— Что с тобой?
— Ничего, — мужчина взъерошил волосы. — О чем вы говорили?
— Это была простая игра в бильярд, — я повела плечом, не желая вспоминать двусмысленные фразы и замаскированные угрозы старшего брата. — И Стефано проиграл.
— Он никогда не проигрывает, — резко оборвал меня Кристиан.
Некоторое время в комнате царило молчание. Я неловко переминалась с ноги на ногу, не в силах даже посмотреть на Кристиана. Мужчина же, задумчиво глядя в окно, вдруг опомнился.
— Вообще-то, я искал тебя по другому поводу.
Я с интересом подняла глаза. Кристиан выудил из кармана брюк черную веревочку. Стоило мне приглядеться, как я поняла, что это подвеска.
— Я знаю, что это не то, что тебе нужно… — мужчина подошел ближе, и я смогла рассмотреть кулон на его ладони.
Золотой, явно старый кулон в виде ромба с вычурной резьбой приветственно блеснул в дневном свете. Кристиан попытался объяснить:
— Это амулет воли. Старая вещица, принадлежащая моей семье не первый век. Раньше, когда Фарнезе еще не обладали своей силой, они были уязвимы перед другими магическими родами. Наложить заклятье на ведьму слабее — плевое дело, поэтому им приходилось защищаться. Амулет воли как раз противодействует чужой магии.
Замолчав, Кристиан болезненно сморщился. Вновь дало о себе знать запрещающее заклятье. На самом деле, я все реже замечала на лице мужчины проявление магии. Кристиан умело скрывал свою боль, прятал расчерченную шрамами спину, лишь бы не тревожить меня. Но сейчас, кажется, боль стала невыносимой.
— Кристиан…
— Все нормально, — втянув воздух сквозь сжатые зубы, проговорил мужчина. — Лучше послушай, что я тебе скажу.
Я неверяще всмотрелась в подвеску, боясь даже в мыслях предположить, как она может мне помочь. Кристиан озвучил мои догадки за меня:
— Ты сможешь покидать особняк, Розалинда.
Я медленно подняла взгляд с кулона на мужчину и улыбнулась. Сердце сжало от волнения.
— Но лишь особняк, — добавил вдруг Кристиан. — Амулет предназначен для ведьм, а не для людей, поэтому его действие слабее. Территория Фарнезе все равно остается закрытой для тебя.
Я шумно проглотила ком, вставший в горле, и аккуратно, кончиками пальцев, прикоснулась к позолоченному украшению.
— Но я смогу выходить на улицу?.. — прошептала с надеждой.
— Сможешь.
— Большего мне и не надо.
Слезинка соскользнула с моих ресниц также, как облегчение свалилось на плечи. Я позволила Кристиану завязать шнурок на моей шее и приложила руки к амулету. Захотелось тут же выбежать из комнаты, промчаться по лестнице и очутиться за дверьми особняка. Но я заставила себя остаться на месте и обвить шею Кристиана руками.
— Спасибо… — прошептала, зарывшись лицом в его груди.
Руки Кристиана сомкнулись на моей талии. Он сжал меня так крепко, что на мгновение дышать стало тяжело.
— Я знаю, что это не решение проблемы. Но теперь ты не заперта в доме. Что делать дальше — я придумаю.
— Кристиан, — не успела я и слова сказать, как мужчина меня перебил.
— Твоя главная задача — позаботиться о себе. Розалинда, я прошу тебя снова. Не делай глупостей. Я позабочусь обо всем.
Я лишь закусила губу и сильнее прижалась к Кристиану. Слова возражения так и застряли в горле, не в силах слететь с языка. Я промолчала, хотя всем своим нутром противилась просьбе мужчины. Но так будет лучше. По крайней мере, в этом уверен Кристиан.
Некоторое время мы молчали. Я прислушивалась к мерному биению сердца Кристиана, думая лишь о том, как вскоре смогу покинуть особняк. В это трудно поверить, тяжело даже представить. Еще сложнее — смириться с мыслью, что я пользуюсь магией в собственных целях. Что использую это смертельное оружие, с которым обещала бороться.
Когда живот скрутило в болезненном спазме, я отшатнулась в сторону. Вспомнила о том, что собиралась на завтрак, который, кстати, должен совсем скоро кончиться.
— Мне нужно идти.
— Хорошо, — Кристиан слабо улыбнулся. — Береги себя.
— И ты.
Я вновь спустилась вниз и зашла в столовую. Повара уже не сновали между столами, закончив выносить блюда и напитки, но персонал еще не покинул своих мест. Я молча прошла мимо горничных, что упорно не замечали меня, и опустилась на скамью.
Не чувствуя до этого момента особого голода, я вдруг осознала, насколько сильно хочу есть. От вида тосканского супа у меня едва не потекли слюнки, а курица каччиаторе в томатном соусе гипнотизировала меня до тех пор, пока я не положила пару кусочков себе в тарелку.