«Так это та самая управляющая…» — понимаю и тут же победно ухмыляюсь. Как удачно складывается.
— Она вам кое-что передала, — достаю из сумки бутылку украденного шампанского.
Если честно, я взяла его с барной стойки только потому, что оно плохо там стояло и попалось мне под руку. И я даже планировала его выпить как-нибудь, вот только все времени подходящего не находилось. А теперь оно очень удачно мне пригодилось, как полувзятка-полублагодарность от милейшей госпожи Риччи.
— «Вдова Гаррель», — прочитала название синьора. — Недурно. Но не думай, что из-за бутылки шампанского тебе обеспечено место в Фарнезе.
— Что вы, синьора, — кротко опускаю голову. — И в мыслях не было.
Дама строго посмотрела на меня сверху вниз.
— Заходи.
Я перешагнула порог дома, и дверь за мной тут же захлопнулась, словно отрезая от всего внешнего мира. Дама сунула мне в руки документы и пошла вперед, гордо вскинув голову.
— На фотографии ты выглядишь лучше, — бросила она, не оборачиваясь.
Закатываю глаза. Сколько еще раз я это услышу? Неужели Розалинда настолько красивее меня?
— Меня зовут Жюли Кавелье. Обращайся ко мне мадам Кавелье.
«Француженка», — думаю про себя. — «Мило».
Мы оказались в просторном холле с деревянными стенами и полами, устеленными красным ковром. В стене впереди была вырезана арка, за которой оказалась пустующая бильярдная. В остальных стенах дверные проемы были поскромнее и уходили вглубь дома. Слева возвышалась массивная деревянная лестница.
— Ты приехала первой, — продолжила мадам Кавелье. — Похвально, но тебе придется ждать еще четыре часа.
— Лучше раньше, чем позже, — вставляю скромно.
Женщина взглянула на меня из-за плеча испепеляющим взглядом.
— Если будешь работать здесь, запоминай сразу. У горничных нет права голоса.
Ты говоришь только тогда, когда спрашивают, делаешь только то, что скажут. Никакой самодеятельности, никаких лишних движений. Понятно?
— Да.
Женщина свернула в левый проход и провела меня по узкому длинному коридору в небольшое помещение.
— Это комната персонала, — пояснила она, пропуская меня внутрь.
Здесь было всего несколько диванчиков, низенький деревянный стол и камин напротив. Высокое окно было завешано плотной коричневой гардиной, несколько шкафов у стен заставлены книгами.
— Единственное место, помимо личной комнаты, где обслуживающий персонал может отдохнуть. Будешь ждать здесь.
— Хорошо.
Мадам Кавелье не стала тратить на меня много времени. Дав еще несколько напутствий, какие обычно произносят детям до семи лет, она удалилась. А я осталась один на один со своими мыслями в комнате для персонала, ужасно неуютной и темной.
У меня в распоряжении было еще четыре часа, чтобы обдумать все случившееся и получше подготовиться к ожидавшему собеседованию. Я должна сделать все, чтобы мадам Кавелье поверила мне и приняла на работу. Особняк Фарнезе хоть и выглядит пугающе, он — золотая жила, от которой откажется только настоящий идиот.
Глава 7
Четыре часа пролетели незаметно. Погруженная в собственные мысли, я даже не всегда замечала, что в комнату кого-то приводили. Каждой девушке, заходившей внутрь, мадам Кавелье терпеливо объясняла одно и тоже. Ее холодный строгий взгляд не выражал ни капли эмоций, и каждая новенькая непременно ежилась и смущалась под ним.
В остальное время в комнате царило молчание. Мы относились друг к другу настороженно, чувствовали витавшую в воздухе конкуренцию и старались даже не пересекаться взглядами.
Это ощущение опасности, исходившее от каждой девушки в комнате, было не случайным. Мадам Кавелье успела сообщить всем, что в штат отберут лишь двенадцать лучших девушек. А когда в комнату вошла тринадцатая, напряжение в воздухе резко подскочило.
Если сначала я сетовала на то, что комната для персонала слишком пустая и неуютная, то теперь, когда в ней ютилось девятнадцать человек, я пожалела о своих словах. Невероятная духота, смешанная с ароматами как минимум десятка дешевых парфюмов, сжимала горло невидимой клешней.
Поэтому, когда в комнату вошла мадам Кавелье с очередной девушкой рядом, я посмотрела на домоправительницу с такой надеждой, с какой только могла. Своим взглядом я выражала всю боль, скопившуюся в девятнадцати претендентках, запертых в комнате для персонала, за последние несколько часов.
— Девушки, — заговорила женщина. — Вы, наконец, все в сборе. Объявляю начало второго этапа собеседования. Вас будут вызывать по одной в соседнюю комнату.