Алик запустил титры снова, просеивая надписи внимательнее. Может, упоминание прошло в неявном виде? Типа «А также над фильмом работали…» Но нет, не было подобных размытых фраз. Только в самом конце – «Киностудия благодарит за предоставленное оборудование: «Голокамеры и звук 5D», «Мотофабрика Астерия», «DEX компани»…
Вот оно. Блииин! Киса была оборудованием.
Она ездила уверенно и легко, вытворяла на мотоцикле чудеса, которые ни одному байкеру, даже очень опытному, не под силу. И, конечно, она не допустила никакой ошибки. Киборги не ошибаются. Её просто убили ради нескольких минут впечатляющего шок-контента. Разбили, как её мотоцикл: ценную технику немного жаль, но фильм соберёт хорошую кассу, затраты окупятся.
Алику внезапно захотелось выпить. Дурное желание, которому нельзя поддаваться. Неспроста Котяра пьёт, как не в себя. Молодую девушку, здоровую, красивую, влюблённую… такую же, как его Кошка… зверски убили на потребу зрителям. Она ведь, получается, знала, что ей предстоит. Говорила, что не хочет умирать. Но её никто не спрашивал, как не спрашивали мотоцикл. Вот тебе сценарий, вот тебе приказ, который невозможно не выполнить. Вот в этой точке, где мы удачно поставили камеру, сорвёшься вниз, да поближе к скале, чтобы поэффектнее размазаться…
Понял ли Котяра, что в действительности произошло? Наверное, понял, не дурак же. Как он с этим живёт? Или уговаривает себя, что это было случайностью, и Киса всего лишь «предчувствовала»?
А не Котяра ли уволок Ларису? Алик не выдержал коньячного марафона, отрубился, сам не помнил, как оказался дома. Может, Кошкин папа прибрал животинку из самых благих соображений, понимая, что с пьяного станется и наступить на неё ненароком, и потерять… А что, если Алик действительно потерял мышоида по дороге? Да нет, вряд ли. Лариска липла к людям, свалить от хозяина в закоулок – совсем не её стиль. Если бы он даже её уронил, она пищала бы и бежала следом, цепляясь коготками за ноги.
Надо спросить Котяру. Только как его самого найти? Простейший вариант – узнать у Кошки номер его видеофона – Алик отверг. Стыдно было объяснять, что они с её папой догонялись в закрытом баре, и по пьяни он где-то посеял питомца, которым так хвастался. Пришлось снова завернуть в бар.
– На хрена он тебе? – хмуро спросил бармен. – Опять припрётесь ночью, чтобы квасить и плакать? Ты это дело бросай, парень. Котяра – явно не тот, кто тебя хорошему научит. Держался б ты от него подальше.
– Он, между прочим, отец моей девушки, – заметил Алик.
– Н-да, парень, тебе уже не помочь, – пробормотал бармен. – Как тебя угораздило-то? Ладно, звони. – Он продиктовал номер.
Алик позвонил прямо из бара.
– DEX? – обрадовался байкер. – Если надо побазарить, приезжай! Не люблю я эти драные миелофоны, они то теряются, то ломаются, то гигантский счёт за инфранет приходит, а по душам через них не поговоришь.
– А где ты?
– В «Матушке Крольчихе».
Алик застонал.
– Котяра, меня твоя же дочка прибьёт!
– Со мной – можно, – заверил тот, не принимая возражений, и отключился.
На крыше заведения запускали фейерверки. Странно, что после того пожара они ещё остались в городе! Видимо, в «Матушке» был запас. У дверей курил охранник и две девицы в костюмах снегурочек и париках с косами до пояса. Юбочки у снегурок едва закрывали седалище – как они не мёрзнут-то? Алик поколебался и обратился к охраннику:
– Я Котяру ищу. Знаешь такого?
Тот воззрился на него и ответил предельно точно:
– Знаю.
Ага, тот самый псевдокиборг, которого он застал в прошлый раз.
– Ну и?..
– Опять драться будете? – насупился охранник.
Тоже запомнил.
– Зачем тебе Котяра? – кокетливо спросила одна из снегурок. – Мы лучше!
– Не будем мы драться. Я по делу.
– Сюда по делу не ходют.
– Эрик, не тупи, – жеманно протянула вторая снегурка. – Это же МЧСник. Небось, Котяра какой-нибудь гидрант снёс на покатушках.
– Заходи внутрь, – сказала первая. – Котяру не найдёшь, так может, кто другой по сердцу придётся. – И засмеялась.
Алик скрипнул зубами. Но делать нечего, вошёл. Внутри гремела музыка, частично проникая и наружу. Кто-то танцевал. На креслах у низкого столика расположились Сири и Ангел с бокалами коктейля; инженер, увидев Алика, засмущался и попытался спрятаться за бокал. Но у Алика было дело поважнее, чем пялиться на эту парочку. Котяру он заметил сразу: тот стоял у стойки – в одной руке бутылка, в другой феечка с подведёнными глазами – и ржал, что-то ей рассказывая. Алик нерешительно подошёл.
– Девочка, поди погуляй. – Котяра добродушно шлёпнул феечку по круглому заду, угнездился на высоком стуле и протянул Алику бутылку. – Выпьем!