Стефано открыл люк с помощью какого-то механизма. Он скрылся в темноте холла, где, возможно, встроен рычаг или кнопка. И, думаю, загадочное устройство я найду в одной из стен.
Мои руки зашарили по шершавым обоям. В темноте, пытаясь различить выделяющиеся силуэты, я ладонями проходилась по поверхностям. Быстро, стараясь слишком долго не копошиться, пробегала от одной стены к другой.
Когда моя рука коснулась мягкой ткани гардин, я замедлилась и отступила. Но через секунду запустила пальцы под штору и тут же нащупала деревянную раму окна. Едва прикасаясь к стене, деревяшка слишком ненадежно удерживала стекло.
Не раздумывая, я надавила на нее. Сзади послышался металлический треск. Обернувшись, я увидела открывшуюся в полу нишу. Теплый огонь свеч озарял глубокий спуск вниз.
Одновременно с радостью в груди зароилась и жгучая тревога. Желая спуститься вниз, я одновременно до чертиков этого боялась.
Что ждет меня там, в зале? Вдруг там окажутся три старухи-ведьмы или очередная их жертва со вспоротым брюхом? Что, если, спустившись, я уже не вернусь на поверхность?
«У меня нет другого выхода», — напомнила себе.
Что бы сказал Кристиан? Каким было бы его лицо, встреть он меня на пороге потайного зала?
Я попыталась отмести мысли о Кристиане. Конечно, он меня не поймет. Возможно, тысячу раз осудит, разочаруется, оставит одну… Но Кристиан никогда не сможет разделить моих чувств. В чем-то мы с мужчиной похожи, но различий все равно всегда будет больше.
Я ступила на холодный камень ступеней, ведущих вниз, и стремительно побежала вниз, пытаясь скрыться от всех сомнений. Нельзя мешкать, нельзя раздумывать, нельзя позволять страху завладеть моим телом. На кону стоит слишком много.
Пустой зал встретил меня молчанием. Я замерла, оглядываясь. Свечи, беспорядочно разбросанные по полу, горели, отбрасывая замысловатые сполохи теней. В центре зала стоял каменный постамент, сейчас пустующий. Когда-то на нем лежала толстая книга заклинаний, откуда три старухи вычитывали непонятные мне слова.
«Почему горят свечи?» — задалась я тревожным вопросом. — «Если здесь кто-то есть, то обратно я точно не вернусь. Но я бы услышала чужие голоса еще только приблизившись ко входу в зал…»
В полутьме тяжело было различить подсказки. Я не видела даже стен, потолок и вовсе скрылся за непроницаемым слоем мрака. Казалось, что вот-вот из тени выйдут чужие фигуры, а меня тут же окружит неведомая сила.
Я сделала первый шаг вперед. Ничего не произошло. Магия не сбила меня с ног, чужие голоса не зашептали заклинаний.
Пора мне искать ответы.
— К-кто здесь?
В напряженной тишине зала чужой шепот показался оглушительным. Я замерла на месте, всматриваясь в темноту. Сердце яростно застучало в ушах. Но никто не появлялся из теней.
Я узнала этот голос. Почти сразу. Но отказывалась признавать это, не веря собственным ушам. И только когда из темноты медленно вышел худой высокий силуэт, я шумно выдохнула. Передо мной появилась Габриэлла Фарнезе.
Глава 38
— Кто ты?.. — прошептала Габриэлла, опасливо остановившись поодаль.
Я сделала шаг вперед, и женщина тут же оступилась. В ее больших оленьих глазах плескался неподдельный страх.
— Вы не узнаете меня, синьора? — произнесла я также тихо.
— Нет, — растерянно ответила Габриэлла. — Кто ты?
— Я ваша горничная, Розалинда, — вытянув руки вперед, я сделала несколько медленных шагов вперед.
— Где мой ребенок? — вдруг спросила женщина. — Ты знаешь, где мой ребенок?
— Кристиан?
— Да, да, Кристиан, так я хотела назвать его, — Габриэлла огляделась вокруг. — Я должна была вот-вот родить, но… — женщина приложила руки к плоскому животу. — Где мой мальчик?..
Я замерла на месте. О чем говорит Габриэлла? Кристиану уже больше двадцати лет… Почему она говорит о родах?..
— Что вы помните, синьора? — спросила я аккуратно. — Какие ваши последние воспоминания?
— Полгода назад я вышла замуж, — растерянно проговорила женщина, не глядя на меня. — Маркиз был так рад, узнав, что я беременна… Но что он скажет теперь? Где он?
— Синьора… — я перевела дух, силясь произнести хоть слово. — Вы родили Кристиана больше двадцати лет назад.
— Что?..
Габриэлла, заламывая руки, огляделась вокруг. Она открыла рот, но не смогла ответить. Бледный лоб покрылся испариной.
— Не может такого быть, — она нервно усмехнулась. — Еще вчера я была беременна… Санти…
— Боюсь, что во всем виноват ваш муж.