслями и наконец заговорил.
— Всё началось с того, что у нашей Сизокрылой около пяти-шести лун назад сбежали двое котят, Волчок, тот, который сейчас Волколап, и Грознушек, — начал он вспоминать. В голове промелькнули сцены той ночи, и по телу невольно пробежала дрожь. — Я заметил это и разбудил Молнезвёзда. Мы вдвоём пошли их искать. Волчка мы нашли, а вот Грознушек… Он был мёртв, а вокруг мы нашли лисьи запахи.
— Какой ужас, — Голубика потупила взгляд. — Котёнок, бедняжка… Так значит, его убила лиса?
— Наверное. Ещё на нас несколько раз нападали какие-то бродяги, живущие стаей. Потом мы поймали у лагеря их разведчика и взяли его в плен. А чуть позже точно так же, как Грознушек, умерла Рассыпчатая.
Королева молчала, взволнованно глядя на рассказчика. В ее глазах читалась боль и страх. Вряд ли она знала этих котов, но Крылатый мог её понять. Смерть всегда была страшна, кого бы она не настигала.
— Через некоторое время мы приняли этого разведчика в племя. Ты его знаешь, это Пухолап, — на этом моменте кошка бросила взгляд в сторону кружка воителей. — Потом убили какого-то Грозового ученика, а ещё позже наша кошка Туманница влюбилась в одного из бродяг и ушла к ним.
— А я знала Туманницу! — вставила Голубика. — Она была очень хорошая, добрая такая. Ну, а что дальше?
— А дальше к нам пришёл Билл, и его судьбу ты уже знаешь. И вот теперь пропала Пролаза, — воитель замолчал ненадолго. — Я пойму, если тебе теперь не слишком хочется оставаться здесь, где кипят такие страсти. Мы никому не рассказываем слишком много на Совете. Возможно, сейчас тебе не очень безопасно здесь быть.
— Почему же? — Голубика аккуратно поставила на лапки Мятлинку, когда та споткнулась и упала. — Это не отменяет моего решения. Я буду жить в племени Ветра, а моя дочь будет расти здесь, в полной семье и с прекрасными соплеменниками. Я уверена, что в лагере мы будем в безопасности.
— Что ж, хорошо, — задумчиво проговорил Крылатый. Какая-то назойливая мысль вертелась в голове, но никак не хотела даваться в лапы. — Ладно, я пойду. Мне пора.
— Конечно, иди, — королева слегка удивлённо посмотрела на него. Кот встал и потрусил к другому краю поляны. Он не просто так заторопился — там стояла Цветинка. Вид у кошечки был растерянный и испуганный. Крылатый подбежал к ней, взволнованный — вдруг с ней что-то случилось? Приблизившись, он постарался взять себя в лапы.
— Привет. Грустишь?
— Я боюсь, что что-то случилось с Пролазой, — тихо сказала ученица и опустила глаза. — В последнее время так много всего случается, и всё плохое.
— Ничего, всё обойдётся, — он замешкался, и Цветинка прижалась к его боку. Почувствовав дрожь ученицы, кот лизнул её в ухо. — Я не могу сказать, что с Пролазой, но обещаю: с тобой всё будет хорошо.
***
— Мы не нашли никаких следов, кроме старых, — угрюмо проговорил Песчаник. — Ни лисьих, ни бродяжьих, ничьих.
— Она как будто испарилась, — добавил Одноцвет. Молнезвёзд долго молчал, пока вернувшийся поисковый патруль оглядывался по сторонам. Все четверо выглядели довольно-таки уставшими, а Канарейка с Одноцветом — даже слегка напуганными. Крылатый почувствовал мрачное облако, нависшее над поляной. Дело плохо.
— Скорее всего, она ушла ещё вчера, и за ночь запахи ослабли, — наконец произнёс предводитель и склонил голову.
— Ночью дождь был, — добавила Канарейка. Она тяжело дышала, будто запыхалась гораздо больше, чем остальные члены патруля. Кошка присела, пытаясь восстановить дыхание.
— Я попрошу охотничьи и пограничные патрули тоже принюхиваться, возможно, что-то обнаружите, — продолжил Молнезвёзд. — Отправлять ещё один поисковый патруль, думаю, нет смысла. У нас и так немного котов, но много дел.
— Я напомню патрулям хорошо прошерстить окрестности, — кивнула Осеннецветик. — Закатный патруль, можете уже выступать. Если я правильно помню, его ведёт сейчас Буревестник.
— Да, конечно, — кот быстро ткнулся носом в щёку своей подруги и вышел на середину поляны. — Сизокрылая, Пухолап, Крылатый. Пойдем.
Коты ещё не покинули поляну, а новая волна шепотков и переговоров уже накрыла лагерь.
— Я же говорила, что её убили! — уверенно фыркнула Морошка. Легкокрылка кивнула.