— Боюсь, что так.
— Да, лисица наверняка её сцапала и утащила к себе в логово, — согласился Уткохвост. Крылатый обвёл глазами соплеменников — уже гораздо больше котов верило в смерть несчастной Пролазы. Он вздохнул и быстрым шагом последовал за Буревестником. Всё же, возможно, надежда ещё есть. Если они пересекутся с патрулем Грозового племени, можно будет проверить, не ушла ли Пролаза к ним или, может быть, они заметили её следы.
Никто не разговаривал по пути; туча подозрений продолжала сгущаться. Интересно, куда же всё-таки делась Пролаза? Если она ушла к бродягам, то она, скорее всего, жива и здорова. Но бродяги продолжают воровать дичь и изредка нападать на патрули. Зачем это ей? Быть может, её сердце всё-таки открылось для любви, или, может, ей просто не нравится уклад жизни в племени Ветра? Должна быть какая-то причина. Если Пролаза жива, у неё должна быть причина уйти. К сожалению, Крылатый плохо знал эту кошку.
«А ведь она была такой хорошей в котячестве, — подумал он, преодолевая очередной участок границы и поглядывая на красноватый просвет в тучах — там садилось солнце. Коты уже успели дойти до озера и теперь помечали берег ручья. — Играла с нами, пусть была немного другой, но не была такой. Когда всё пошло наперекосяк?»
— Подходим к роще, — напомнил Буревестник, и кот встряхнулся, чтобы не запутаться в мыслях. Он в патруле, в конце концов. Стоит обращать внимание на то, что под носом. А впереди уже действительно выросли деревья; на их ветвях можно было заметить ещё маленькие почки. Коты вошли в рощу. Под лапами зашуршала прошлогодняя палая листва, сквозь которую лезла трава. Снег уже растаял и здесь. Теперь было гораздо проще огибать стволы и корни, хотя ветви над головой всё продолжали скрывать небо. По знакомой тропке патруль пробирался вдоль пограничного ручья.
«Стоит хорошенько проверить окрестности, — подумал вновь Крылатый, пропуская через себя запахи весеннего леса. — Возможно, мы обнаружим след».
Но свежих запахов Пролазы так и не было. Старые ароматы соплеменников встречались тут постоянно, но именно её запах был очень слаб. Она давно не ходила сюда, это точно. Может быть, патруль к Речной или нейтральной границам что-нибудь найдут.
Тихо зашелестели листья на противоположном берегу. Навстречу Ветряным котам двигался патруль Грозовых, и Крылатый вытянул шею, надеясь рассмотреть там знакомых котов — например, тех, с кем они откапывали Грозовой лагерь. Ему повезло: в патруле были Кленохвостка, Листоцвет и Зеленоглазка, и всех троих он немного знал. Отряды поравнялись и остановились.
— Здравствуйте, — кивнула соседям Сизокрылая. — Как дела в Грозовом племени?
— Всё прекрасно, спасибо, — сдержанно ответила Кленохвостка, будто это было чистой формальностью. — Как у вас?
— Почти всё хорошо, хотя есть и несчастье, — заговорил Буревестник. — Пропала наша соплеменница, Пролаза. Вы не видели её?
— Нет, мы не встречали её ни на границе, ни на нашей территории, — пёстрая Грозовая вдруг повернула голову и впилась взглядом в Пухолапа. Тот нервно улыбнулся.
— Ну, если у вас пропадают коты, замените их ещё какими-нибудь бродягами или одиночками, — холодно сказала кошка, в упор глядя на белоснежного оруженосца. — Вам не привыкать, не так ли?
— Пухолап уже очень давно один из нас, — нахмурился Буревестник. — Мы не об этом.
— Хотя бы научите ваших бродяг не пересекать границы, — мявкнула Зеленоглазка и неприязненно сморщилась. Крылатый напрягся. «Это она о Билле? Он же ушёл всего несколько дней назад!»
— Уверяю, такого больше не повторится, — сказал Буревестник.
— И этот бродяга не вернётся в племя, — добавила Сизокрылая, гордо приосанившись.
— Надеюсь, что так, — Кленохвостка наконец отвела взгляд от Пухолапа. Листоцвет принюхался через границу.
— Пухолап, да? — с любопытством спросил он. — И давно ты с ними?
— Давно, — улыбнулся кот. — А ты кто?
— Листоцвет, — представился воин. — Да я тебя видел, когда лагерь раскапывали.
— Листоцвет! — резко окликнула кота Кленохвостка. — Хватит любезничать с Ветряными! Мы уходим, — она кивнула патрулю. — Если обнаружим следы вашей соплеменницы, сообщим.
Буревестник благодарно склонил голову, и отряды распрощались. Крылатый побрёл дальше по ручью, потираясь боками о стволы деревьев и помечая берег. Пухолап так давно в их племени, что даже сами коты Ветра уже давно приняли его; так что не понравилось Грозовым? Странно, что они суют носы в чужие дела. Обычно соседи были куда сдержаннее. Патруль вышел из рощи на открытое место. Здесь можно было вздохнуть спокойно. Знакомое широкое небо над головой давало куда больше уюта и комфорта, чем тесно переплетённые ветви. Коты шли в молчании, и лишь в том месте, где проходил недавно Билл, задержались. Его запах очень ослаб от дождей, но свежих следов не было, и это стало хорошей новостью.
