Ангел закрыл лицо руками. Ожидания не сбылись. Вместо триумфа – фиаско. Он дотянулся до видеофона, набрал Реда – и, разумеется, разбудил его посреди самого сладкого сна.
– Ред! – Вопль отчаяния. – Он не киборг!
– А я тебе что говорил? – В голосе друга – ни малейшего сочувствия; экое бессердечие!
– Ты говорил – один процент! А на самом деле – ноль!
– Это было несомненно уже тогда, когда ты попытался его выключить.
– Божечки-кошечки! Что я майору скажу?
– Да, – признал Ред, – это проблема.
– Выпусти меня отсюда! – взмолился Алик. – Тут неуютно! Фиксаторы эти, блин – как на пыточном столе. И холодно!
– Правда, Ангел, дай ему вылезти и одеться. И хотя бы кофе напои в качестве моральной компенсации, если коньяка нет. Я сейчас приеду.
Нойланд оторвал взгляд от бумаг и перевёл его на Ангела, нерешительно топчущегося в дверях. Выражение лица – точь-в-точь как в тот день, когда он застал юного Смита над бесчувственным Редом. Это было двадцать семь лет назад, но он хорошо помнил смесь душевного смятения, страха и нежелания сдаваться. Двадцать семь лет миновало, ремонтник-самоучка превратился в квалифицированного инженера, но не растерял ни хакерских замашек, ни склонности к рискованным экспериментам, последствия чего периодически расхлёбывал.
– Что? – Сердце заныло от нехорошего предчувствия. – Неаккуратно хакнул Ковалёва и угробил ему систему?
– Да там и гробить нечего. – Ангел отвёл глаза, тяжко вздохнул и протянул начальнику распечатку.
Инженер сказал чистую правду, и, чувствуя искренность подчинённого, майор не заподозрил, что его интерпретация правды далека от действительности.
– Что у тебя тут?
– Отчёт. – Ангел выглядел несчастным. – Вы же приказывали.
Он честно хотел написать, что никаких признаков кибернетической модификации организма не обнаружено. Но передумал – ещё до того, как Ред отсоветовал. Напиши он так, майор не поверил бы. Как не поверил ни самому DEXу, ни даже Реду! Счёл бы, что инженер мухлюет. Отнекивается, вместо того чтобы выполнять приказ. То ли не может подобрать ключик к упрямому киберу, то ли вообще ленится и саботирует. Ещё не хватало прослыть в глазах начальства некомпетентным саботажником! Лучше уж…
Нойланд взял у Ангела скреплённые бумаги, пролистал. Остановился, залистал обратно.
– Единичка?! Реально?
– Ну, типа того, – промямлил инженер.
Ангел сомневался, можно ли такое писать. Первых процессоров давно днём с огнём не сыщешь, вначале их уничтожали, прежде чем додумались повторно использовать, а когда додумались, они уже морально устарели.
– Может, четвёрку-пятёрку ему присвоить? – предложил он, когда они маялись в подвале.
Ред забраковал идею.
– Ну какая четвёрка, Ангел? Ты их ТТХ видел? А вдруг майор захочет убедиться? Алик не потянет. Единичка, однозначно тебе говорю.
– Но он же разумный! А процессор DEX-1 не поддерживает синтез Гибульского.
Алик сидел на краешке тестировочного стенда, отрешённо побалтывая коньяк на дне стакана, и ему было уже совершенно по фигу, что думают эти двое по поводу его разумности.
– До шестого никакие не поддерживают, четвёрка нас не спасёт. Напиши, что единичка модифицирована для синтеза Гибульского по требованию заказчика.
– Какого заказчика?
– Кого-то из родителей, естественно.
– Божечки-кошечки! Да какие нормальные родители закажут для своего ребёнка единичку?
– А кто говорит – нормальные? Может, у родителей пунктик на ретро. А может, такой процессор им почти бесплатно достался. Лежал на складе, никто не брал, скидка восемьдесят процентов, а у них денег мало. Может, их Верхнереченск – такая дыра, что там за другими моделями очередь на десяток лет, а единичку можно было сразу взять. Или они вообще староверы какие-нибудь.
– Сам ты старовер, – буркнул Алик, не поворачивая головы.
– Не обижайся, DEX. – Ред мягко потрепал его по плечу. – Я же так не думаю. Просто перечисляю, какие версии можно изложить майору, если он спросит.
Редрик собирался солгать Нойланду впервые в жизни. Не ради себя – ради того, чтобы друга не лишили премии, а племянника не отстранили от работы. Для себя он не стал бы выкручиваться.
– Параметры возьми с исторического сайта, – сказал он Ангелу. – Ну, плюс-минус. Чтобы не было точного совпадения, а то майор почует, что дело нечисто. – Беспокоился он лишь об успехе заговора, и совесть его абсолютно не мучила. Он пытался сказать начальнику правду, но именно правде он и не верит – пусть тогда получит то, чего так хочет.
– Про вычищенные вирусы писать?
– Конечно, нет! Если проблема в вирусах, то после их удаления торможение должно исчезнуть. Лучше оперативку поменьше укажи. Дескать, безвозвратно утрачена.