– Это ты о себе в третьем лице заговорил? – усмехнулся Стейнбьёрн.
– Нет! – Пушок сунул ему кофе, он отпил и выразился яснее: – Это DEX с какой-то тёткой, тоже смахивающей на кибера. Двух крачек за раз, к бесам! Прикиньте? Стало быть, по одной на каждого. Я думал, они вообще неубиваемые! Ну, разве что из плазмомёта.
– Их можно взорвать, – возразил Тор. – Мы с мальчишками в детстве, это самое, варили перекись ацетона. Жуткая штука, мне в седьмом классе три пальца оторвало, потом месяц с регенерирующим боксом на руке ходил. Затыкали пробирку и засовывали в приманку – жратву какую-нибудь. Клюнула – и кирдык, чешуя по ветру! – Он вдруг засмущался: вроде как несолидно начальнику караула вспоминать детские проказы. А то ещё некоторые возьмут пример со старшего товарища: вон, Пушок и DEX заинтересованно задумались.
– Не было у них никаких перекисей, – отмахнулся Ключ. – Голыми руками замочили, к бесам.
– Одну я ножом пырнул, – честно поправил Алик. – Другую – да, она удавила.
– Сири? – спросил Пушок.
– Не Сири, другая женщина-киборг. Алиса.
– Какая ещё Алиса? Мы тут всех киборгов знаем, они же к Ангелу ходят.
– Алиса не ходит, – сказал Ред. – Она ведёт очень замкнутый образ жизни.
Интересно, сколько лет Алиса не обращалась за профилактикой, подумал Алик. Наверное, с тех самых пор, как получила в ОЗК документы – теперь никто её не заставит тестироваться. А ошибки копятся… Она и без того тихо помешанная. Может, если бы Ангел покопался у неё в голове, залатал бы хоть часть прорех в крыше. Но она не согласится: Ангел – человек, вдобавок мужчина, а таким она не доверяет вдвойне.
– Алик, как ты с Алисой договорился о совместных действиях? – Реда это весьма занимало, Алиса крайне редко шла на контакт даже со «своими».
– Мы не договаривались. Мы просто рысика спасали. Его, кстати, Тристан зовут.
Все заулыбались.
– Да ты, DEX, прямо специалист по спасению зверушек, – подметил Тор. – Лариска, Тристан… а драконов, это самое, и вовсе не перечесть.
– Драконы не зверушки! – Как ни странно, это сказал не Алик, а Пушок. – Тупые крачки только повторяют ругательства, а драконы осмысленно разговаривают, я сам слышал.
И ругаются тоже осмысленно, мог бы присовокупить Алик. Даже творчески. Вот блин, что же делать с драконьими ночами? С крачками проще, их не жаль.
На крачек вылетали ещё дважды в эти сутки и один раз в следующее дежурство. Больше ни одну не удалось уничтожить, ограничивались тем, что следовали за ними, ликвидируя последствия их пищеварения, и пытались прогнать оттуда, где бомбардировка лепёхами была совсем уж нежелательна. Видимо, в первый день стечение обстоятельств оказалось на редкость удачным: замкнутое пространство, ограничивающее возможность манёвра стремительных тварей, и, конечно, Алиса. Что у неё с мозгами, не разобраться, но боевая программа отработала на отлично, хоть ей и недоставало скорости. В четыре руки, пусть одна из них искусственная, успешно прищучили гадов. А если бы на месте Алисы был здоровый, полноценный киборг…
Алик спросил, почему для борьбы с крачками не привлекают киборгов – так же, как против драконов. Ключ фыркнул:
– Мля, велика честь для этих тварей!
– Как это не привлекаем? – отозвался Тор. – Вы же с Редом, это самое, ездите на вызовы.
Алик вздохнул. В сотый раз объяснять, что он не киборг – значит, нарываться на очередной неотразимый аргумент: ну, ты ведь убил крачку.
– Я не про то. За крачками гоняется только наша служба. А если бы Ред у нас не работал? Почему других не зовут?
Ред хмыкнул.
– Потому что у них своя работа. И срывать с неё кого-то лишь из-за того, что нам приходится трудиться в более напряжённом режиме – плохая идея.
– Но когда прилетают драконы…
– Драконы нападают на женщин, – напомнил Тор. – А срачки людям не опасны, они просто, это самое, срут. Ущерб от их дерьма порой бывает серьёзный, но чисто, это самое, материальный. Некритичный.
– И драконов много, – добавил Ключ. – А эти… Сколько их? В город прорываются единицы. Военные расстреливают к бесам стаи, приближающиеся к населённым пунктам.
– Жаль, что не всех, – проговорил Алик.
На людей они, может, и не нападают – хотя было у него подозрение, что лежащего в коляске младенца вполне способны сцапать и схарчить, разве что не совсем тупы и опасаются жестокой мести. Но рысиков было жалко.
– Экий ты суровый, – цокнул языком Ключ. – Где же твой гуманизм? Он у тебя избирательно к драконам проявляется?
– И не только у меня, – заметил Алик. – Военные уничтожают крачек на подходе к городу, а драконов почему-то нет. Интересно, почему? Может, они и раньше подозревали, что драконы – разумные существа, не?