Капля свалилась на поверхность скалы, растеклась, брызнув в снег жидким огнём. Скорее всего, плазма пролилась мимо, но так близко, что куртка Алика вспыхнула на спине. Блин! И не сбросишь её – так узко, что шевельнуться невозможно, а высунешься – попадёшь либо под огненные струи, либо под горячий пар.
– Блииин, – проскрипел он зубами, пытаясь повернуться боком и загасить куртку о край расщелины.
– DEX, что там? – встревоженно окликнул его Пушок.
Алик не ответил. А смысл? Приятель сейчас ничем не сможет помочь. Только не орать и не стонать! Кошка изнервничается.
Чем хороши осколки звёзд – они проходят быстро. Облако унеслось к северу и там пропало. Алик вывалился из расщелины, стряхивая куртку в растаявший снег, следом вылезли остальные.
– DEX, спина!
– Знаю, – выдавил он сквозь зубы.
– Снег не прикладывай, – заботливо сказала Рита, обмахиваясь. – Впридачу к ожогу ещё и обморожение получишь. Дай водой промою.
Вид у веселушки был умученный и совсем не весёлый: рывок до расщелины дался девушке тяжело. Впрочем, внешних повреждений у неё не было, только порванная куртка, как и у Пушка. Кошка, выглядевшая лучше всех, помогла Рите промыть спину Алика.
– Ты идти-то сможешь? – спросил Пушок чуть виновато. Если бы сложилось наоборот, и Алик влез в укрытие первым, чтобы затащить Риту, он был бы цел. Другое дело, что тогда Пушок…
– А куда я денусь? – Алик попытался пожать плечами и зашипел.
Они побрели к стоянке. Пешком – брошенные лыжи сгорели. Кошка шагала рядом и периодически трогательно поправляла остатки куртки на Алике – пришлось их накинуть, без этого было бы холодно. Пушок по дороге подобрал ранее обронённую птичью тушку.
– Чёрт!
– Блин!
Уже издалека было видно, как почернели деревья и кусты вокруг пятна, выжженного до твёрдой запечённой земли. Лёд в заводи растаял, уровень воды понизился, в воздухе висела влага от конденсирующегося пара. Но полностью масштаб катастрофы ребята оценили, приблизившись. Расплавленная лужа на месте флайера и пепел, где стояли палатки. Капля упала точнёхонько здесь.
– А как же мы теперь… – не договорила Рита.
Кошка растерянно оглядывалась, сама не зная, что именно ищет. Пушок вздохнул:
– Надо вызывать спасателей.
– Как? – нервно засмеялась Кошка. – Все видеофоны были во флайере.
– Алик, а ты не можешь связаться как-нибудь? – Пушок с надеждой посмотрел на него. Парень помнил, что у киборгов есть встроенное устройство, с помощью которого они обмениваются данными и входят в инфранет. Но Алик огрызнулся:
– Как? Телепатически? Придётся выбираться самим.
Горы на этой высоте отнюдь не неприступная твердыня, покорная лишь подготовленным альпинистам. Но дело осложнялось тем, что путь сюда компания преодолела по воздуху и не могла вернуться по своим следам. Как понять, где есть подходящий спуск, а где нет? Только на своём опыте, методом тыка.
– Нужно поесть, – сказал Алик. В любом случае перед дорогой требовалось отдохнуть.
Расположились на краю выжженной прогалины, всё ещё горячей – заодно и погреться можно. Пушок подобрался к застывающей луже расплавленного металла, зажёг от неё пучок сухой хвои, занялся костром, Рита взялась разделывать птицу.
– Ты как? – тихо спросила Кошка Алика, застывшего в одной позе, чтобы лишние движения не причиняли боль.
Он заставил себя улыбнуться, хотя бы губами:
– Справлюсь.
Есть ему не хотелось, но он заставил себя обглодать зажаренную ножку: дорога впереди сложная и неблизкая. Остальные умяли свои доли с аппетитом: на морозе, да после этаких переживаний и нагрузок – самое то. Закончив, вопросительно посмотрели на Алика. А ему-то на кого смотреть?
– Двинулись, – просто сказал он, когда его лохмотья просохли над костром. И первым поднялся, поморщившись.
Поначалу спуск был несложным. Алик мысленно инспектировал: что у них есть? Только то, что имелось при себе. Ножи, зажигалки, пакет сухариков у Риты и у неё же кое-какие мелочи из аптечки: бактерицидные салфетки, антисептик, антигистаминное, обезболивающее – ничего серьёзного, так, на случай, если кто-то порежется или кого-то укусят. Антисептик уже уполовинился, на спину много ушло.
Было не так уж холодно – плазменные капли существенно прогрели землю и испарили большое количество снега. Но Алика начало знобить. Прожжённая куртка – одни дыры – почти не грела, но он понимал: дело не в том. Это ожог даёт о себе знать.
А потом идти стало невозможно. Они упёрлись в каменный завал. Попробовали обойти – там крутой подъём, не одолеть. Хоть назад возвращайся! Но не факт, что оттуда найдётся другой путь.