— Пшла вон! — рявкнул синьор, отталкивая меня от себя. На платье остался отпечаток его грязной руки.
Я, благо, существо не гордое. Что сказали, то и делаю. Заведя руки за спину, кротко кивнула и поспешила вперед. Через несколько метров со мной поравнялась низенькая брюнетка со вздернутым носом и косым левым глазом. Она вынырнула из темной подворотни, отряхнула платье и невзначай протянула руку в сторону, чтобы тут же зажать в ладони золотые часы на цепочке и кожаное портмоне, такое же толстое, как и его обладатель.
— Хороший сегодня день, — глубоко вздохнув, проговорила я, как сзади вдруг послышался нечеловеческий вой.
— Воровка! — завопил несчастный, тыкая пальцем в нашу сторону. — Держите негодяйку! Часы! Часы украла! Кошелек!
Двое взявшихся из ниоткуда жандармов оглушительно засвистели в свистки. Прохожие ошарашенно заоборачивались, выискивая в толпе ту самую воровку, а я, переглянувшись с брюнеткой, рванула вперед. Ни черта сегодня не хороший день!
Кто бы знал, что бегать в платьях так неудобно. В бесконечных подолах ноги вязнут, словно в болоте, старые изношенные галоши приколачивают пятки к земле, а килограммы ткани на теле тормозят, что есть силы, словно они вдруг встали на сторону справедливости и честного мира без обмана и воровства.
Это был самый глупый план в моей жизни! Я с самого начала была против! Оживленная улица, богатенькие влиятельные толстяки, ведро нечистот… Непродуманно и взбалмошно, прямо как Джулия, которая сейчас бежит рядом! Ну, я ей устрою! Только вернемся в Цитадель!
— Куда дальше?! — запыхавшись, но не останавливаясь, спрашиваю я. Это район Джулии, она здесь все знает как свои пять пальцев.
— Разделимся! — кричит она. Ее длинные темные волосы развеваются на ветру. Подол юбки, намного менее пышной чем моя, легко подпрыгивает от каждого нового шага. — Я прямо, ты — направо на следующем повороте! Там сбежишь по дворам!
— Поняла!
Жандармы сзади упорно продолжают свистеть и кричать, их голоса неумолимо приближаются. Я затылком ощущаю их огненное дыхание и тянущиеся к нам длинные грабли. Не в этой жизни!
Резко заворачиваю направо, как и сказала Джулия. Неожиданно маленький дворик встречает меня жестким ударом о камень. Влетаю в стену с разбега, не успев даже выставить вперед руки. Нос тут же начинает гореть, но я не даю слабину. Успею еще.
Оглядываюсь по сторонам в поисках выхода во дворы, о которых говорила Джулия. Ничего. Сплошные три темные стены по бокам да гора мусора. Где выход?!
Оборачиваюсь назад. Бегу обратно, но тут же останавливаюсь. Двое полицейских в черных блестящих костюмах останавливаются напротив меня с дикими выражениями лиц. В их ртах — серебряные свистки, в руках — длинные дубины.
— Стоять! — кричит один из них.
«Ни за что!»
Оборачиваюсь обратно и рвусь к стене. Ловушка! Как сбежать, если единственный выход перекрыт?!
— Вот ты и попалась, воровка, — шипит второй жандарм, размахивая палкой. — Думала, сбежишь с награбленным? Отдавай часы!
Мечусь из стороны в сторону. Мужчины неумолимо приближаются, растягивая сладкий момент победы до бесконечности. Но я сдаваться не собираюсь! Безвыходных ситуаций, как кто-то однажды мне сказал, не бывает. Эта мысль, порой очень глупая, даже с самые сложные времена подстегивает.
Шестеренки в голове закрутились, глаза забегали по сторонам, передо мной начали вырисовываться линии и схемы. План вспыхнул в сознании пылающим огнем.
Гора мусора привлекает мое внимание. Резко взбираюсь на старые гнилые коробки, которые под моим весом начинают скрипеть и проваливаться. Они неровной лесенкой вздымаются вверх. Этого хватит, чтобы перепрыгнуть через стену.
— Стой, кому сказал! — жандармы, понимая, что раненная добыча ускользает из их рук, метнулись вперед.
Один из них, тот, что повыше, схватил меня за подол юбки и потянул вниз с такой силой, что я точно свалилась бы, если не схватилась б за стену, с которой уже успела повиснуть.
Перевалившись на другую сторону, слышу треск ткани. Верхний подол из дешевого тонкого льна рвется и отпускает меня. Лечу вниз, не замечая ничего вокруг.
Приземлившись на землю, с которой я очень дружелюбно встретилась прямо головой, тут же вскакиваю на ноги. С другой стороны слышны мужские крики:
— Надо догнать ее!
— Оббежим дом вокруг!
— Удачи, олухи! — ну, честно, победа опьяняет. Даже такая, смешанная с привкусом крови во рту, разбитым носом, ободранными коленками и разорванным на клочки платьем.