Однако еще рано говорить об увядании. Цветы день изо дня распускаются, источая сочные ароматы, небо продолжает сиять чистой лазурью, а трава все также зеленеет под ногами.
Несколько дней назад в поместье Фарнезе прошел пышный прием, о котором еще долгое время будут твердить в газетах и на городских улочках. Конечно, предстоящая новость впечатляет! Старший наследник Фарнезе, будущий владелец более трех сотен владений по всей стране, двадцати деревень и отдельного домика в императорских поместьях, скоро женится.
Маркиз Фарнезе, его отец, обладает дурной славой. Его одновременно боятся и презирают, им восхищаются, но не упускают случая перемыть феодалу косточки. В высшем обществе его называют живой легендой, а между собой, среди простого люда, он прослыл ведьмаком и чуть ли не посланником с того света.
Стоит лишь произнести фамилию Фарнезе, как слухи вокруг сами собираются и клубятся, словно пустынная буря. Конечно, ведь особняк семьи — самое таинственное и загадочное место во всей стране. Мало кто там был, а те, кому посчастливилось увидеть убранство поместья изнутри, говорят об этом с восторгом, скорее нахваливая себя и свое достижение, нежели рассказывая подробности из жизни мистической семьи.
Я работаю здесь уже целый месяц. За это время мне удалось избежать множество проблем и неурядиц: скрыться от жандармерии, найти новое место работы, пройти собеседование и стать настоящей горничной. Но, конечно, не обошлось и без потерь. Моя жизнь перевернулась с ног на голову. Я потеряла место, которое считала домом, уехала из родного города, столкнулась с высокомерием и эгоистичностью тех, кем все восхищаются.
Мне пришлось меняться, изворачиваться и врать так много и часто, как никогда в жизни.
Зато теперь я чувствую себя в безопасности.
Наверное, много кто удивился бы такому заявлению. Как можно быть в безопасности там, где опасаться нужно даже стен и окон, где каждый человек может воткнуть нож в спину, где ты — лишь прислуга и ожившая мебель? Но для меня, девочки из Цитадели, быть в доме, спрятанном от чужих глаз, просыпаться в собственной постели и не засыпать с пустым желудком — это верх мечтаний. А с мелкими проблемами я мало-помалу справляюсь.
Уже несколько дней я работаю одна. Моя напарница, Мими Занетти, совсем недавно в спешке покинула особняк, ни с кем не попрощавшись и не почувствовав совершенно никаких угрызений совести.
В чем причина? Во мне. Хотя я ни капельки не чувствую себя виноватой.
«Мы с ним не поцеловались!» — напоминаю я себе каждый раз, стоит только взглянуть на пустую койку над моей кроватью.
Как вообще можно уволиться только из-за того, что какой-то парень не ответил тебе взаимностью? Неужели она думала, что у них есть шанс? Или дело совсем не в злополучном Кристиане Фарнезе?..
В любом случае Мими подложила мне свинью своим побегом, и больше вины я чувствую злость на бывшую напарницу.
Но сильнее мыслей о Мими меня беспокоит образ самого Кристиана, так навязчиво являющийся мне во снах или преследующий меня едва заметной тенью. Мы не виделись и не разговаривали эти два дня. Наша последняя встреча была в гостевой комнате, из которой я так позорно сбежала. Но Кристиан даже не догадывается, что у меня в голове мы вновь встретились уже тысячи раз.
Я мучительно представляла этот миг, подбирала слова, пыталась предугадать взгляды и мысли мужчины. Готовилась к моменту, когда мы встретимся наяву, чтобы или разобраться в случившемся, или сделать вид, что ничего не произошло. И даже не знаю, чего бы я хотела сильнее.
Тем не менее, жизнь продолжается. А я все также остаюсь Розалиндой Бруно, самой обычной горничной, что сбежала от городской суеты в надежде помочь родителям и своему ребенку.
И сейчас я привыкаю работать одна. С Мими было намного проще, ведь она была настоящей домработницей. Умела выбирать тряпки для каждого вида поверхностей, смешивать растворы и мыть окна без разводов. Мими невольно учила и меня, но еще многое оставалось загадкой.
Я только закончила прибирать комнату Габриэллы Фарнезе, жены Маркиза. Женщина, что походила скорее на призрака, нежели на владелицу богатейшего в стране поместья, сидела на небольшой террасе, выходящей на задний двор, все время, пока я прибиралась.
Габриэлла держала в руках книжку и не отводила от нее глаз, хотя я ни разу не видела, как она перелистывает страницы. Полуденное солнце опаляло ее длинные густые волосы, что на свету отливали топленым шоколадом. Ее тонкие руки грациозно лежали на коленях, а бледная кожа выглядела полупрозрачной и блестящей, словно шелк.