Глава 80
Я проснулась в библиотеке. Едва разлепив глаза, с уставшим стоном выгнула затекшую шею. Все тело ныло, словно целую ночь я ворочала мешки. На столе стоял давно потухший фонарь. Кажется, наступило утро.
Я спустила ноги с кресла и сунула их в свои туфли. В голове было как-то… пусто. Еще вчера после изматывающего выходного я ложилась спать в своей комнате, а сейчас очнулась здесь. Почему? Что произошло ночью?
В библиотеке окон не было, поэтому по солнечному свету я не могла понять, который сейчас час. И мне оставалось лишь уповать на Фортуну, что я не проспала начало рабочего дня.
Я стремительно покинула свои новоявленные «покои» и отправилась в личную комнату. Санти, надеюсь, все еще спят! Я ненавижу опаздывать. Наступила лишь вторая неделя работы, вторая неделя жизни в особняке Фарнезе. Я и так уже немало раз нарушала покой дома, играя с судьбой, так что очередная промашка могла стать последней.
В комнате, однако, оказалось пусто. Ни Мими, ни Патриции, ни даже этой опостылевшей Ящерицы Инес. Кажется, все-таки я опоздала!
Наспех умывшись и стянув с себя темно-коричневое платье, которое определенно точно принадлежало не мне (а кому, я не знала), я надела свою рабочую форму. Запустила пальцы в волосы в поисках заколки, но ничего не нашла.
— Где же она? — прошипела глухо.
Еще не хватало, чтобы я потеряла мамину заколку!
— Санти…
От нетерпения я резко дернула головой, крутанулась на месте и отправилась в кабинет Кавелье. Найду потом. Вторая рабочая неделя только началась, а я уже опаздываю!
Коридоры поместья пустовали. Я наспех спустилась по лестнице и устремилась в технический коридор. Мои мысли не покидали вчерашние события.
Розалинда Бруно все-таки приехала в особняк. Этого стоило ожидать и, конечно, к этому нужно было подготовиться. Однако я упрямо отметала от себя нежеланные мысли. Надеялась, что проблема рассосется сама собой.
Неужели Розалинда такая упрямая? Потеряв документы и приглашение, опоздав на неделю, она все равно приехала в особняк, надеясь получить желанное место. Что ж, отдаю ей должное! Но место уже занято.
Кристиан Фарнезе спас меня. В это было поверить также сложно, как и в то, что сейчас мадам Кавелье сделает вид, будто ничего не произошло. Однако сейчас я шла по техническому коридору в кабинет своей начальницы только благодаря помощи младшего брата Фарнезе.
«Надо будет поблагодарить его еще раз», — подумалось мне перед тем, как я открыла дверь в кабинет домоправительницы.
Горничные стояли, столпившись у дубового стола Кавелье. В открытое окно задувал холодный ветер. Странно, что в июле погода так сильно испортилась. Не рановато ли наступили серые промозглые дни да унылые холода?
Стоило мне войти, как голос домоправительницы оборвался. Она замолчала на полуслове, и я досадливо опустила глаза. Ну, конечно! И как я могла надеяться на то, что вчерашний инцидент останется без ее внимания?
Кристиан отчитал Кавелье, как нашкодившего ребенка. И сделал это на глазах у горничной. Конечно, теперь домоправительнице захочется свести счеты. И, боюсь, это больно ударит по моей теперешней работе.
Горничные обернулись. Они все, как одна, уставились на меня. Я в ответ виновато улыбнулась. Однако мои немые извинения никого не тронули… Взгляды горничных были полны смятения и даже шока. Они будто увидели призрака.
— Мискузи, — оторопело произнесла я, совсем не ожидая такого пристального внимания к своей опоздавшей персоне. Неужели все так страшатся наказания Кавелье за эту небольшую ошибку?
Я попыталась различить в ошеломленной толпе Мими. Однако от девчонки и след простыл. Похоже, она тоже опоздала на собрание. Зато в толпе я заметила побледневшую Патрицию и хмурую Инес. Вот кого-кого, а ее я точно не хотела сейчас видеть!
— Все свободны, — голос Кавелье прогремел по потолочному своду. Однако никто не двинулся с места. — Я сказала: все свободны!
Горничные нехотя двинулись к выходу. Послышался неуверенный шепот. В тихих голосах я отчетливо различала свое имя. Мимо меня горничные проходили с такой осторожностью, словно столкнулись с прокаженной.
— Бруно, — проговорила домоправительница строго. — Задержись.
Я досадливо выдохнула. Что ж, отличное начало рабочей недели! Сейчас в самом лучшем случае меня ждет длинный монолог о недопустимости опозданий, в худшем же — насмешки и позорное увольнение.
Мимо прошла Инес. Толкнув меня своим острым плечом, она прошипела: