Я сидела, зарывшись между одинаковыми колосьями овса. Оторвала одну травинку и покрутила ее в руках. Золотой, солнечный свет. Волосы Александра были такого же цвета.
Сердце защемило. Я сморщилась, пытаясь побороть нежеланные эмоции. Сейчас, когда Стефано рядом, нельзя давать слабину. Он никогда не увидит моей слабости. Хоть душа и полна скорби. Уверена, моя кровь окрасилась в черный цвет от боли, что сейчас плескалась внутри.
Когда Стефано подошел ко мне, я невольно напряглась. Мужчина бросил мне на колени серебряную дорогую флягу.
— Не хочешь есть, хоть выпей.
Я не стала спорить, но и к фляге с водой не притронулась. Я не собиралась ничего принимать из рук этого убийцы.
Остаток дня мы проехали без остановок, хотя ноги нещадно ныли. Я держалась за поводья и сидела в седле непринужденно, словно делала это каждый день. Но на деле — лишь управлялась чужой волей.
Если бы мне пришлось самой ехать на лошади, боюсь, поездка не была бы такой «приятной». Скорее всего, я выпала бы из седла где-то на половине пути.
Невольно, проезжая милю за милей, я любовалась все новыми открывавшимися пейзажами. Я никогда в жизни не видела Италию такой. Весь мой мир сузился сначала до Таранто, а потом — до особняка Фарнезе. Южная природа государства всегда казалась мне обыденной, наполняющей и весь остальной мир. Но сейчас мои глаза ловили незримые изменения.
Мы ехали на север. Я замечала все больше чуждых растений и цветов. Рощи, густо заросшие деревьями, были знакомыми и чужими одновременно. Я оказалась в тех местах, о существовании которых даже не могла представить.
Несмотря на серую промозглость неба, осень еще не коснулась расцветающей природы. Листва на деревьях зеленела, цветы распускались сочными благоухающими бутонами. Тропинки вели сквозь живые дикие заросли.
В какой-то момент песчаная тропа завела нас в очередной лес. Я ехала, бездумно глядя перед собой, когда заметила длинные стебли, свисающие с деревьев. Мы продвигались мимо рощи с плакучими ивами. Наклонясь почти к самой земле, деревья касались моего лица, лошадиного тела и дороги своими зелеными листочками, словно тонкими руками.
Мы шли медленно, лошади будто и сами любовались открывшимися видами. Я прислушалась: помимо мерного цоканья копыт слышались переливы птичьего пения, слабый свист ветра. Это место повлияло на меня ни слабее магии Стефано.
Из-за туманной дымки выскользнуло закатное солнце. Однако его лучи едва пробивались сквозь густую крону ив. Всполохи света окрашивали зеленые листья медово-золотым оттенком, они щекотали мне лицо и наполняли мир вокруг блеском.
Я завороженно глядела вокруг, не в силах перестать крутить головой.
«Это настоящее волшебство…» — думалось мне. Я никогда еще не видела ничего подобного.
Птичьи трели слышались отовсюду: за спиной, над головой, у самых ушей. Они сливались в единую гармонию и вели нас по тропе вперед. Пахло свежестью, зеленой мягкой травой и бесконечной, всепоглощающей свободой. О такой я могла лишь мечтать.
Тихое умиротворение ив передалось и мне. Окруженная живым куполом, я медленно ехала вперед, на мгновение позабыв обо всем на свете. Стебли деревьев свисали плотными лентами, словно гирляндами. За ними просматривались толстые коричневые стволы и одни лишь бескрайние, бесконечные кроны.
Стоило нам выехать из рощи, как магия вокруг растворилась. Солнце все-таки скрылось за горизонтом, и постепенно наступили сумерки. Вслед за ними по небу вышагивала ночь, вынуждая путников остановиться на ночлег.
Прошел еще час, прежде чем мы остановились. Видимо, Стефано искал подходящее для ночлега место. Им стала небольшая, совсем узкая полянка среди густого леса. Рядом вновь оказался ручей. Он был глубже и сильнее предыдущего, поэтому плеск воды я слышала отчетливо, хотя и сидела подле горящего костра.
Лошади оказались привязаны рядом. Я положила под себя дорожную сумку и облокотилась о толстый ствол ясеня, сетуя на то, что не додумалась взять с собой покрывало.
Стефано скрылся среди деревьев. Я не знала, ушел он далеко или ходил рядом. Из-за горящего костра и беззвездной ночи я не видела ничего дальше двух метров. Шаги Стефано, беззвучные и в особняке, я даже не пыталась расслышать. Тем не менее, меня совсем не волновало, где он протирает свои ботинки.