— Габриэлла?.. — я не узнала свой собственный голос. Он был слабым, хриплым, безжизненным.
Карие большие глаза женщины устремились на меня. На мгновение ее ожесточенное красивое лицо смягчилось, губы тронула грустная улыбка.
— Мартина.
— Откуда ты?..
— Нам нужно уходить. Или Маркиз убьет нас обеих.
Я неверяще глядела на нее, словно наблюдала за спустившимся с небес ангелом. Белоснежное легкое платье Габриэллы обрамляло высокую статную фигуру, темные густые волосы были аккуратно заплетены. Женщина, несомненно, изменилась. И теперь явилась вновь в новом обличии.
— Габриэлла! — рык Маркиза сотряс землю. — Остановись!
Но было поздно. Вокруг нас очертился золотой сияющий круг. Ветер взвыл, трепля волосы и подолы платьев. Мир вокруг засиял, заискрился и завертелся.
Последнее, что я увидела, — стремительно приближающегося к нам Маркиза. Он вытянул руку, и стрела воздуха полетела в Габриэллу. Однако уже через мгновение площадь у Пантеона растворилась и превратилась в светлую широкую комнату. Мы сбежали от Маркиза Фарнезе.
Лидия. Глава 4
Повозка прибыла и остановилась у высокого двухэтажного особняка. Галька со скрежетом отлетела от массивных колес. Лидия оглядела поместье из маленького застекленного окошка, поражаясь тому, как золотое величие дома сплелось с мрачностью. Кучер легко спрыгнул с козел кареты и открыл дверь.
— Мы прибыли, синьора, — проговорил он учтиво.
— Благодарю, — оторопело произнесла девушка, взялась за протянутую руку в черной перчатке и покинула карету. Последнее безопасное место в ее жизни.
Стряхнув пыль с дорожного темно-коричневого платья, девушка еще раз оглядела особняк: серый, местами потрескавшийся камень стен, высокие колонны, окна с белыми рамами, серая двускатная крыша с множеством дымоходов и треугольный фронтон с вырезанными еловыми ветками.
«Ель — символ смерти…» — невольно подумала Лидия и тут же сама поразилась мрачности своих мыслей. То ли девушку заразила серая промозглая погода, то ли так подействовала фигура Марцио, неумолимо приближающаяся из входных деревянных дверей.
— С прибытием вас, — Марцио взял Лидию за руку и аккуратно, почти невесомо коснулся ее губами. — Как доехали?
— Без приключений, грацие, — ответила девушка, поражаясь тому, что мужчина продолжает обращаться к ней на «Вы». Даже после свадьбы.
Следом за маршалом из особняка вышла высокая худая женщина с темными волосами, забранными в аккуратный пучок. Она подошла ближе и остановилась за Марцио, сложив руки в замок и ожидая слов мужчины.
— Познакомьтесь, это домоправительница особняка. Мадам Кавелье.
— Добрый день, госпожа, — покорно проговорила женщина.
Лидия несколько мгновений рассматривала равнодушное лицо домоправительницы, словно вырезанное из кости. Оно было холодным и отчужденным, будто олицетворяло настроение особняка, да и всей природы вокруг.
— Буонджорно! Меня зовут Лидия Са… — девушка запнулась и почувствовала невероятную неловкость перед супругом. — Лидия Фарнезе.
— Она знает, — равнодушно произнес Марцио. — Мадам Кавелье руководит особняком в мое отсутствие. По всем вопросам вы можете обращаться к ней. Также в доме живет четыре горничных. Каждая в полном вашем распоряжении.
— Хорошо.
— Помимо прочего, здесь живут мастер, конюх и два садовника, сторож, два повара и мой личный слуга, Михей.
Лидия едва не присвистнула от удивления. Но больше ее интересовал другой вопрос:
— А из вашей семьи здесь кто-то живет?
— Нет, — отрезал Марцио. — До сих пор был я один. Но теперь это и ваш дом.
Лидия почувствовала, как спина покрылась ледяными мурашками. Целый особняк для нее одной. Огромный штат персонала лишь для того, чтобы обслуживать только ее. Немыслимо.
— Пройдемте в дом. Я покажу ваши покои.
— Мои покои? — Лидия поразилась.
Марцио привел жену в большую светлую комнату. Осматриваясь, девушка невольно сравнивала ее со своими покоями во Дворце. Несомненно, комната была намного меньше и не так богато обставлена: от золота не пестрило в глазах, а хрусталь и бесценные безделушки не были разбросаны по столам и полкам. Тем не менее, она выглядела неплохо, даже уютно, хоть и не обжито.
— Не думала, что буду иметь свои покои, — призналась девушка, боязливо взглянув на мужа.
Марцио стоял у входа, скрестив руки на груди. Он внимательно следил за девушкой. Его темные глаза не выражали никаких эмоций, лоб был расчерчен морщинами, а губы — плотно сжаты.