И я всё понимаю без слов.
Но услышать нужно. Чтобы я не тешила себя пустыми надеждами. Не обманывалась.
Не надеялась ни на что.
− А он – просто кобель! – Взрывается.
Стискивает пальцы в кулаки, моментально собираясь. Понимает, что мне и так плохо.
Берёт себя в руки.
− Стоял истуканом, как только меня увидел. – Качает головой. - Понял, наверное, что его песенка спета. Ведь понятно, что я пудрить мозги своей дочери после такого не позволю…
− Угу… - В голосе Риты сожаление.
А ещё она бросает на меня такой взгляд, что хочется разреветься. И в горле влажный комок встаёт.
Но слёзы не идут. И эмоций нет.
Только вселенская усталость. А ещё разочарование.
Поэтому я просто прикрываю глаза, стараясь погрузиться в забытье. Не реагирую, когда подруга тихо прощается.
Прикрывает за собой дверь с тихим щелчком.
И только тогда понимаю, что как раньше – уже не будет. И Никиты в моей жизни тоже не будет.
Никогда…
Я снова осталась одна…
− Оливочка… - Голос мамочки ввинчивается в моё сознание шуршанием льдинистых снежинок. – Ты будешь спать? Не хочешь поговорить?
Вздрагиваю. Силюсь открыть глаза, чувствуя, что ресницы будто налились свинцом.
Приоткрываю правый глаз. Обвожу мать отрешённым взглядом. И головой пытаюсь качнуть.
− Не хочу, - выдыхаю, и сама пугаюсь собственного голоса.
Уж больно он осипший. Уставший.
Какой-то безжизненный.
И мама горько всхлипывает. Прикрывает накрашенный рот ладошкой.
И зубы стискивает. До скрежета.
Сейчас, на фоне бледного лица так сильно выделяются её ярко-голубые глаза. Которые я всегда принимала за кусочки льда.
Цепкие и безэмоциональные. Морозные.
В которых я никогда не видела тепла. Ласки. Любви. Всего того, что так необходимо всем детям.
И поэтому отчаянно цеплялась за других. За бабушку, пока она была жива. За Маргариту, хоть её вспыльчивость частенько меня нервировала.
За Никиту…
− Всё нормально, я буду спать, - стараюсь улыбнуться, - иди, занимайся своими делами. Не переживай обо мне.
Вижу, как её глаза распахиваются.
От удивления и непонимания. А ещё она хочет что-то сказать. И руку протягивает ближе.
− Дочь…
Захлопываю глаза, выдыхая спёртый воздух из лёгких. Не хочу говорить.
Объяснять что-то.
Прислушиваюсь. Понимаю, что мамочка сейчас должна подняться.
Выйти из моей спальни, отправившись к себе.
А потом запереться в кабинете, листая до ночи дела своих клиентов. Общаться по телефону, решая какие-то дела.
Точно так, как она всегда делала.
Изо дня в день. Не взирая ни на праздники, ни на выходные.
Не замечая того, как нужна мне.
И выдыхаю с грустью, когда слышу её тихую поступь у двери. Отворачиваюсь к стене.
Расслабляюсь, отпуская эмоции.
И только тогда даю волю слезам. Всхлипываю некрасиво, накрывшись одеялом с головой.
Зарываюсь лицом в подушку. Вою.
И головой мотаю.
Ну как же так…
Глава 6
Оливия
*****
С трудом разлепляю глаза от пережитой кошмарной ночи. Приподнимаюсь на локте, окидывая взглядом комнату.
С тревогой замечаю маму, расположившуюся в кресле.
И с постели встаю.
На цыпочках подхожу к ней. Убираю спутавшиеся пряди с лица.
Понимаю, что эту ночь она провела здесь, в моей спальне. Сидела тихонечко, боясь потревожить.
Но отчаянно пыталась поддержать хоть как-то. Быть рядом.
− Мааам, - опускаюсь на колени перед ней, поглаживая тонкое запястье. – Проснись.
− А? – Голубые глаза распахиваются.
Цепкий взгляд секунду изучает моё лицо. Отмечает бледность и неважный внешний вид.
Но всё равно лицо озаряет улыбкой. Прижимает меня к себе. Зарывается носом в волосы.
И шепчет так нежно.
− Доченька…
− Мам, ты всю ночь просидела здесь, со мной? – Шепчу, не в силах переварить увиденное.
И слёзы подступают к глазам с утроенной силой.
− Ну… Да… - Она, кажется теряется.
Смущена моим вопросом, а ещё заламывает руки от нервного напряжения.
− Я… Я поняла вчера многое… - Её голос хрипит.
А я ещё никогда не видела эту железную леди, Юлию Дмитриевну Лукашину, в подобном амплуа.
− Я не додавала тебе материнской любви. Не разговаривала с тобой по душам. – Её трясущиеся пальцы скользят по моим волосам. - Занималась только карьерой, спихнув тебя, ещё крошку, на плечи бабушки. А потом, когда её не стало, даже не догадалась поменять себя. Измениться.
− Ты… Ты не могла… - Всхлипываю, потому что её слова находят отклик в моём израненном сердце. – И благодаря тебе мы живём в этой роскошной квартире. Ездим отдыхать на море…