Значит, позавчера Лариса ещё не пропала. Он и сам вроде помнил, что в баре она была, шастала от одного их столика к другому. А вот после бара… похоже, нет.
После смены Алик едва дождался открытия бара, чтобы задать бармену вопрос:
– Мышоида видел?
– К нам ксеносы не ходят. – Он отрицательно покачал головой. – У меня для них еды нет. Только альфианин был, так ты его сам видел, он с вашей компанией пришёл. Но у него симбионт, он может и нашу еду жрать.
– Да нет, – с досадой сказал Алик. – Мышоид – это голубая пушистая крыса.
– А! Была крыса, у вас со столов закуску таскала. Хотел шугануть, но никто из вас не жаловался. Я уж думал, она только мне мерещится. Твоя, что ли?
– Была моя, – хмуро подтвердил Алик. – Пропала в тот день. Не могла она у тебя где-нибудь спрятаться?
Бармен побледнел.
– Могла. Чёрт! Если она сгрызла что-нибудь на складе…
Он бросился к подсобке, Алик – следом. Передвинули все ящики, обшарили все полки. Бармен облегчённо вздохнул, Алик – расстроенно.
– А не помнишь – может, её кто с собой прихватил?
Бармен почесал затылок.
– Мне казалось, ты и прихватил. Значит, ошибся.
Блин! Идеи, как искать Ларису, иссякли. Обратиться в полицию, объявить в розыск? Смешно.
«Дорогу в закат» Алик скачал на следующий же день. Подумывал предложить Кошке посмотреть вместе, но немного поразмыслил и отказался от этой идеи. Может, ей больно смотреть на умершую мать, которая для постороннего зрителя – всего лишь неудачливый каскадёр.
«Трагическая повесть об опасном увлечении, – гласила аннотация. – В главной роли Энн Кювье». Энн совсем не походила на Кошку, разве что тоже черноволосая. Дублёру ни к чему быть похожей на актрису, коли во время съёмок она в шлеме. Героиня связалась не с тем молодым человеком, попала в сомнительную компанию байкеров, больше напоминающую бандитскую шайку. Работу они презирали (откуда у них в таком случае водились деньги на дорогие байки, их обслуживание и ремонт?), употребляли наркотики (как это сочетается с ездой на мотоцикле? хуже всякого пьянства). В общем, непонятно, почему ради такого «героя» девушка бросила кружок мягкой игрушки и институт лингвистики и принялась доказывать, что достойна своего избранника.
Наверняка на этот фильм был соцзаказ. Продемонстрировать молодёжи, что не стоит клевать на кажущуюся «крутизну», показать, что наркотики – дорога в один конец… Впрочем, снято было красиво: на качестве не экономили, иначе подростки плюнут и выключат. Колоритная массовка – правда, Алик так и не сумел идентифицировать молодого Котяру без бороды и пуза. Удачные ракурсы, красивые планы. Хорошо переданные, даже усиленные краски природы: бескрайние степи, многоцветные закаты и рассветы; городские улицы с неоновой рекламой, на удивление безлюдные – видать, на время съёмок перекрывали.
И великолепные трюки, конечно. Алик, забыв, что хотел просто посмотреть на Кошкину маму, искренне любовался тем, что она выделывала. Хрупкая женская фигурка на байке, словно танцующая в такт поворотам; густой чёрный хвост волос, выбившийся из-под шлема, развевается на набегающем ветру. По сюжету девушка, прежде не державшая руля в руках, упорно училась ездить и в конце концов превзошла всю «банду», встав наравне со своим любимым. Если же как следует оценить, что творила каскадёр, становилось ясно: любимый рядом с ней не стоял, оставшись где-то у подножки.
Увы, на этом пути героиня подсела на искусственный кайф и в финале не справилась с управлением на горном серпантине. Красота и ужас последних кадров завораживали против воли: несущийся мотоцикл, сбив столбики ограждения, валится в каменистую пропасть на фоне пламенеющего заката. Мотоцикл бьётся о скалы, теряя части и размазывая тонким слоем девичье тело. Что-то пошло не так, исполнительница трюков ошиблась. Но оператор продолжал снимать, не упуская уникальный материал. До дна пропасти долетела лишь верхняя половина. Разбитый шлем откатился, и зрители наконец смогли увидеть лицо. Смятое и залитое кровью.
Хорошо, что Алик не позвал Кошку. Не надо ей это видеть. Не приходилось сомневаться, что фильм выполнил свою задачу: после этакой концовки не хотелось ни наркотиков, ни даже мотоциклов. Но… слишком дорогой ценой.
Пошли титры, и Алик замедлил воспроизведение, чтобы не пропустить имя каскадёра. Хотя бы помянуть как следует. И – ничего. Помощник художника по костюмам есть, третий ассистент звукорежиссёра есть, даже группа обеспечения питанием перечислена. А трюки будто никто и не делал.