Я бегу вперед, щурясь от влетающего в меня потока ветра. Растрепанные волосы развеваются, челка подпрыгивает от каждого быстрого шага. Бежать сейчас дается легко — платье оказалось очень тонким и воздушным.
Люди, которых я стремительно пробегаю, глазеют на меня, а потом оборачиваются на жандармов. Пораженные прохожие останавливаются и наблюдают за развернувшейся сценой. Это явно поинтереснее опостылевших всем уличных музыкантов и бродяг-жонглеров.
Площадь стремительно кончается. Решаю забежать в один из дворов и затеряться там, тем более что все здесь знаю. Главное — оторваться от жандармов, где-то спрятаться и переждать.
Впереди замечаю двигающуюся к площади группу людей. Четверо мужчин в сопровождении своих дам и нескольких служанок в белоснежных чепчиках неспешно прогуливаются в сторону стелы. Они активно что-то обсуждают, совершенно не обращая внимания на неумолимо приближающуюся фигуру чьей-то горничной.
Не останавливаясь и не поворачиваясь, я с разбега сталкиваюсь с ними.
Мужчины успевают отскочить, охая и ахая, девушки визжат от неожиданности. Ловко лавируя между ними, я проскальзываю дальше, теряюсь в их толпе и выныриваю во двор. Жандармы остаются позади, но я все еще слышу их надрывный свист и грубые голоса.
Осматриваюсь в узком темном дворе в поисках уже знакомой лазейки.
— Святые!.. — шепчу, осознавая, что кирпичная кладка в дальней стене совсем свежая. Кто-то наконец залатал дыру. Черт бы их побрал!
Спешно осматриваюсь по сторонам, не в силах отделаться от назойливого ощущения дежавю. История с Джулией вновь повторяется, только сейчас в ловушку загнала себя я сама. И груды мусора, по которой я взобралась бы наверх, чтобы перелезть через стену, здесь тоже нет.
Сердце рвется из груди, а кровь гудит в ушах. Голоса полицейских приближаются, и я в панике бегу к деревянной хлипкой двери в правой стене. Хватаюсь за ручку, молюсь всему лику святых, дергаю на себя и… Она открывается. Поток теплого воздуха ударил в лицо, звон посуды и затейливая мелодия чужих голосов донеслись до ушей. Недолго думая, я захожу внутрь, крепко захлопывая за собой дверь.
Небольшая темная прихожая с двумя рядами вешалок и скамейкой под ними уходит вглубь здания. Я опасливо остановилась, переминаясь с ноги на ногу. Переждать здесь или попробовать пройти внутрь, до другого выхода? Не факт, что он здесь есть. Но оставаться на месте тоже опасно — жандармы могут заглянуть внутрь, надеясь на удачу. Или меня кто-нибудь заметит и непременно выгонит.
Не успела я сообразить, что делать, как в широком проеме появилась статная дама в строгом темно-зеленом платье и забранными наверх русыми волосами. Она строго оглядела меня с ног до головы.
— Ну, наконец-то, — заговорила она недовольно. — Сколько тебя еще ждать? Опаздываешь в первый же день.
— М-мискузи? — на выдохе спросила я.
— Бери форму, — женщина кивнула на сложенное на скамейке платье, — И переодевайся. В зале две девочки-официантки, они тебе все расскажут. И если еще раз опоздаешь — вылетишь отсюда. Поняла?
— Поняла…
Женщина, недовольно хмыкнув, скрылась за стеной, а я судорожно выдохнула. Меня приняли за официантку. Спасибо, Фортуна! Кажется, подвернулась отличная возможность спрятаться на ближайшие пару часов.
Глава 4
Я взглянула на себя в зеркало, висящее напротив вешалок. В отражении появилась совершенно незнакомая мне девушка. Точнее, я узнаю мягкие черты лица, пухлые щеки, вздернутый нос, карие глаза, смуглую кожу и даже широкие губы. Под челкой выглядывает знакомый шрам.
Но ниже… Это длинное черное платье с пышными рукавами, белоснежный чепчик и такой же фартук совершенно мне незнакомы. Я никогда не представляла себя такой: девушкой с подобной профессией, которая честно отрабатывает по двенадцать часов в сутки и живет на деньги, полученные из рук счетовода. А буду ли я когда-нибудь такой? И хочу ли?
Проморгавшись и сбросив с глаз наваждение, отворачиваюсь от зеркала и прохожу в глубь ресторана. Попадаю на небольшую кухню, где пятеро поваров порхают у плиты. Они совершенно меня не замечают, поглощенные в симфонию готовки. Слышно кипение бульонов, треск огня, железный звон кастрюль и сковородок. Наверняка эти люди — профессионалы своего дела.
На мгновение я принюхиваюсь к сочному аромату мяса и чувствую, как живот сводит от голода. Последний раз мне удалось перекусить утром, и то, этой ужасной рыбой. Я бы сейчас точно не отказалась от жирного стейка или пасты с томатным соусом… Но оказалась не с той стороны баррикад.