— Черт возьми! — мужская хватка на моей шее ослабла.
Я, воспользовавшись моментом, вырвалась из чужих рук. Резко подавшись вперед, упала на землю и отползла в сторону. Боль в плече поблекла в сравнении с ужасом, что я испытывала вместе с напавшими на нас бандитами.
— Ты, — голос Стефано обрел животное рычание. Он обратился к рыжеволосому, — Жалкий отброс тринадцатого клана, решил бросить вызов мне?
— Я-я не знал! Клянусь!
Объяснения бандита не подействовали на Стефано. Он приближался к рыжеволосому, обдавая все вокруг гнилостным ядом. Он нес за собой одну лишь мучительную, кромешную тьму.
— Я убью тебя, а потом весь твой ковен. Ваших женщин и детей, я не пожалею никого. И только ты будешь виноват в смерти всего клана.
Голос Стефано раздавался отовсюду. Это было глубокое утробное рычание, от которого листва на деревьях вокруг пожухла, а песок на дороге задребезжал. Он одновременно срывался и с губ ведьмака, и рождался из пустоты.
Рыжеволосый свалился на колени. Бледный словно труп, он уставился на Стефано с благоговейным страхом. Над ним навис не просто ведьмак. Это был гнев стихии, кровожадное божество. Оно несло расплату за содеянное легкомыслие. Неизбежную, жестокую, неотвратимую расплату.
Я вжалась в землю в ожидании очередной смерти. Это было так просто — лишить человека жизни. Вырвать его сердце, оторвать голову, свернуть шею одним взмахом руки.
Двое бандитов, что стояли рядом со мной, не двигались. Их лица растянулись в гримасе ужаса, однако ноги плотно приросли к земле. Я была уверена — это дело рук Стефано. Он пригвоздил двух здоровых мужчин к дороге, даже не глядя в их сторону.
— М-мне жаль, — прошептал рыжеволосый, сгибаясь все ниже к земле.
— Передашь это своим предкам.
Когда взгляд Стефано, полный непросветной мглы и надменности, коснулся моего лица, время словно остановилось. Ведьмак заглядывал в мои широко раскрытые глаза, словно любуясь плещущимся в них страхом. Я отвечала на его взгляд с мольбой.
Лицо ведьмака оставалось беспристрастным. Я и представить не могла, что за мысли наполняли его голову. Я чувствовала тьму, пронизывающую его тело, и понимала — она тянет свои щупальца не только к бандитам. Она пытается дотянуться и до меня.
Слеза скользнула по правой щеке. Я не хотела плакать. Однако вся лавина из эмоций, что накрыла мой разум, вырвалась наружу. Меня затрясло, и поток слез стал неконтролируемым.
В этот миг Стефано моргнул. Наваждение легкой дымкой растворилось в воздухе. Черная паутина на веках медленно поблекла, возвращая ведьмаку человеческий вид. Мужчина взглянул на рыжеволосого бандита, но с небывалой осознанностью. Теперь он видел перед собой человека, а не дорожную грязь.
— Если я увижу вас еще раз, — процедил ведьмак, — Вы пожалеете, что не сдохли сегодня.
Магические узы спали. Невидимые узлы ослабли, выпуская из своих пут бандитов. Им хватило нескольких секунд, чтобы прийти в себя и затеряться в густом лесу. Лишь тело с разорванной грудью осталось лежать на земле. У него не осталось второго шанса.
Глава 59
Кони неспеша двигались по дороге. С каждой минутой вокруг становилось все темнее. Солнце легло за горизонт, и сумерки обрели власть над миром, что сейчас нас окружал. Вселенная сузилась до пыльной дороги и поля с зеленой примятой травой.
Я молчала, не в силах заговорить. Необычайная пустота разверзлась в груди, хотя совсем не ее я ожидала почувствовать. Желудок крутило. Совсем недавно я оставила весь свой обед в кустах. Но, кажется, о еде мечтать я буду еще нескоро.
Так много вопросов вертелось на кончике языка, но ни один не посмел с него сорваться. Я не знала, кто ответит мне, если я заговорю сейчас. Тот Стефано, с которым я мало-помалу начала свыкаться, или монстр, что обнажил свои ядовитые клыки на дороге?
Мне не пришлось долго гадать. Ведьмак заговорил сам.
— Как твое плечо? — спросил он дежурно.
Я скосилась на рваную рану. Свинцовая пуля прошла по касательной, лишь нежно коснувшись моей кожи. Тем не менее, ткань платья очертилась резким разрезом и пропиталась кровью.
— Вполне.
— Я могу затянуть рану.
— Не нужно, — я качнула головой. — Магии на сегодня хватит.
Стефано взглянул на меня через плечо. Он многозначительно промолчал, поэтому заговорила я.
— Это было слишком жестоко. Даже для воров.
— И ты ничего не заметила?
— Нет, — я помедлила в сомнении. — Что я должна была заметить?
— Человек, — фыркнул Стефано пренебрежительно. — Один из них был ведьмаком.