Особняк Фарнезе — это двухэтажное здание кремового цвета. То ли от старости, то ли от неухоженности, наружные стены покрылись грязно-серой пылью и черными трещинами, больше похожими на лощины.
На меня смотрело по крайней мере по десять окон с каждого этажа. Их белоснежные высокие рамы блестели на солнце, но свет через них совершенно не проходил. Складывалось такое ощущение, что внутри оказалось сосредоточение тьмы. Центральные окна ограждала балюстрада, словно решетка. С каждой стороны от рамы возвышались полукруглые колонны. Лишь у дверей они были квадратными, с затейливыми узорами и вырезками.
Серая высокая крыша была похожа на еще один этаж. По ее центру оказалось окно с толстыми пилястрами. Над ним возвышался треугольный фронтон с вырезанными еловыми ветками.
Бесконечные толстые дымоходы усеяли крышу. Откуда-то валил серый дым, другие выглядели слишком чистыми, словно декоративными. На одной из труб уместилась небольшая стая воронов с не мигающими глазками и острыми клювами.
Словом, особняк оказался поистине огромным. Моему скромному глазу не удалость увидеть и половины той красоты, что скрывалась на стенах, наличниках и подоконниках. Обилие узоров, кронштейнов и розеток меня шокировало. Несмотря на вековую ветхость и изношенность, несмотря на слой грязи и облупившуюся краску, особняк поражал своим величием. Он с гордостью глядел на мир вокруг, вскинув кверху подбородок. Такого поведения наверняка стоило ожидать и от его жильцов.
Да, архитектура в Таранто, без сомнений, прекрасна. Но в городе я никогда не видела и в половину чего-то такого же грандиозного, как особняк Фарнезе. И одновременно пугающего тоже.
Я не заметила, как оказалась у самых дверей. Каменная широкая лестница привела меня к порогу. Солнце скрылось в тени, и обжигающий жар сменился на будоражащий холодок. Высокие деревянные ставни угрожающе нависли сверху. На меня внимательно смотрела стальная сова дверного молотка.
В груди неприятно похолодело. Мандраж отозвался едва заметной дрожью в руках. От особняка Фарнезе меня отделяла одна лишь дверь. Дверь, за которой обратного пути уже не будет. Дверь, за которой я окончательно стану Розалиндой Бруно.
Пальцы сжали стальное кольцо и ударили по двери несколько раз. Я перевела сбившееся дыхание и прислушалась к наступившей тишине, пытаясь отвлечься от внутренних сомнений.
За спиной слышалось пение птиц, от каждого порыва ветра шелестела листва, а подол платья щекотал голые ноги. Реальность вокруг вернула меня на землю. Я вспомнила, что нахожусь не в слухах, распускаемых на улицах Таранто, а здесь, в настоящем, где вокруг лето, где светит солнце и синеет бесконечное небо. Где нет места глупым фантазиям.
Неожиданный звон замков заставил вздрогнуть. Дверь медленно отворилась, и на меня уставилась высокая худая женщина лет пятидесяти.
— Буонджорно, — здороваюсь первой, невинно улыбаясь.
За улыбкой пытаюсь скрыть беспокойство.
— Добрый день, — строгий взгляд зеленых глаз прошелся по мне с головы до ног. — Вы кто?
— Горничная. Розалинда Бруно.
— А я — королева Италии, — скрестив жилистые руки, облаченные в темно-синее платье, ответила дама.
Я нервно хихикнула, не понимая, к чему женщина это сказала. Неужели она мне не поверила? Или настоящая Розалинда Бруно уже приехала сюда? А может, эта женщина знает, как она выглядит?
Растерянность на моем лице, кажется, еще сильнее возмутила синьору.
— Документы, милочка, я еще долго буду ждать? Или мне пускать в дом каждого, кто сюда является?
— М-мискузи, — тут же достаю из сумки паспорт с приглашением и протягиваю его через порог.
Несколько секунд женщина изучала документы. А я рассматривала ее. Темные волосы с проседью были забраны в пышный пучок. На тонкой, прочерченной морщинами, шее блестела золотая цепочка с медальоном.
Дама была на голову выше меня, но намного стройнее. Ее строгое аристократичное лицо даже с морщинами и пятнами выглядело ухоженно. Тонкие губы были покрыты бледно-розовой помадой.
— Розалинда Бруно, — задумчиво проговорила женщина, поднимая голову. — Ты писала, что приедешь только завтра.
— Планы изменились, смогла вырваться раньше.
— И что, госпожа Риччи тебя отпустила?
«Это кто еще такая?!» — думаю, пытаясь скрыть растерянность на лице. Блеф, твой черед.
— Да, — улыбаюсь. — Еле-еле ее уговорила.
— Она мне спасибо не скажет, — хмуро глядит женщина, — За то, что ее персонал из ресторана к себе переманиваю.