Возвращались коты уже в сгущающихся сумерках. Тучи скрывали небеса, но тени прокрались на пустоши, и патруль поскорее бежал к лагерю, знакомому и уютному. Внутри оказалось, что соплеменники ещё не спят; они сидят и тихо разговаривают за ужином. Котят и королев только видно не было, похоже, уже ушли спать. Крылатый вытянул лапы по очереди. Мышцы устали, но силы ещё оставались, и кот решил навестить брата. Недолго думая, он направился в пещеру целителя.
— Привет, — кот просунул голову внутрь. Оттуда пахнуло холодом и резко завоняло травами. — Есть тут кто?
— Да, заходи, — ответил приглушённый голос Тёплого. Воитель пролез внутрь и очутился в небольшой пещерке. Он посмотрел по сторонам и заметил лежащего на подстилке Завитого.
— Как ты?
— Жив ещё, — буркнул больной. — Чего там, пришили в итоге Пролазу или как?
— Говорят, не нашли следы, — пожал плечами Крылатый. — Грозовые тоже ничего не видели.
— Просто у наших всех давно нюх отбило, — фыркнул Завитой и потянулся. — Эй, Тёплый! Когда мне можно будет вылезти из этой дыры?
— Через пару дней будешь уже здоров, — спокойно ответил целитель. Он подошёл ближе и положил маленький свёрток каких-то трав перед пациентом. — Съешь вот это, пожалуйста. А потом, если хочешь, можешь выйти на поляну.
Завитой закатил глаза, но молча слизнул лекарство и скривился.
— Фу, ну и гадость. Такими только кроликов травить. Ладно, пошли наружу, а то я тут задохнусь, — он бесцеремонно пихнул младшего брата плечом и первым выбрался на поляну. Крылатый вышел за ним. Кудряш уже прислушивался к разговорам своим порванным ухом. Ещё немного посидев с братом, Крылатый отошёл к кустам и сел, обвив лапы хвостом. Отовсюду слышались разговоры и предположения, добрались уже до Рассыпчатой с Туманницей, поминая их смерть или уход. Были, конечно, и те, кто просто болтал между собой о патрулях, и это было глотком свежего воздуха во всей этой туче предположений. Круг уже давно разбился на отдельные кучки, где обсуждали каждый свое, кто во что горазд.
Кот зажмурился. Его сердце съедала необъяснимая тревога; теперь он отчётливо чувствовал, как её склизкий червячок всё туже свивается в груди, и начинает подташнивать, как будто он съел падаль. Здесь что-то нечисто. Он тревожился не за Пролазу, а за тех, кого она волей или неволей оставила в лагере. Ему стало душно. Он вдруг представил себе, живо, будто увидел наяву, как тьма, которую предрекало пророчество о Пшенице, медленно наползает на лагерь. Как удушливая темнота, необъятный мрак сокрывает от него морды дорогих котов. Пшеница, Цветинка, родители, брат, Рассвет. Крылатый чувствовал, что непонятное зло свернулось и сжалось, но только для того, чтобы нанести потом решающий удар. Но самое ужасное крылось в том, что он даже не предполагал, чем может всё исправить. Он страдал от бессилия перед наступающей тьмой, он не мог просто ждать. Кот глотнул воздуха и распахнул глаза. Он оглянулся, заметил сестру и зашагал к ней.
— Мне нужно пройтись, — отрывисто произнес он. — Пшеница, вы с Рассветом не могли бы пойти со мной? Я вам не помешаю, я просто… просто мне необходимо всё обдумать.
— Ну конечно, — казалось, сестра была только счастлива возможности выбраться за пределы лагеря. Она метнулась к рыжему коту, что сидел рядом с сестрой и матерью, и почти сразу оба подошли к Крылатому. Пятнистый зашагал к выходу; он слышал, как за его спиной шепчутся о чем-то друг и сестра, но мысли были заняты лишь произошедшим. Племя редеет. Ещё одним воином меньше и, в худшем случае, на одного кота больше в стане бродяг. Притаившись во тьме, бродяги ждут, пока лисы, коварные хищники, не отловят котов племени Ветра одного за другим, а сами в это время наблюдают из тени. Казалось, все вокруг ведут какую-то игру, правила которой известны лишь её игрокам. А племенные коты должны были стать в их жизни игрушками. Он нахмурился, даже не замечая, что преодолел холм и продолжает идти вперёд. Сколько ещё Ветряных покинут своих товарищей? Он попытался сосчитать. Грознушек, Рассыпчатая, Туманница, теперь и Пролаза. В Грозовом племени был убит Перьелап. Возможно, нет, наиболее вероятно, что это не конец.